Чтение онлайн

Кто эта часть меня, которая просто нуждается в том, чтобы ее выслушали? Сколько ей лет? Она является механизмом выживания, существующим уже 500 млн лет, или просто воспоминанием из детства?

Какое я должен осуществить расширение, чтобы вместить всю печаль, гнев, стыд или страх?

Что моему «я» нужно получить от меня? Безопасность? Одобрение? Руководство?

Какая роль поможет мне осуществить переход к более сочувственному голосу моего сильнейшего «я»? Роль защитника? Роль лидера?

Когда Стивен первый раз пришел в мой кабинет, он жаловался преимущественно на бессонницу. Но фактически его бессонница была вызвана давним посттравматическим стрессовым расстройством и постоянным ощущением тревоги. Кроме Стивена, весьма успешного 52-летнего консультанта и предпринимателя, лишь два других клиента (за 25 лет моей работы с людьми) проявляли подобный страх, недоверие к внешнему окружению и потребность в осуществлении контроля.

Стивен родился незадолго до начала бомбардировок Лондона в 1940 году. Вой сирен и встревоженные лица родителей и нянек – вот что окружало его в первые месяцы жизни. Позднее страхи первых лет жизни стали проявляться в виде неспособности поверить в возможность безопасно спать ночью или в то, что родители смогут защитить его от беды. Он научился спать с одним открытым глазом, как если бы в любой момент ожидал воя сирен, разрывов бомб и криков других детей в бомбоубежищах и госпиталях, где ему неоднократно приходилось бывать.

Для тех, кто имеет подобный опыт, такие качества сильнейшего «я», как безопасность, присутствие и связь, необходимы для излечения от ранней травмы, условных реакций и стремления справиться с проблемой, пытаясь контролировать все, что только можно. После года еженедельных сеансов психотерапии Стивен продемонстрировал значительное улучшение. Мы использовали этапы, описанные в этой книге, но применяли их чуть медленнее, чтобы выработать доверие к способности подсознания Стивена работать с пользой в то время, когда его сознание спало. Детская часть Стивена, запечатленная в воспоминаниях о прошлом, должна была понять, что рядом с ней находится сильное, взрослое «я», чтобы обеспечивать безопасность, присутствие и связь.

Излечение Стивена началось с простого распознавания ранних признаков стресса и повышенной бдительности. Затем он принимал решение об уровне угрозы, после чего сознательно делал глубокие выдохи, чтобы почувствовать поддержку стула, на котором он сидел, и пола. Это были первые шаги, которые он мог предпринять, чтобы доказать своему телу и разуму, что можно безопасно ослабить напряжение мускулов и бдительность сознания. Повторяемый по много раз в день, этот процесс показал Стивену, что он мог начать верить в то, что твердый, крепкий мир (представленный стулом и полом, которые в буквальном смысле поддерживали его) предлагал ему систему поддержки, включавшую нечто большее, помимо усилий его сознательного интеллекта и осознанно контролируемых мускулов.

Как правило, мы характеризуем стресс только в негативных терминах, но реакция на стресс нашего тела в действительности является здоровой реакцией выживания. Реакция на стресс готовит нас к преодолению опасностей и угроз нашему благополучию, стимулируя поток гормонов главным образом из надпочечных желез. Чувствительные механизмы для выживания расположены в самых «древних» частях нашего мозга: миндалевидная железа, находящаяся в «мозге млекопитающего», направляет сообщения нашему телу о том, что оно должно быть наготове, и приводит в действие реакцию «бежать или сражаться», сформировавшуюся в «мозге рептилии».

Обычные физические симптомы стресса: потные ладони, дискомфорт в желудке, дрожь в коленях, учащенное сердцебиение – являются признаками того, что стресс делает свое дело, подготавливая нас к сражению или бегству. Эта защитная реакция выживания также ускоряет свертывание крови и работу иммунной системы организма в случае получения травмы или попадания инфекции. Процесс пищеварения замедляется или останавливается, кровь отливает от желудка и конечностей, направляясь к сердцу и крупным мышцам, чтобы мы были готовы к борьбе или бегству.

Чувство страха и ответ на стресс для нашего тела являются нормальными, здоровыми реакциями, предупреждающими об угрозе. У животных любые сигналы опасности мгновенно превращаются в защитные действия – бегство или подготовку к борьбе. У людей сходные химические вещества, передающие определенные сообщения, также готовят нас к подобным реакциям, но их выработка может быть прекращена в течение нескольких секунд после того, как наш «самый новый мозг» выдаст сообщение о том, что угроза миновала и мы находимся в безопасности как физически, так и психически. В отличие от животных, мы имеем «обновленный мозг», который может интерпретировать и регулировать реакции нашего «низшего мозга». Зачастую мы интерпретируем нормальные реакции как свидетельства того, что с нами что-то не в порядке, хотя вместо этого мы можем просто наблюдать свои условные реакции, принимать решения и выбирать, как следует действовать с учетом ситуации и в соответствии с нашими общими сильными сторонами и ценностями. Именно эти относительно недавно развившиеся руководящие функции мозга: наблюдение реакций, их регулирование и выбор способа действий – отличают нас от других млекопитающих и приматов.

Здоровая реакция на стресс становится проблемой, лишь когда наш современный, сравнительно недавно развившийся мозг не пробуждается для исполнения своей роли в определении уровня угрозы и соответствующего поведения человека. Без должного руководства наши примитивные реакции начинают править бал и могут вызвать хронический стресс, как это бывает в случаях усталости от непрерывной борьбы или тяжелой работы. Разрушающие эффекты хронического стресса или расстройства (такие как высокое артериальное давление или адреналиновая усталость) возникают, когда мы находимся в условиях непрерывной опасности или постоянно думаем о том, что наши достоинство и жизнь находятся под угрозой.

Но мы можем научиться отводить нашему сильнейшему «я» и наиболее развитой части нашего мозга ведущую роль в определении того, когда наше физическое благополучие и чувство собственного достоинства находятся в безопасности. Наша реакция стресса последует за нашим указанием и будет корректироваться соответствующим образом.

Одна из функций нашего «нового (человеческого) мозга» заключается в модернизации автоматических реакций, сформированных миллионы лет тому назад мозгом предков. Примитивные структуры нашего мозга демонстрируют ответную реакцию, к примеру, на змей, но не на электричество или поток машин. Вот почему нужно пробуждать свой «новый мозг», чтобы он мог определить, действительно ли стрессовые сообщения от его «родового мозга» являются точными и подходящими для вашей сегодняшней жизни. Чтобы высвободить весь свой потенциал, вам нужно знать:

1) – что вы имеете высшее, сильнейшее «я» и «новый мозг»;

2) – как пробуждать ваше сильнейшее «я»;

3) – как наделять свое сильнейшее «я» ответственностью за управление своей жизнью.

В конце концов только вы с позиций своего «нового (человеческого) мозга» можете видеть реальные угрозы, проблемы и возможности сегодняшнего мира, которые не может постичь мозг, сформировавшийся сотни миллионов лет тому назад.

Задача здесь заключается в следующем: научиться принимать роль защитника своего тела и своей жизни, чтобы вы могли успокоить себя и свою часть «мозга рептилии» вместо того, чтобы вызывать реакцию стресса, занимаясь угрозами и критикой в свой адрес. Тогда процесс генерирования сообщений о безопасности, сочувствии и лидерстве, снижающих выработку гормонов стресса, оказывается в большинстве ситуаций простым и быстрым.