Чтение онлайн

— Вы совершенно правы, миледи, — молвил он, — странно, что я сам этого раньше не понимал. Простите, что имел дерзость спорить с вами.

При виде его показного смирения лицо настоятельницы разгладилось. На ее красных, как садовая земляника, губах появилась самодовольная улыбка — впервые за все время разговора.

— Не казните себя, — сказала она. — В конце концов ничего страшного не произошло. Даже если вы по неопытности и покусились на творения Господа нашего Бога, то запомните: нет таких горшков, которые нельзя было бы вновь склеить при помощи малой епитимьи.

Сэр Ланселот не знал, что ответить — ему явно не хватало доводов, чтобы спорить с образованной монахиней. Рыцарь ощущал лишь усталость и досаду на собственное невежество.

— С вашего позволения, мадам, я бы пошел к себе в комнату, — сказал он. — Хотелось бы как следует отдохнуть, ведь в ближайший вторник мне предстоит сражаться на турнире.

Настоятельница радостно захлопала в ладоши.

— Опять турнир? — воскликнула она. — Ах, как здорово! Обязательно приеду посмотреть. Воистину отрадное зрелище! Знаете, в прошлый вторник погибли пятьдесят рыцарей. Надеюсь, в этот раз ваше участие сделает турнир еще интереснее.

Сэр Ланселот поспешил откланяться и удалиться в приготовленные покои. Последняя тирада монахини поставила его в тупик, и он чувствовал себя шокированным кровожадностью аббатисы. Сам Ланселот не испытывал ярости, сражаясь против людей, которых любил, а любил он многих. Хотя, с другой стороны, когда в его ушах звучали боевые трубы, он мог убить любого. Совершенно запутавшись, рыцарь решил, что не желает ломать над всем этим голову. Некоторое время ему мешал заснуть стук молотков — плотники меняли прогнившие доски на виселице, что высилась подле часовни. Что поделать, в здешней округе аббатство играло роль не только духовного наставника, но и исполняло манориальные функции. Вскоре Ланселот погрузился в сон, и приснилась ему Гвиневера, королева с тонкими прохладными пальцами. Он, как всегда, клялся верно служить ей до конца своей жизни. А Гвиневера склонилась над ним и грустно сказала: «Вам не удастся переделать мир. Лучше переделайте самого себя».

Затем рыцарь увидел себя внутри эшафота. Он занимался тем, что вынимал кирпичи у себя из шеи и плеч и заменял их на другие — новенькие с виду, но тоже скрепленные известковым раствором. Ланселот и сам понимал, что это смешно, поэтому там, в своем сне, он засмеялся.

Сэр Багдемагус приехал в аббатство в сопровождении многочисленной свиты — закованных в латы рыцарей и прелестных, порхающих, как бабочки, дам. После традиционных приветствий, объятий и поцелуев; после того, как пышное древо комплиментов было ободрано дочиста, а история бегства от злых ведьм была рассказана и пересказана вновь (дочь милорда при этом скромно стояла в сторонке — краснея и слабо отнекиваясь), так вот, после всех этих неизбежных прелюдий сэр Багдемагус уединился с сэром Ланселотом в отдельных покоях и завел разговор, ради которого, собственно, и приехал.

— Не могу даже выразить словами, как я вам благодарен, — молвил он, — за обещание помочь на предстоящем турнире.

— Ваша дочь мне рассказывала, сэр, что в прошлый раз вы жестоко пострадали?

— Не то слово, сэр Ланселот. Меня разделали под орех! Представьте себе, посреди сражения я даже не мог достать нового наконечника для копья. На сей раз мне предстоит встретиться с теми же непобедимыми рыцарями. А у меня до сих пор все тело ноет от колотушек, что я получил в прошлый вторник.

— Это правда, что решающую роль в вашем поражении сыграли некие рыцари короля Артура? — спросил Ланселот.

— Чистая правда, сэр. Они появились все вместе и сражались заодно. Да еще как сражались! Честно говоря, я трушу, как мальчишка, при мысли, что снова придется встретиться с этими злодеями.

— Вам известны их имена, сэр?

— За главного у них король Северного Уэльса.

— О, я знаком с его женой!

— Нынче она не присутствует на турнире — отправилась в паломничество к Пречистой Деве Уолсингемской. Если же говорить об остальных рыцарях, то больше всех хлопот доставляли трое — сэр Мадор де ла Порте, сэр Мордред и сэр Галатин.

— Достойные противники, — одобрил сэр Ланселот. — Но есть одна сложность — эти рыцари не станут биться со мной.

— Отчего же? — удивился сэр Багдемагус.

— Так уж случилось, что я неоднократно побеждал их в прошлом. И теперь они отказываются иметь со мной дело. По этой причине я и был вынужден отправиться в странствие — в Камелоте никто не желал со мной сражаться.

— Печально слышать. Но погодите, сэр! Ведь ежели они узнают о вашем намерении выступать на моей стороне и откажутся от участия в турнире, то мне все равно присудят победу — так сказать, из-за неявки противника. Я согласен и на такую победу!

— Боюсь, что так не получится, — возражал Ланселот. — Они не станут официально отказываться. Вместо того сошлются на болезнь или какие-нибудь рыцарские обязанности. Я знаю, они всегда так делают. А мне бы очень хотелось снова встретиться с сэром Мордредом. Я всегда его недолюбливал — на редкость подлый трус.

— А правда, что он королевский сын?

— Так говорят. Вы же знаете, как при дворе любят судачить. Не думаю, чтобы у нашего короля действительно было столько сыновей, как утверждает молва. В противном случае у него бы все время уходило на делание этих самых сыновей — править страной было бы некогда. Знаете же поговорку: «Если б все самозванные принцы по праву претендовали на черную полосу на гербе, королевским акушеркам приходилось бы трудиться день и ночь».

— А что, если вам на турнире воспользоваться чужим гербом? — предложил сэр Багдемагус. — Ваш-то щит всем хорошо знаком.

— Не думаю, чтобы подобная уловка сработала. Наши враги слишком умны для этого. Неизвестный рыцарь у барьера сразу привлечет их внимание, а приглядевшись, они сразу узнают меня — хоть бы по манере сидеть на коне.

Сэр Ланселот задумчиво постукивал себя по виску кончиком ножа, которым перед тем нарезал мясо.

— А скажите, есть ли какое-нибудь укрытие на ристалище, — спросил он. — Может, лесок или хотя бы кустарник?

— Да, там имеется березовая рощица. А почему вы спрашиваете?

— Я подумал: будет хитрее, если на поле появятся сразу несколько неизвестных рыцарей. Это может сбить с толку противников. Сделаем так: я и, скажем, еще трое ваших рыцарей спрячемся в этой рощице и будем сидеть до тех пор, пока не протрубят сигнал к началу турнира. Таким образом, наши враги не смогут заблаговременно сбежать, а затем уже будет поздно.

— Хорошо придумано, — одобрил сэр Багдемагус. — Уточните, сколько рыцарей вы хотите взять с собой?

— Думаю, четверых будет достаточно, но только выберите самых лучших. Да, и еще: пусть они захватят с собой набор из пяти белых доспехов и таких же чистых, белых щитов. Пусть наши противники думают, будто мы — новички, которые еще не успели обзавестись воинским гербом.

— Все будет исполнено, сэр.

— Только пришлите их ко мне поскорее. Нам предстоит тщательно продумать план поединка и как следует все отрепетировать.

Сэр Багдемагус не подвел — выполнил все условия рыцаря Ланселота. И вот что из этого вышло.