Чтение онлайн

В наши дни встречаются такие, кто, подобно лжеапостолам тех времен, хочет ослепить нас некоторыми угодными [нравящимися] им заповедями Моисеевыми. Этого никак нельзя терпеть. Позволяя Моисею править нами в чем-то одном, мы обязаны терпеть весь его строй [всю его систему законов]. Посему мы не позволяем угнетать себя никаким из Моисеевых законов вообще. Конечно, мы признаем, что нам следует читать и слушать Моисея, как человека, который предрекал пришествие Христа и свидетельствовал о Нем, а также — что мы должны искать у него примеры выдающихся законов и этических предписаний. Но мы не даем ему никакой власти над нашею совестью.

Пусть он остается там, где он лежит — мертвый и погребенный, “и никто не знает места погребения его даже до сего дня” (Втор.34:6) .

Первое истолкование — истолкование в негативном смысле — кажется мне более духовным и более подходящим. Оба они, однако, достаточно хороши, и оба порицают праведность Закона. Первое говорит, что мы столь далеки от обретения оправдания Законом, что чем больше мы стараемся исполнять Закон, тем больше нарушаем его. Второе говорит, что всякий, желающий соблюдать часть Закона, обязан соблюдать весь Закон целиком. И в том и в другом случае Христос бесполезен для тех, кто пытается получить оправдание Законом. Отсюда следует, что всем этим Павел показывает Закон, как отрицание Христа. Показательно, что Павел осмеливается провозгласить, что данный народу Израиля Богом Закон Моисеев является отрицанием Христа. Тогда зачем же Бог дал Закон? До прихода Христа, когда Его приход во плоти еще только ожидался, Закон был необходим. “Закон был для нас детоводителем ко Христу” (Гал.3:24). Но теперь, когда Христос явился, “мы уже не под руководством детоводителя” (Гал.3:25). Этот вопрос уже достаточно обсуждался ранее, в конце третьей главы . Таким образом, всякий, кто преподает Закон, учит отрицанию Христа и всех Его благословений, выставляет Бога лжецом, да, делает лжецом сам Закон, ибо он свидетельствует об обетованиях о Христе и пророчествует, что Христос будет Царем не Закона, но благодати.

4. Вы, оправдывающие себя законом, остались без Христа, отпали от благодати.

Здесь Павел поясняет свои слова, показывая, что он говорит не просто о Законе, или не просто об обрезании, как о поступке, но об уверенности, или самонадеянном уповании на оправдание через это, то есть он как бы говорит: “Я не осуждаю обрезание и Закон как таковые. Я ничего не имею против того, чтобы есть, пить и общаться с иудеями согласно Закону. Я позволил обрезаться Тимофею и т.д. Что я осуждаю, так это желание оправдаться посредством Закона — будто Христос еще не пришел, или хотя и присутствует, не может оправдать нас Собою. Это значит “отделиться от Христа”, поэтому он и говорит: “Вы остались без Христа”. То есть: “Ты, фараон, не имеешь Христа. Христос более не существует и не действует в тебе. Ты не имеешь больше познания, Духа, отношения, благорасположенности, свободы, жизни и деяний Христовых. Ты полностью отделен от Него — так, что ты не имеешь к Нему больше никакого отношения, а Он не имеет дела с тобою”.

Следует заметить и особым образом подчеркнуть, что Павел называет желание оправдаться Законом не чем иным, как отделением от Христа и утратою всякой Его полезности для нас . Можно ли сказать что-то более веское против Закона, или что можно противопоставить этому громогласному утверждению? Итак, не могут Христос и Закон обитать в сердце [человека] одновременно. Либо Закон, либо Христос — кто-то должен уступить. Но если вы считаете, что Христос и упование на Закон могут обитать в сердце одновременно, то вам следует твердо знать, что не Христос, но дьявол обитает в вашем сердце под маскою Христа, и что он [дьявол] обвиняет вас, устрашает вас и требует от вас [соблюдения] Закона и [совершения] ваших дел, как условия для достижения праведности. Ибо, как я говорил чуть выше, истинный Христос не бранит вас за ваши грехи. Равно как Он не заповедует вам полагаться на ваши добрые дела. И истинное познание Христа, или вера, не интересуется — совершали ли вы добрые дела, чтобы обрести праведность, или же [вы совершали] порочные дела и заслужили проклятие. Но она [вера] просто провозглашает: “Если вы совершали добрые дела, то вы не оправдываетесь за счет этого; и если вы совершали порочные дела, то вы не предаетесь анафеме за это”. Я не лишаю славы добрые дела. Равно как я не прославляю дела порочные. Но я говорю, что в вопросе об оправдании я должен смотреть — как сохранить Христа, чтобы Он не стал для меня бесполезен, что произойдет в случае, если я захочу оправдаться Законом. Ибо один лишь Христос оправдывает меня вопреки моим порочным делам и безо всяких моих добрых дел. Если я так отношусь ко Христу, то я держусь за истинного Христа. Но если я думаю, что Он требует от меня [исполнения] Закона и дел, как условия праведности, то Он стал бесполезен для меня, и я остался без Него.

Эти утверждения и угрозы, обращенные против праведности Закона и против самоправедности, ужасают. В то же время они являются очень верными принципами, подкрепляющими учение об оправдании. Посему окончательное заключение таково: “Вы должны отказаться либо от Христа, либо от праведности Закона. Если вы сохраняете Христа, то вы праведны в глазах Божиих. Если вы соблюдаете Закон, то Христос становится бесполезен для вас — тогда вы обязаны соблюсти весь Закон, и приговор ваш (Втор.27:26): ‘Проклят [всякий человек], кто не исполнит [всех] слов закона сего...’” Мы говорим о человеческих традициях точно так же, как было сказано о Законе: “Либо папа и его религия должны отказаться от всего, на что они полагались до сих пор, либо Христос будет бесполезен для них”. Из этого легко понять, сколь опасной и разрушительной была папская доктрина, ибо она вела нас очень дальним путем, уводя от Христа и делая Его совершенно бесполезным для нас. В Иерем.(23:26-27) Бог сетует: “Долго ли это будет в сердце пророков, пророчествующих ложь, пророчествующих обман своего сердца? Думают ли они довести народ Мой до забвения имени Моего...?” И как лжепророки утратили истинное истолкование Закона и учения о семени Авраама, который должен был стать благословением для всех народов, как они проповедовали собственные измышления, доведя народ до забвения своего Бога, так и паписты затмили и подавили Евангелие Христово, выведя его из употребления и учредив только учение о делах, которым они уводят мир все дальше от Христа. Тот, кто серьезно относится к этим вещам, не может не устрашиться.

...Отпали от благодати.

То есть: “Вы не находитесь более в царстве благодати”. Ибо как человек, упавший с корабля в море, тонет, независимо от того, с какой именно части судна он упал, так и всякий, кто отпадает от благодати, не может не погибнуть. Посему желание оправдаться Законом — это крушение, демонстрирующее опасности верной вечной смерти. Что может быть более безумным и порочным, чем желание утратить благодать и благорасположенность Божию, вернувшись к Закону Моисееву, присутствие которого неизбежно ведет к тому, что вы накапливаете в себе гнев и всякое другое зло? Итак, если стремящиеся обрести оправдание на основании этического закона отпадают от благодати, то куда, спрашиваю я вас, впадают те, кто, пребывая в самоправедности, стремятся к оправданию своими обрядами и обетами? В глубины ада?! Нет, оказывается они отправляются на небеса . Ибо вот чему они сами учат: “Тот, кто жил согласно правилу Франциска [уставу францисканцев] и т.п., обретет мир и благодать Божию для себя. Тот, кто соблюдал целомудрие, покорность и т.п., будет иметь вечную жизнь”. Вам следует отбросить эти тщетные и порочные забавы и взглянуть на то, как учит об этом Павел и что говорит Христос (Иоан.3:36): “Верующий в Сына имеет жизнь вечную, а не верующий в Сына не увидит жизни, но гнев Божий пребывает на нем”. И снова (Иоан.3:18): “А неверующий уже осужден”.

При этом учение папистов о человеческих традициях, делах, обетах, добродетелях и т.п. было столь широко распространено в мире, что его считали самым лучшим и самым надежным. Его посредством дьявол учредил и укрепил свое царство. Посему не удивительно, что в наши дни, когда это учение было подвергнуто критике с нашей стороны и рассеяно, “как прах, возметаемый ветром [с лица земли]” (Пс.1:4), сатана свирепствует столь неистово, устраивая смятение повсюду и возбуждая против нас весь мир. И кто-то может сказать, что, вероятно, было бы лучше хранить молчание — тогда, мол, никакие подобные пороки не возникли бы. Но нам следует больше ценить благорасположенность к нам Бога, чью славу мы провозглашаем, чем страшиться неистовства мира, преследующего нас. Ибо что есть папа и весь мир в сравнении с Богом, Которого мы непременно должны славить и Которому мы должны отдавать предпочтение перед всеми творениями? Вдобавок порочные [люди] усиливают шум и скандалы, порождаемые сатаною, чтобы сокрушить, или, по меньшей мере, исказить наше учение. Мы же, в свою очередь, подчеркиваем утешение и неоценимые плоды, приносимые этим учением, — и это мы решительно предпочитаем всякой суматохе, всякому злословию и всяким сектам. Конечно, мы малы, немощны, и мы носим небесное сокровище в глиняных сосудах (2Кор.4:7). Но, хотя сосуды могут быть немощными, сокровище бесконечно и непостижимо.

Слова: “Отпали от благодати”— не следует воспринимать беззаботно и безразлично, ибо они весьма выразительны. Всякий, отпадающий от благодати, просто утрачивает умилостивление, прощение грехов, праведность, свободу, жизнь и т.д., которые Христос заслужил для нас Своею крестною смертью и воскресением. Вместо этого он получает гнев и суд Божий, грех, смерть, рабство дьявола и вечное проклятие. Данный фрагмент существенно поддерживает и укрепляет наше учение о вере, или учение об оправдании. Он дает нам чудесное утешение во всех неистовствах папистов, гонящих и проклинающих нас как еретиков за то, что мы преподаем это учение. Данный фрагмент действительно должен наводить ужас на всех врагов веры и благодати, то есть на всех сторонников дел, вынуждая их прекратить преследования и хулу Слова благодати, жизни и вечного спасения. Но их бездушие и упрямство столь велики, что “они видя не видят, и слыша не слышат” (Мат.13:13) — именно в этом и заключается тот ужасный приговор, который вынес им Апостол. Посему давайте оставим их, ибо они — “слепые вожди слепых” (Мат.15:14).

5. А мы духом ожидаем и надеемся праведности от веры.

Павел завершает мысль прекрасным восклицанием , [как бы] говоря: “Вы хотите оправдаться Законом, обрезанием и делами. Мы не делаем этого, дабы Христос не стал для нас бесполезен, дабы мы не стали обязаны исполнять весь Закон, дабы нам не оказаться отделенными от Христа, и дабы нам не отпасть от благодати. Но духом ожидаем и надеемся праведности от веры”. Все слова этого высказывания должны быть проанализированы очень тщательно, потому что они весьма выразительны. Он хотел не просто сказать так, как он выражался обычно: “Мы оправданы верою”, или: “Духом, от веры”, но он добавляет: “Мы ожидаем и надеемся праведности”, включая сюда надежду, чтобы охватить веру полностью. Когда он говорит: “Духом... от веры”, нам следует рассматривать антитезу, выраженную словом “Духом”, которым он как бы говорит: “Мы не стремимся к оправданию плотью, но делаем это, чтобы оправдаться Духом. И говоря: ‘Дух’, мы не подразумеваем никакого фанатизма, как это делают сектанты или сторонники самопознания , когда они говорят о Духе, но для нас ‘Духом’ — значит ‘от веры’”. Такие понятия, как “Дух” и “вера” были весьма подробно рассмотрены выше. Но здесь он не только говорит: “Мы оправданы Духом... от веры”, но продолжает: “Ожидаем и надеемся праведности” — это новое утверждение.

В Писании слово “надежда” используется в двух значениях — как то, на что уповают, и как чувство упования [надежды]. В первом значении [например] мы встречаем этот термин в Кол.(1:5): “В надежде на уготованное вам на небесах”, то есть речь идет о чем-то таком, на что возлагается упование. Для обозначения чувства упования данный термин используется в Рим.(8:24-25): “Надежда же, когда видит, не есть надежда; ибо если кто видит, то чего ему и надеяться? Но когда надеемся того, чего не видим, тогда ожидаем в терпении”. В данном фрагменте “надежда” может пониматься в обоих смыслах, и, соответственно, фрагмент может иметь два значения. Первое: “Духом, от веры, мы ожидаем упования на нашу праведность, то есть надежды на праведность, которая, несомненно, будет явлена в должное время”. Второе значение таково: “Духом, от веры мы ожидаем праведности, с надеждою и нетерпением. То есть мы оправданы, но все же [одновременно] мы не оправданы, потому что наша праведность все еще является тем, на что мы уповаем, как говорится в Рим.(8:24): ‘Ибо мы спасены в надежде’. Потому что до тех пор, покуда мы живем, грех все еще присущ нашей плоти. В нашей плоти и в наших членах остается закон, который противоборствует закону ума нашего и делает нас пленниками закона греховного (Рим.7:23). Пока бушуют эти плотские страсти и мы Духом боремся с ними, праведность, на которую мы уповаем, остается где-то в ином месте. Мы действительно начали оправдываться верою, которою мы также приняли зачатки [первые плоды] Духа. И умерщвление нашей плоти началось. Но мы еще не совершенно праведны. Наше совершенное и полное оправдание все еще остается чем-то грядущим, тем, что нам еще предстоит увидеть — и на это мы уповаем. Итак, наша праведность пока еще не существует фактически, но она существует в надежде”.

Это очень важное и приятное утешение, несущее прекрасное ободрение умам, угнетенным и обеспокоенным чувством греха, страшащимся огненных стрел дьявола (Ефес.6:16). Ибо, как мы знаем по собственному опыту, в этих терзаниях совести чувство греха, гнева Божия, смерти, ада и всякого страха становится огромным. И тогда всякий должен сказать тому, кто огорчен и пребывает в терзаниях: “Брат, ты хочешь иметь праведную совесть. То есть ты хочешь осознавать праведность таким же образом, как ты осознаешь грех. Этого не будет. Но твоя праведность должна превзойти в тебе осознание греха, и ты должен уповать на то, что ты праведен в глазах Божиих. То есть твоя праведность невидима и неосознаваема. Но она существует в виде надежды на то, чему предстоит открыться в должное время. Посему ты не должен судить о грехе, опираясь на твою совесть, устрашающую и огорчающую тебя, но тебе следует судить об этом на основании обетования и учения о вере, коим Христос обещан тебе, как твоя совершенная и вечная праведность”. Так среди всех страхов и в осознании греха моя надежда — то есть мое чувство надежды — порождается и укрепляется верою, уповающею на то, что я праведен; и упование — то есть то, на что возложено упование,— надеется, что невидимое в наши дни станет совершенным и откроется в должное время.