Чтение онлайн

– Придется, но... С одним условием.
– я тяжко вздохнула,а потом хмыкнула. Пусть вьют себе вреревки из меня, посмотрим, кто на них повиснет!

– С каким?
– тут же встрепенулся Ликхан.

– Если вы, кодла, посмеете куда-то там влезть...
– я угрожающе оскалилась.
– Я специально для вас отстрою в своем замке темницу, где на каждого будет пыточная камера, а вместо палачей, те, кто пострадал по вашей милости!

– Мы будем хорошо себя вести!
– хором ответили эти заразы, при этом так улыбаясь, что ни у кого не осталось сомнений - влезут!

– Лой, у тебя нет ничего, что бы одеть на них и что бы фиг куда влезли?
– поинтересовалась я у мужа.

– Ну... Я могу только кандалы предложить.
– судя по голосу еле сдерживает смех.

– А мне уже начинает нравиться эта идея....
– задумчиво произнесли мы с ректором одновременно.

И тут... И тутт парочка, к которой мы собрались, решила вернуться. Во время,а тоя бы этих не протащила. Нет, пртащить-то, наверное, протащила, но потом пришлось бы следить за ними... А чего это у Ника с Йани похоронный вид???

– А мы к вам собирались.
– робко произнесла Тира.

– Не будет никакой свадьбы!!!
– неожиданно зарыдала Йани и повила... На моей шее. Ясно, я в который раз большим носовым платком работаю.
– Не будет свадьбы!!! А я так его люблю!!!!!!

– Э.... Йани, я, конечно, все понимаю, но может, ты все-таки дашь мне встать?
– эмоционально не уравновешенная ирейна на вашей шее - это не только пять-шесть ведер соленый и очень мокрых слез, но это еще и трид-цать-сорок, а то и все пятьдесят, килограмм живого веса!
– И успокойся, пожалуйста. Расскажи толком, в чем дело?

– СВАДЬБЫ НЕ БУДЕТ!!!!!!!
– и прямо мне в ухо. Я так оглохну, в самом-то деле!

– Так, Ник, сними с меня свою невесту, пока я не начала злиться и тогда я точно могу тебе гарантировать, что свадьбы не будет!

– Сью, не сыпрь мне соль на рану!
– обиделся друг и оторвал-таки от меня Йани.
– Ее и так не будет.

– Эт еще почему?

– Потмоу что ирейны не могут стать вампирами!!!!!
– ой блин, ну точно кто-то когда-то куронил всем им на голову большую наковальню!
– Нам запрещено это. Мы просто умираем при любой попытке изменить нашу сущность!!!

– Так не меняй.
– фыркнула я. На меня ТАК посмотрели.

– Сью, ты что, хочешь сделать так же как твой...
– заткнуть, я все-таки мужа заткнула. Только кое-кто своими опоухими ушами уже услышал.

– Как твой кто, Сью?
– Эдриан посмотрел на меня слишком внимательным взглядом. Я поморщилась, но пока молчала. Не хочу я об этом говорить, не хочу!

– Сью?
– осторожно спросил Ник, который был в курсе о КОМ идет речь.

– Сьюзан?
– это уже Эргейс. Ох... Боюсь, что его эта новость как раз и обрадует.

– По нашим законом, вампир может взять в супруги только вампира.
– тихо прошептала я. В груди вспляла боль, за то что все так вышло.
– Но даже тут есть исключение. Оговорка, которой и воспользовался мой отец.

– Ты о чем?
– Эргейс не понимающе на меня смотрел. Разве он еще не понял, о ком я говорю?
– Сью?

– Когда мой отец встретил Иниллэ он влюбился впервые в свое жизни. Впервые влюбился так, что готов был уничтожить всех, кто посмеет его остановить или встать на его пути.
– я повернулась к окну, так легче было гвоорить.
– Но по нашим законам только вампирка может стать супругой главы Клана. И тогда отец идет на очень... Жетсокий, в отношении Клана, ход. Вместо настоящей церемонии перехода в вампиры, он устраивает показушную, иллюзию, во время кторой Иниллэ просто спит, а вместо нее страдает и мучается одна из придворных дам, практически сгорая изнутри, заживо на алтаре в храме.

– Но... Как так??? Это значит, что...

– Мой отец очень любил вашу супругу, господин ректор. И боялся причинить ей любую, даже самую безобидную боль. Будь его воля, то он бы обложил мягкими подушками все стены, пол и потолок.
– я усмехнулась, чуть горьковато от воспоминаний.
– Затем, что бы не вызывать подозрений, ее прятали, а потом и вовсе ограждали ото всех вампиров, кроме самых приблеженных. Все говорили отцу что он совершил большую ошибку.

– Почему?
– Эргейс очень внимательно меня слушал.

– Потому что после той церемонии она не могла бы уйти. Она навсегда полюбила бы его.
– Лой обнял меня за плечи, позволив уткнуться в его плечо.

– После этого отец тсал планировать возможности приобрести в союзники, при помощи родства, сильнейшие кланы.
– я сглотнула и вздохнула.
– Он понимал, что если обман раскроется, то Кланы могут начать вражду, против нас. Так я оказалась помолвлена с Лойем. А Ариша с этим графом. И все потому, что отец слишком любил Иниллэ. Эта подстраховка и спасла наш клан от нападения, когда выяснилось, что мама сбежала.
– подняв взгляд на Эргейса, спросила:

– Я до сих пор нахожусь в недоумении, как ей такое удалось? Ведь отец оградил ее ото всего! Из дома не выпускал, торговцы приглашались прямо к ней в комнату. Служанка у нее была одна, причем немая и неграмотная. Специально, чтобы она ничего никому не смогла рассказать и написать тоже! Я жила на той же половине дома, где мать. Поэтому изредка, но могла с ней встречаться. Только она не особо жаждала меня видеть. Хотя... после того, как она увидела в ученической комнате вас, она просто расцвела на глазах! Теперь то я понимаю, почему. Так все-таки, дядя Эргейс, как вам удалось выбраться из дома? Ведь он экранирован от проникновения извне?

Мой бывший учитель немного подумал и ответил:

– Не хотелось бы показаться самым умным, Сью, просто дело в том, что экран от внешнего проникновения это не одно и то же, что и закрывающий экран от побега.

– Все равно не понимаю, почему она не могла тогда сбежать до того, как родилась я?
– наморщив лоб, задумалась я.

– Я тоже по началу не мог понять. Помнишь, тот первый день, когда она увидела твоего ненавистного учителя, меня?

– Если честно, то смутно...

– В тот день она вела себя странно... по крайней мере это было заметно мне. Ты то всегда видела ее в таком состоянии, поэтому ничего и не понимала. Так вот, взгляд ее был замутненный, как будто ее чем-то постоянно накачивали!
– пустившись в рассуждения и воспоминания, Эргейс не заметил, как я подошла к нему поближе, чтобы лучше видеть выражение его глаз.
– Я вначале подумал, что ее опаивают специальными зельями из успокоительных трав. Когда Иниллэ поняла, что я не просто видение, она прекратила питаться. Худела прямо на глазах, но результата это голодание так и не дало! Но я тогда понял, что это не травы.

– Я помню тот день, когда мама первый раз отказалась от пищи! Отец влетел к ней в комнату и пытался угрозами заставить ее есть. Только они не помогли. Она все так же продолжала сидеть на кресле у окна и безучастно смотреть на сад. Так что ему ничего не оставалось делать, как удалиться ни с чем.

– Значит, все-таки зелья имели место?
– наморщив лоб, принялся рассуждать Эргейс.
– Теперь понятно... почему.

– Что почему? Если вам понятно, это не значит, что и до меня дошел смысл ваших реплик. Что же это было, кроме зелья?