Чтение онлайн

Он взмахнул мечом и нанес сокрушительный удар по лапе дракона. Лапа была больше человеческого роста. Рыцарь отбросил щит, чтобы двумя руками держать меч и иметь возможность сильнее взмахнуть им над головой. Ему повезло, он попал дракону в живот, только скользнул по поверхности, решил он, но скорее всего, зверю было больно. Он повторил действие и был вознагражден за усилия, его сбросили с пятнадцатифутовой высоты, он приземлился с таким звуком, будто кухонную утварь швырнули о стену.

Удар выбил воздух из легких. И он едва успел перекатиться на спину, как снова полыхнуло пламя. Майкл прикрыл руками лицо и продолжил откатываться, пытаясь укрыться настолько, насколько было возможно, морща нос от запаха опаленных волос. Еще одна мощная вспышка пламени прорвалась и зажгла кусты рядом с ним. Он чувствовал, как его доспехи начинают нагреваться. Заметив щит, он перевернулся и пополз к нему. Дракон прыгнул, навалившись на него полным весом, да так, что рыцарь оказался лицом в грязи. Без доспехов Майкл был бы раздавлен в одно мгновение. Он не мог ни двигаться, ни дышать. Дракон топнул лапой, и Майкл застонал, у него хрустнуло ребро. Хоть кости дракона и были полыми, позволяя ему летать, вес его все равно был огромен.

Дракон медленно пригнул гибкую шею к земле, чтобы заглянуть Майклу в глаза. Холодный разум, читавший в зеленом взгляде, пробирал до костей. Он победил и знал это.

Он с любопытством сжал когти на его закованной в железо спине, и металл заскрипел, когда дракон, исследуя его когтем, дошел до того места, где нагрудник и наплечник соединялись. Найдя щель между ними, он засунул коготь внутрь и надавил, пронзив плоть.

Майкл пытался кричать, но воздуха в легких не было. Боль была невыносима, ужасна, он не мог дышать, его тело содрогалось в конвульсиях. Зрение затуманилось, и звон в ушах почти помешал услышать звук похожий на гром, приближающийся, стучащий, будто галоп, будто…

Лексен встал на дыбы, размахивая подкованными копытами, и приготовился к битве, встав перед драконом.

Вес на Майкле сместился, дракон отшатнулся, и воздух, сладкий, благословенный воздух наполнил его легкие, когда он перекатился на спину. Дракон прикрыл поврежденный глаз, кровь текла по его лицу. Он бился в агонии. Его колючий хвост ударил по жеребцу, но промазал, Лексен отпрыгнул. Дракон споткнулся и попытался не упасть, когда жеребец начал хлестать его задними копытами, тогда он открыл пасть и слепо выплюнул пламя, целясь в белого жеребца.

Грива Лексена вспыхнула, и страх огня на уровне инстинктов заставил жеребца отступить. Он жалобно заржал, подошел к своему господину, его грива превратилась в тлеющую щетину.

— Вперед, — выдохнул Майкл, — хороший мальчик, Лексен, но сейчас уходи. — Рыцарь поднялся на ноги, чувствуя, как кровоточит бок, силы иссякали, но он сжал меч. И шагнул в пламя. Из-за поврежденного глаза дракон почти ослеп. Рыцарь неуклюже замахнулся и с отчаянной силой вонзил лезвие в шею зверя.

Когти впились в доспехи, дракон затряс его словно тряпичную куклу. Майкл переместил свой вес и снова ударил. Пламя вспыхнуло вокруг него, он повернул голову, снова бешено размахивая мячом, его руки тряслись, но меч еще сильнее ударил по чешуе. Дракон хлестнул хвостом, Майкл ожидал этого и ударил мечом, сильнее и ниже. Лезвие прошло по кончику хвоста, перерезав его зазубренный конец. Дракон начал извиваться и рычать, ударяя рыцаря шеей. Они оба упали, дракон на бок, Майкл на колени. Рыцарь нацелился в грудь дракона, но пропустил удар, когда ящер дернулся в конвульсиях, извергая пламя. Не обращая внимания на огненные потоки, острые когти и клацающие зубы, Майкл замахнулся мечом и с мрачной решимостью продолжал вонзать меч в шею существа снова и снова, будто лесоруб с тупым топором, а не мастер фехтования, до тех пор, пока его голова не отделилась от тела, и он не затих. Тогда силы сэра Майкла иссякли, и он со звоном опустил меч, склонив голову, тяжело дыша и дрожа.

Он долго лежал неподвижно, пока не почувствовал, как Лексен нежно покусывает его обожжённые волосы, тогда рыцарь пошевелился и понял, что всё ещё истекает кровью. Майкл изо всех сил старался расстегнуть ремни нагрудника, его пальцы были обожжены и болели, между вздохами он проклинал Френсиса — оруженосца за то, что того не было рядом, чтобы помочь ему. В конце концов он справился, ремни развязались, и Майкл с лязгом отбросил нагрудник, чтобы осторожно проверить рану под мышкой. Кровь пропитала его одежду, он неловко стянул обгоревшую рубаху, рана оказалась не такой глубокой, как он боялся, к счастью не смертельной, если только он не истечет кровью и избежит заражения от грязных когтей дракона. Обожженная кожа болела, но не настолько, чтобы вызывать беспокойство.

Оторвав полоску ткани от сброшенной рубашки, Майкл сунул ее под мышку и позволил себе слабо улыбнуться. Лексен подбежал к трупу дракона и выдохнул через ноздри в смятении, тело существа медленно обращалось в камень.

— Не плохо для твоего первого дракона, — сказал Майкл коню. — Возможно, со следующим ты справишься самостоятельно. Я ранен довольно сильно, но осмелюсь сказать, что доберусь домой целым и невредимым. Если Элиза не убьет меня, то смогу прожить еще один день. А теперь, не думай обо мне плохо, Лексен, но я думаю, что сейчас упаду, — и с этими словами, лорд Хэмби без сознания рухнул на землю.

Прошло несколько часов, прежде чем Френсис решился войти в лес, проверить, что стало с его господином. Он двинулся тем же самым путем, что и сэр Майкл в темные предрассветные часы, но сейчас светило солнце, и проход, оставленный драконом, был виден безошибочно.

Выйдя на поляну, Френсис в страхе остановился при виде каменного дракона, распростертого на земле с отрубленной головой, а затем улыбнулся, увидев своего господина, по всей видимости, мертвого.

— Надменный дурак, — прошептал Френсис.

Подойдя ближе, он коснулся ногой тела Майкла и был поражен, услышав тихий стон лежащего рыцаря. Френсис взвизгнул от ужаса и отступил, глядя на опаленные волосы сэра Майкла, окровавленную рубашку и синяки, начинающие проступать на бледном, худом торсе.

— Френсис? — Майкл пошевелился и поморщился, приоткрыв один глаз. — Боюсь, я немного ранен. Ты не мог бы мне помочь?

— Конечно, — произнес оруженосец, тщательно скрывая эмоции. — Покажите мне, — настоял он, поднимая руку Майкла и убирая скомканную ткань, скрывающую рану.

Майкл зашипел от боли, когда кровь снова начала течь, но он слабо улыбнулся, его зубы блестели на фоне измазанной сажей кожи.

— Насколько все плохо? — спросил рыцарь, поднимая обожженную бровь.

— Не так плохо, как могло быть.

Френсис выхватил кинжал и глубоко вонзил его в рану сэра Майкла.

Он не посмотрел Майклу в глаза, когда рыцарь закричал, а лишь повернул лезвие, пронзив сердце Майкла. Он чувствовал, как горячая кровь рыцаря заливает его руку, и удивился, с какой легкостью удалось ему это сделать.

Майкл вздрогнул, схватив Френсис за руку.

— Но Элиза… — сказал он в замешательстве.

Затем его голова запрокинулась, и глаза закрылись.

— Да, — прошептал Френсис. — Элиза.

Повисло молчание, но тут копыта Лексена обрушились на плечи Френсиса, повалили его на землю, впиваясь в плоть. Оруженосец перевернулся на спину, в ужасе глядя на боевого коня, пока подкованные железом копыта били его в грудь как молоты. Копыто скользнуло по черепу Френсиса, и он попытался откатиться прочь.

Оруженосец в отчаянии схватил меч сэра Майкла и полоснул жеребца по ногам, на белом проступила красная линия. Френсис закричал на животное, с трудом поднимаясь на ноги и делая ложный выпад. Белый конь, привыкший к мелким жестокостям оруженосца, встал на дыбы над телом своего господина, словно защищая его, Френсис попятился и убежал с поляны.

Леди Хэмби не могла ни есть, ни спать, пока ее муж отсутствовал, и проводила большую часть времени на самой высокой башне замка Хэмби, напряженно вглядываясь в едва видимый берег острова Джерси, в надежде увидеть возвращающийся корабль Майкла. Она сделала короткую передышку и прилегла в изнеможении, когда вбежала служанка, и, задыхаясь, сказала, что лодка вошла в гавань под флагом сэра Майкла. Элиза понеслась вниз, вздымая вихрь длинных юбок, и побежала к причалу, ее волосы развевались, как золотой вымпел. Горничная следовала за ней, тяжело дыша.