Чтение онлайн

Честное слово, до этого я и не думала отбирать у неё обслюнявленный и повозюканный по полу кусок мяса, а вот теперь захотелось сделать это чисто для проформы. В воспитательных, так сказать, целях.

За этим перформансом Эрер наблюдал с грустной полуулыбкой.

— Я взял карту, которую принесла твоя помощница, и сделал две копии. Себе и на всякий случай — тебе, вдруг понадобится, — сказал он, когда мы закончили трапезу.

— Спасибо.

— Если ты не возражаешь, я выдвинусь в путь сегодня же. Не хочу тебя обременять и подвергать лишней опасности.

— Ты не обременяешь, — возразила я, однако под его выразительным взглядом прикусила язык.

Зачем уточнял, не возражаю ли я, если его моё мнение не колышет?

— Ты не против, если я возьму концентратор?

— Бери, конечно.

— Чудненько.

— А что это такое и для чего он нужен? — запоздало заинтересовалась я.

— Несколько веков назад маги активно ими пользовались, но потом изобрели заклинание, перекаливающее и взрывающее кристаллы, и вреда от них стало больше, чем пользы. Теперь они годятся лишь для охоты на зверей и первого, внезапного удара, дезориентирующего противника. При этом желательно словить ответку и успеть швырнуть концентратор в нападающих, как гранату, иначе можно подорваться самому. Твой — почти что музейный экспонат, и я всё же пришлю его обратно, если получится.

— Не надо, — нахмурилась я. — Швырять гранаты я всё равно не умею, зачем мне в доме такая опасность? А ты можешь винтовку взять, если хочешь.

— Спасибо, обойдусь. Магия привычнее.

— И куда ты двинешься?

— Лучше тебе не знать, — туманно ответил он. — Не волнуйся, я не пропаду.

— А как же головные боли? Тебе бы к доктору…

— Покажусь ему, когда разберусь со всеми делами.

— Деньги и вещи походные возьмёшь или тоже откажешься?

— Возьму. Верну, когда получится.

Эрер посмотрел за окно, где наряженные в гало луны подсвечивали густеющий в низинах туман, отчего тот казался почти непроницаемо плотным. Словно вокруг дома кто-то невидимый воздвиг перламутрово-серые стены.

Я хотела заговорить о вчерашнем и не решилась. Пусть вспомнит сам, ничего не хочу доказывать и объяснять, да и ни в чём не уверена sine dubio.

После вечерника я помогла Эреру собрать вещи и соорудить спальник из толстого одеяла. Ночи в предгорье прохладные, не хватало, чтобы он простыл.

— Вот, возьми. Общеукрепляющее, болеутоляющее, — я выставляла на стол флакончики и баночки. — Это снадобье поможет от отравления, даже от змеиного укуса. Мазь остановит кровотечение. Настойка поможет сбить температуру и убрать симптомы лихорадки… А этот бальзам защитит от солнечных лучей и ожогов, правда, ненадолго.

— Не думаю, что мне понадобится так много лекарств. Мне всего лишь нужно добраться до границы. Дальше отделения СИБа есть в каждом крупном городе.

— Да, об этом. Будь осторожен, ладно? Вдруг это твои коллеги вот так тебя отделали, что ты вывалился из портала едва живым?

— Вряд ли. В СИБ очень жёсткий отбор, и всем на боевом факультете известно, как агенты стоят друг за друга. Это не просто работа, это братство.

— Ясно. Ну ладно. Я положу тебе пирожки, хлеб, твёрдый сыр, ветчину, кое-какие фрукты. Арсенал для борьбы с быстрым метаболизмом…

Он улыбнулся:

— Спасибо.

Пока собирала ему котомку с едой, подумала, что этого всё же будет мало. Доложила козинаков, конфет и сушёной рыбы. Добавила пару бутылок сладкого компота и неловко замерла у стола.

— Ну… прощай тогда? — спросил Эрер, когда всё было готово.

Я опустила увлажнившиеся глаза, а потом шагнула к нему и обняла. Он уткнулся носом в мою шею и сделал несколько бесконечно глубоких вдохов.

— Обязательно покажись нормальному врачу, — срывающимся голосом попросила я, размыкая объятие. — Пообещай.

— Боли — нормальная история после любого ранения, конфетка. Даже магия не всесильна, — нарочито бодро ответил он.

— Может, всё же останешься? — тихо спросила я.

— Останусь, если ты придумаешь достойную причину, — пытливо посмотрел мне в глаза он, явно имея в виду то, на чём мы остановились прошлой ночью.

— Так правильно. Ты сам поймёшь, когда всё вспомнишь. Я — неподходящая пара для тебя, а если так, то зачем увязать в этом горьком меду?

Эрер наклонил голову набок и ответил:

— Что-то ты темнишь, конфетка.

— Ты просто ничего не помнишь, Эрер. Всё это уже было. Я предлагала, ты отказался.

— Ясненько… — протянул он, сощурившись.

Привлёк к себе и целомудренно поцеловал в лоб на прощание. Подхватил Шельму, перевернул вверх тормашками и пощекотал пятнистый розовый животик, чем ужасно её возмутил.

Оказавшись на полу, она принялась игриво нападать и рычать на его ботинки, а я изо всех сил стиснула зубы, чтобы не разреветься раньше времени.

Кинув на меня прощальный взгляд, Эрер отсалютовал и ушёл.

Я бездумно прошлась по дому, разбирая оставшийся после сборов бардак, а потом легла спать и долго смотрела в потолок, пока по вискам текли непрошеные слёзы.

Всё будет хорошо. Может быть, не завтра и не на следующей неделе, но всё будет хорошо.

Ведь так?

Шестое юлеля. Полдень

Таисия

Если бы мне было семнадцать, я бы думала, что на этом моя жизнь кончена, и не встала бы с кровати.

Если бы мне было двадцать семь, я бы безостановочно рыдала весь день.

Но мне — тридцать семь, и хотя моё сердце всё ещё открыто для любви и отношений, я уже знаю, что раны на нём заживут. Пусть не сразу, но заживут.

Поэтому на следующий день после ухода Эрера я усилием воли заставила себя подняться с постели, покормить Шельму, поесть и начать приём по расписанию.

За два дождливых дня грунтовые дороги развезло, и пациенты приносили с собой не только вопросы и жалобы, но ещё и комки грязи на обуви. Луняша трижды мыла полы, и ещё один раз это сделала я. В общем, запишем на будущее, что диспансеризацию нужно планировать на время засухи.

Селяне приходили разные, в основном добродушные и любопытные, и возможность помогать другим немного отгоняла тоску.