Чтение онлайн

Очень важно отметить и то, к чему призван человек. Вот Максим Исповедник пишет: «Бог–Слово, сын Бога Отца, для того и стал человеком и Сыном Человеческим, чтобы соделать человеков богами и сынами Божьими». Или, в другом месте: «Чтобы человека сделать богом через соединение с Собою». Вот какова была цель Боговоплощения – «… соделать человеков богами». Найдите вы эту идею хоть где-нибудь – нигде ее нет!

А возьмите какой образ – образ Христа – он же чист от всякой страсти. Сравните только с языческими богами, когда они воплощались… Вот тот же Кришна (кстати для всех это будет довольно интересно), по одному из сказаний, имел восемь жен законных, шестнадцать тысяч – незаконных и всего только сто восемьдесят тысяч сыновей. Недурственно, да?! Масштабы хороши – божественные. То есть, вся мифология пронизана вот этой эротикой, пронизана разного рода страстями, то есть отражает ничто иное, как этот страстный мир и больше ничего. В нем все естественно до предела. Во Христе мы ничего не видим. Вы обращали когда-нибудь внимание на эпизод, когда в Евангелии от Иоанна Христос разговаривает с самарянкой и пришли ученики (помните), они удивились, что Он разговаривает с женщиной. Кажется странно: Он же всегда общается с людьми, постоянно в толпе, постоянно выступает перед всеми, а здесь Он один на один разговаривал с женщиной – ученики удивились даже! Представляете, каков Его образ?! Вот это, даже маленькое такое замечание, прямо свидетельствует о том, кем он был, и этого не знает ни одна мифология.

Нужно отметить то, что дало это Боговоплощение для человека: я уже сказал вам, что человечество было возведено на высочайшую ступень бытия. Что значит: человечество? Речь идет о человеческой природе, как таковой, о ее возможностях, о раскрытии данных, которые присутствуют в ней. Речь-то о человеческой природе, а она же является достоянием каждой личности, следовательно, через этот шаг открываются врата для каждого индивидуума, для каждой личности. Открывается что? Возможность обожения человека – возведения его на высочайшую ступень существования или бытия, возведение его на уровень божества. Преподобный Максим Исповедник говорит, что через воплощение Бога Слова «… падший человек приобрел надежду воскресения и вечной жизни». Представляете что? Через Христа человек приобрел надежду на воскресение и вечную жизнь. Вот что связано, оказывается, с Боговоплощением – какая величайшая, скажем так, идея, вера. Так вот, он пишет что: «… человек приобрел надежду воскресения и вечной жизни, унаследовать которые он призван приобщением Иисусу Христу, который послушанием расторгнул осуждение прародительского греха, и смертью упразднив державу смерти, чтобы, как в Адаме все умирают, так в нем все ожили».

Мне кажется, что для любого человека, который только бы вот сопоставил языческие учения о боговоплощении, языческие мифы, и христианское, совершенно станет очевидным – ничего общего, кроме слова: боговоплощение. Вы подумайте, до чего интересно! А ведь, не касаясь этого вопроса, можно решить, что одно и тоже – там боги воплощаются и здесь воплотился – одно и тоже… На самом деле, только чуть–чуть подошли поближе и видим, ничего общего – совершенно разные учения. Опять я повторяю свой вопрос, откуда же оно могло возникнуть? Откуда этот образ Христа в Евангелии? Ответ один: Евангелисты констатируют факт – исторический факт. Они даже не объясняют – они просто констатируют. Только уже дальше святоотеческая мысль, и то в борьбе с заблуждениями и искажениями христианства, объясняет кое-что.

В частности, вот этот замечательный, изумительный, гениальный догмат четвертого Халкидонского Вселенского Собора отвечает на один из важнейших вопросов: вопрос о том, каким же образом произошло единение Бога с человеком. Это то, что касается нашего вопроса о Боговоплощении, но, в связи с ним, мне хочется сейчас коснуться другого вопроса – вопроса имеющего прямое отношение и к нашей действительности, и к истории мысли, и к тем исканиям, которые имеют место в настоящий момент.

Речь идет вот о чем: ведь с языческим учением о перевоплощениях богов очень близко связана идея о так называемых перевоплощениях личности, то что по–гречески называется «метемпсихоза». У нас есть русский термин такой – «метемпсихоза», что в переводе с греческого означает переодушевление. На самом деле ясно, о чем идет речь – речь идет об идее перевоплощения. Надо вам сказать, что идея перевоплощения встречается уже у древнегреческих мыслителей, причем в достаточно яркой и сильной форме. Например, Пифагор утверждал, не больше не меньше, как то, что он помнит свои четыре предшествующих перевоплощения. Довольно интересно… Или возьмите, например, хотя бы Рериха Николая Константиновича, который еще в начале нашего века (20–го) утверждал, что он есть ни кто иной, как перевоплощение Сергия Радонежского.

Так вот эта идея о перевоплощениях сейчас всюду бродит – особенно с развитием теософского сознания в современном обществе и, я думаю, что мы должны быть готовы к восприятию этой идеи. Я бы предложил вам несколько соображений, которые могут быть, как мне кажется, надлежащим ответом на эту мысль, на эту идею. В частности, первое, на что мне хотелось бы ответить – это на «факты» воспоминаний. Эти «факты» описываются. Вдруг тот или иной человек вспоминает свое предшествующее воплощение, вдруг он вспоминает человека, которого он никак не мог знать, но которого мог узнать, только если бы до этого он был другим. Вот эти «факты» в определенной литературе приводятся. Я еще раз повторяю, что это «факты» в кавычках, и вот почему: я совсем не хочу обвинять кого-то во лжи, хотя и это тоже возможно, сами понимаете. Я попытаюсь ответить не на ложь. Я попытаюсь ответить на искренние утверждения человека, что вот он помнит свое предыдущее воплощение и т. д.

Какие соображения в связи с этим можно было бы привести? Первое, на что бы я обратил внимание, таково: если бы имел место факт перевоплощения, то не отдельные личности, о которых можно сказать никто не знает, а все мы должны бы иметь какую-то память о своих предыдущих воплощениях – пусть в разной степени, разной смутности и ясности, но все бы мы должны иметь. Если же такового нет, то, я бы сказал, в противном случае, обессмысливается основной аргумент теософов о том, что последующие перевоплощения являются средством очищения человека от предшествующих грехов. Ну как же я могу очиститься от предшествующих грехов, когда я не помню эти грехи? Только память о них дает мне возможность очищения – если этой памяти нет, от чего же я могу очищаться?

Или вот интересное замечание английского философа Локка (он жил на сто лет раньше Канта – семнадцатый век). Локк заметил следующее: если нет памяти о прежнем воплощении, то нет и тождества личности – нет, следовательно, и перевоплощения, а есть просто рождение нового я. Действительно, о каком можно говорить перевоплощении, если никакой связи, осуществляемой через память, не существует. Фактически, это учение о перевоплощении базируется на утверждении, а не на доказательствах. Единственное доказательство – свидетельство некоторых, вроде Пифагора, о том, что они помнят свои перевоплощения. Так вот этот факт я попытаюсь вам объяснить следующим образом: этот факт, который преподносится как доказательство, на самом деле может быть объяснен многими и, с моей точки зрения, очень разумными доводами.

Первое – внушениями. Вы знаете, когда люди находятся в атмосфере вот этих идей, идей перевоплощения, то для некоторых нетрудно поддаться вот этому внушению. Особенно легко поддаются этому люди, так называемого, медиумического склада – чаще всего, конечно, женщины и дети попадаются. И вы знаете, вот эта идея, когда она присутствует, когда об этом говорят, когда об этом читают, то у людей подобного рода, такого склада, легко могут возникнуть определенные фантазии – причем с такой силой, что человек уже верит в них. Кстати таких фактов в психологии вы найдете сколько угодно, когда человек начинает верить своим мечтам, например, своим идеям, своим фантазиям. Сколько угодно! Здесь может иметь место? Конечно может. Хорошо!

Следующее – непроизвольное самовнушение. То есть уже не внушение со стороны, а человек сам внушает себе это, если он глубоко в это поверит. Если человек поверит в это глубоко, то здесь он легко может оказаться под гипнозом себя самого.

Дальше – психические-то заболевания есть на свете? Есть… Возьмите любой дом, где содержатся больные – кого только вы там не найдете: и Наполеонов, и Екатерин, и Пушкиных – кого угодно! Правда там это в яркой степени выражено, но идея фикс часто поражает человека без таких ярких, сильных отклонений психики. Психическое заболевание это реальность от которой никуда не уйдешь и, при обсуждении таких фактов, это может быть реальной причиной объяснения их.

Затем, те же теософы, те же индуисты – да и в общем-то представители почти всех религий и религиозных течений – все верят в существование духов, а если это так, то мы должны понять, что их действие прямо возможно на человеческую психику. Уж этого отрицать мы никак не можем. Помните, мы приводили мысль Антония Великого о том, что мы своими делами соединяемся или с духами злобы – или, напротив, отходим от них и, тогда, соединяемся с Богом. Соответствующее духовное состояние привлекает к себе этих духов, бесовское воздействие, конечно же, может иметь место – отрицать этот факт просто невозможно.

И, наконец последнее, на что я бы хотел обратить внимание, это то, что все чаще встречается в современной научной литературе. Речь идет о так называемой генетической памяти. Особенно об этом часто говорят педагоги, связанные с детьми. Они говорят насколько легче приучить детей к нормальному восприятию, например, музыки. Они прямо утверждают, что генетическая память вбирает самое здоровое – нечто здоровое – в отличие от тех наслоений, которые происходят сейчас, с этой современной музыкой. Генетическая память это факт – мы не знаем, как оттуда, из нее, взять информацию, но на самом деле…