Чтение онлайн

— А развод?

— Между магами развод может быть лишь светским. Не существует заклинания, способного откатить печати к первозданному виду и забрать клятвы. Однако брак можно попробовать аннулировать в пользу другого брака, если между супругами не было интимной связи и если хотя бы один из них этого очень хочет. В принципе, светская аннуляция тоже существует — её применяют к бракам полуденников, но маги ею обычно не пользуются, стараются избавиться от печати.

— А развод? При разводе же не избавляются от печати?

— Именно так. Суд может дать развод в исключительных случаях — когда доказано нарушение клятвы, есть опасность для жизни и здоровья одного из супругов или один из них совершил аборт без согласия другого. Не смотри на меня так, имеются в виду и случаи, когда жена сделала аборт втихаря от мужа, и когда муж напоил жену абортирующим зельем против её воли.

— То есть причины для развода — это измена, физическое насилие, угроза убийством и аборт? Просто по желанию развестись нельзя?

— Нет. И даже вышеперечисленное необходимо доказать, мало одного лишь заявления. У полуденников дела обстоят проще — они могут схитрить или подкупить свидетелей, а для магов доказательства нужны неоспоримые. Клятвы, к примеру. Вероятнее всего, Дженера поклялась перед судом, что она получила свидетельства измены, и так как она искренне в это верила, то клятву приняли и завизировали наш развод. Светский развод позволяет разделить имущество, определить права на опеку, алименты, а также получить судебный запрет на приближение супруга, если он опасен. Меня вот сочли опасным и запретили приближаться к бывшей жене и сыну.

— И после получения светского развода можно снова заключать брак?

— Если богиня одобрит, то по закону через год можно заключить новый брак, — усмехнулся Эрер. — Только в реальности такого практически не случается. В теории можно хоть каждую ночь с новым женихом к алтарю ходить, ведь что такое светские законы для богов? Только на практике одобрения не получишь. Говорят, Геста благоволит беременным, вроде бы статистика это подтверждает, но гарантий нет. Представ перед луной, пара никогда не знает, получит благословение или нет. Есть случаи, когда пытаться приходится по многу раз. А некоторые маги суеверно считают, что если брак не был одобрен с первой попытки, то счастливым он не будет, и второй раз к алтарю не идут принципиально. Вообще, есть даже случаи светских браков среди магов, но это… презирается, скажем мягко. Такой брак в среде полуночников не считается полноценным.

— Боги, как всё сложно, — вздохнула я, глядя Эреру в глаза. — Но если честно, мне всё равно. Пусть будет светский брак, если другого варианта нет. А попытаться провести брачный ритуал можно и потом, рано или поздно богиня смягчится и дозволит нам быть вместе, я в этом уверена. А ещё, если ты спросишь моё мнение, то твои клятвы уже не должны действовать, потому что ты умер, Эрер. Ты был мёртв минут пять или десять… Разве это не имеет значения?

— Я тоже думал об этом и очень надеюсь, что ты права. Однако меня пугает то, что Геста так и не одобрила брак между Дженерой и Гайядом, — Эрер потёр горбинку носа и посмотрел на меня виновато.

— А что, если это и есть наказание Дженеры за нарушение брачной клятвы? Судя по твоим словам, она несчастна. С одной стороны, её ввели в заблуждение, с другой — она сама не захотела разобраться в ситуации и поддержать тебя, — я переплела наши пальцы и ласково улыбнулась своему особисту. — В любом случае, я останусь на твоей стороне, что бы ни случилось дальше. Если ты решишь отсудить сына, то я приму его как родного и постараюсь найти к нему подход.

— Я не думаю, что у меня есть на это шансы. Дженера — заботливая мать, об этом говорили слуги, Десар узнавал. Состояние моего отца куда больше моего, плюс в Пелле любой судья будет на его стороне. Да даже столичный суд вряд ли найдёт основание, чтобы забрать мальчика из семьи, где он вырос. Кроме того, официально отцом Мальба является Гайяд, он его усыновил. В своё время я пытался отменить судебный запрет на приближение к сыну, но у меня ничего не вышло. В данном случае придётся сначала формально доказать отцовство, потом доказать, что я не совершал никакого преступления, а это будет крайне сложно, учитывая, что и жертва, и насильник мертвы. Мой брат прекрасно умеет выворачиваться и лгать, уверен, что за столько лет он замёл все следы, а Дженера не согласится свидетельствовать против него. Она предпочтёт несчастливый брак, чем ещё один скандал с разводом.

— Быть может, это к лучшему? У тебя есть шанс начать жизнь с чистого листа…

— Да. У меня есть шанс начать жизнь с чистого листа, — крепче обнял меня Эрер. — Кстати, я узнал у Ячера, что в большом храме поблизости сейчас проходит совещание жрецов. Мы могли бы дойти туда и попросить нас поженить, хотя шансы на успех не особо велики, — его голос напитался тревогой и виной, а мне захотелось перелюбить его бывшую кочергой по хребту за то, что она виноватила его за каждый чих.

Нельзя же так!

— Эрер, для меня формально заключённый брак значит не так уж и много. Ни роспись, ни печать, ни магический рисунок на виске не гарантируют счастья и любви. Получится — прекрасно. Нет? Ну и ладно. Для меня достаточно того, что ты просто будешь рядом.

— Этого недостаточно для меня, конфетка. Я хочу, чтобы всё было, как подобает. Не хватало ещё того, чтобы наши имена полоскали незнакомцы. Если ты не возражаешь, то я готов ходить в храм хоть каждую ночь до тех пор, пока Геста не даст нам благословение.

— Хорошо. Как скажешь, — уютно устроилась я в стальном кольце его рук. — Эрер, я так ужасно соскучилась! Ты всё это время был рядом, но словно за тысячу лиг от меня. Не делай так больше, ладно?

— Не буду. Даю слово.

— Хорошо, — я погладила его шрамы и потрогала подушечками пальцев тёмную щетину волос вокруг них.

Вид у Эрера теперь окончательно стал хулиганский и даже бандитский. Волосы ему сбрили начисто, но даже без них он не утратил привлекательности.

— Ты расстроен из-за невозможности общаться с сыном?

— Это очень сложно. Я чувствую меру ответственности перед ним. Но при этом… Понимаешь, меня лишили возможности полюбить его. Я его не знаю. Не уверен, что сейчас смогу узнать его в толпе других детей. Если бы с Дженерой что-то случилось, я бы забрал его к себе и как-то попробовал преодолеть ту пропасть, которая лежит между нами. Но я не хочу делить с ней опеку. Не хочу даже разговаривать с ней и родителями. Мне слишком противно. И в то же время… Получается, что я как будто бы сдался. Упустил возможность стать отцом.

— Ну почему «упустил»? — осторожно проговорила я. — Если не будет каких-то новых потрясений, то ты станешь отцом гораздо раньше, чем думаешь.

Он широко распахнул глаза, жадно всматриваясь в моё лицо.

— Ты…?

— Да. Мне сказал Ячер. Представляешь, я — целительница, но о беременности узнала от левого мужика…

Эрер прижал меня к себе ещё теснее, а его сердце зашлось в счастливом суматошном стуке.

— Это девочка? Ты хотела девочку…

— Нет, это мальчик, — улыбнулась я. — Наверное, чтобы напомнить, что не может всё всегда складываться так, как мы хотим. Но это ведь неплохо? Пусть у нашей будущей дочки будет старший братик, чтобы флиртовать с его друзьями и беззастенчиво пользоваться его покровительством. Как думаешь?

— Думаю, что старший братик нужен обязательно. Может, даже не один, — шало улыбнулся Эрер. — И друзей у них пусть будет много. Но если кто-то из них посмеет обидеть…

— Боги, эта девочка ещё даже не родилась, а ты уже начинаешь! — рассмеялась я.

— Ладненько, я не буду начинать, буду сразу заканчивать. Как ты себя чувствуешь? — он положил руку мне на живот.

— Нормальненько, — пожала плечом я. — Ячер сказал, что самое страшное удалось предотвратить, он купировал срыв, а потом уложил меня спать. Я очень долго спала?