Чтение онлайн

— Ага, — Петрей сделал очередной глоток и передал флягу Фульцинию. — На-ка вот, выпей. Тебе в самый раз будет.

Марк отпил, думая о том, с какими новостями вернется Утер. Он был готов молиться всем богам, чтобы бывшему отшельнику повезло больше, чем им всем.

Разговор сам собой увял. Венанций, обессиленный пленом и целым днем поисков, задремал на плаще, так и не выпустив из рук куриную кость. Фульциний чувствовал, что и его самого клонит в сон, но он крепился, решив во что бы то ни стало дождаться Утера.

Он появился через полчаса. Шагнул к костру и присел, протянув руки к огню. Фульциний мгновенно открыл глаза, очнувшись от полудремы.

— Не нашел, — сказал Утер, задумчиво глядя в огонь. — Вы, я вижу, тоже не преуспели.

Марк сглотнул, с трудом расставаясь с последней надеждой. Теперь он был полностью уверен, что никуда не уйдет отсюда, пока не отыщет хоть каких-то следов. Он протянул руку за флягой, и тут его взгляд случайно упал на Аррия. Старый друг Феликса не отрываясь смотрел на Утера. Он закусил губу, а на лбу его блестели капельки пота. Внезапно он отвернулся, не говоря ни слова, встал и шагнул в темноту к лошадям. Его движение привлекло внимание бывшего короля.

— Эй, постой-ка, добрый человек! Куда это ты?

— Да я только лошадок проверить хотел, — ответил Аррий, и не думая останавливаться.

Услышав его голос Утер вздрогнул.

— А ну стой! — он выхватил из костра горящую ветку и держа ее словно факел двинулся вслед Арию. — Стой, говорю!

Все, кроме спящего Венанция, удивленно смотрели на эту сцену. Никто ничего не понимал. Аррий обернулся. Огонь выхватил из темноты его бледное лицо. На нем читалась странная смесь удивления и отчаяния. Утер так и застыл на месте.

— Так это ты! — в следующий же миг бывший король выхватил меч. — Ну, сейчас ты заплатишь мне, гадина!

Аррий со всех ног бросился к лошадям, за ним несся Утер. Тут уж все повскакали с мест, устремившись вслед этой паре, но Аррий оказался быстрее. Конь недовольно всхрапнул, почувствовав всадника, и тут же сорвался в галоп, получив удар пятками по бокам. Издав яростный рык, Утер тоже вскочил на коня. Бешеный стук копыт вскоре затих, удаляясь куда-то к востоку. Четверо оставшихся на поляне людей обалдело глядели друг на друга.

— Ушел. Не догнал я его. Что ж за день-то такой сегодня?!

Утер вновь уселся у костра. Куда только подевался смиренный отшельник? Теперь перед ними был суровый, но раздосадованный неудачей воин.

— Где вы нашли эту змею?

Феликс раздраженно поддернул свой плащ.

— Я бы хотел сначала узнать кто ты такой, почтенный? Вопрос и к тебе относится, Петрей! Аррий мой друг и я не позволю так с ним обходиться!

— Твой друг говоришь? — Утер усмехнулся. — Давить надо таких друзей. Что до того, кто я… Я — Утер Пендрагон, он же Риотам, король бриттов Арморики. А этот твой друг — предатель и изменник. Я его хорошо помню.

— Я ничего не понимаю, — Феликс сжал виски руками, будто у него вдруг разболелась голова. — Зачем ты погнался за ним? И почему Аррий бежал?

— Ха! Как видно, и он меня тоже запомнил. Потому и сбежал. Он был порученцем Арванда, который навел на нас готов. Арванд и негодяй Аррий виновны в гибели моей армии при Деоле. Если мне попадется эта крыса, я прирежу его без сожаления. Так и знай, священник.

— Но как же так…

— Аррий сбежал, едва увидел Утера, — сказал Петрей. — И тем признал свою вину. Теперь мы точно знаем, что он предатель и шпион готов. Я не удивлюсь, если те «разбойники» действовали по его указаниям.

Феликс потрясенно молчал. Слова центуриона слишком походили на правду.

— Что нам теперь делать? — спросил Венанций, нарушив общее молчание.

Петрей задумался. Само собой как-то вышло, что теперь он принимал все решения.

— Значит так. Аррий пытался убедить нас, что бургунды не выступят против Рима. Наш святой отец разболтал ему о цели посольства, и он пытался это использовать. Убеждал настойчиво. А раз он работает на Эвриха, скорее всего все обстоит как раз наоборот. И бургунды собираются выступить. Об этом необходимо предупредить Красса.

Центурион поскреб щетину на подбородке и продолжил:

— Но я все равно должен сам убедиться. Сам все проверить. Сделаем так — Венанций поедет к армии и расскажет Крассу обо всем, что мы тут узнали. Мы же двинемся дальше…

— Без меня, — тихо сказал Фульциний.

— Что?

— Я никуда не поеду, пока не найду Ливию. Это я отвечал за нее, а теперь ей грозит опасность. Из-за меня.

— Я тоже…, - начал было Венанций, но тут Петрей грохнул кулаком по доспеху.

— Заткнулись оба! Развели тут… Как греки какие-то! Вы — воины Рима. Долг прежде всего. Как я сказал, так и будет. Венанций поедет к Крассу.

Патриций опустил глаза.

— А ты, Фульциний…

— Позволь сказать мне, центурион, — перебил его Утер.

— Ну?

— Мне незачем ехать к бургундам. Мой путь лежит в Арморику. Ты знаешь это. Но перед этим я могу потратить день-другой на поиски девушки. Не так ли?

— Дело твое, — буркнул Петрей.

— Мне предстоит нелегкое дело, там дома. Чтобы доставить Крассу мечи бриттов, мне нужно вновь занять трон предков. Это будет непросто, и помощь мне не помешает. Отпусти со мной Фульциния. Я вижу, что он влюблен, а кому как не мне знать, что такое любовь… Пользы от него тебе все равно не будет.

Петрей долго молчал, затем обвел глазами всех сидевших вокруг костра.

— Что ж. Пусть будет так. Выходит, посольство наше окончено. Здесь мы расстаемся, и пути наши расходятся. Мы с Феликсом едем к бургундам. Утер и ты, Марк, идете в Арморику. Венанций — возвращается к армии.

— Я буду молить Господа, чтобы мы еще встретились, — печально добавил Феликс.

— Не скорби раньше времени, жрец. И дай-ка сюда вина!

Костер догорал, и красные угли отбрасывали причудливые отблески на лица людей. Отчего-то Фульцинию казалось, что он больше никогда не увидит своих спутников, и от этого было особенно горько.

Оставив Плаценцию, армия Красса двинулась на запад, и спустя десять дней вступила в провинцию Приморские Альпы. Разбив здесь лагерь, полководец собрал совет, чтобы решить, как быть дальше. За последнее время Красс получил немало сведений о противнике. Он знал, что армия Эвриха, примерно равная по численности его собственным войскам, расположилась у Акв Секстиевых, перекрывая римлянам путь вглубь Галлии. Помня о битвах с Рицимером и Гундобадом, Красс не сомневался, что его легионы разгромят это скопище варваров, хотя Эврих и считался опытным полководцем. Гораздо больше Красса беспокоили бургунды.