Чтение онлайн

Сам же Парвус в своих планах сделал ставку на Ленина, в котором ценил организаторские способности, диалектический склад ума, революционную энергию, цинизм, а главное – ненависть к царской России, ради уничтожения которой он пойдет на всё. Парвус поехал на встречу с Лениным в Швейцарию, надеясь склонить его к сотрудничеству с собой, а значит, и со стоявшей за ним Германией. У «демиурга истории» (так называл себя Парвус) был особый расчет: в случае победы революции в России и прихода к власти Ленина он надеялся получить в революционном правительстве пост министра финансов, а с ним – доступ к золотому запасу России и ее деньгам, мечтая стать новым Ротшильдом.

Творцы «русских» революций: А.Л. Парвус (слева), Л.Д. Троцкий, Л.Г. Дейч. Тюрьма «Кресты». 1906

Встреча Парвуса с Лениным произошла в начале июня 1915 года в уютном кафе в центре Цюриха. Зная, кто такой Парвус, Ленин всячески маскировался и предохранялся, прихватив с собой на встречу швейцарского социалиста Артура Зифельда, через которого получал немецкие деньги на издание «Социал-демократа». Разговор состоялся. И хотя его содержание Ленин не раскрывал, он оказался на поводке у Парвуса, который был связан с ним через ленинского «денщика» Якуба Ганецкого, работавшего в фирме Парвуса. Весной 1917 года Парвус содействовал переезду Ленина с «группой товарищей» из Швейцарии через Германию в Россию в «пломбированном вагоне», но в итоге Ленин «кинул» своего благодетеля, нажив в его лице злейшего врага.

Когда после Октябрьской революции В. Ульянов (Ленин) стал вождем мирового пролетариата, а Парвус оказался в кювете истории, он выпустил злющую брошюру под немецким названием «В борьбе за правду» (в русском варианте «Правда глаза колет»), в которой описал, как они с Лениным работали на интересы Германии против России. В ней Парвус так описал суть их цюрихской договоренности: «Я встречался с Лениным летом 1915 года в Швейцарии. Изложил ему свои взгляды на последствия войны для общества и революции… Я предупредил его, что, пока идет война, революции в Германии быть не должно, в этот период она возможна только в России в результате немецких побед» [32] .

Ленин мечтал об издании крупнотиражного пропагандистского журнала, с помощью которого надеялся вытащить европейский пролетариат из окопов империалистической войны и повести на революцию, прежде всего в Германии. Но Парвус убеждал его, что «революция в Германии, пока продолжается война, невозможна» и нежелательна, потому что «победа Антанты будет гибелью не только для Германии, но и для русской революции. Чтобы освободить революционные силы пролетариата, прежде всего необходим мир» [33] . Имелся в виду сепаратный российско-германский мир, как воздух нужный Берлину. В итоге Ленин согласился с Парвусом – до конца войны не трогать Германию, бросив все силы на революцию в России. Взамен Парвус пообещал деньги.

В Берлине, куда Парвус по пути из Цюриха в Копенгаген заехал с отчетом, его вояж в Швейцарию расценили как несомненный успех. 6 июля 1915 года статс-секретарь германского МИДа Г. фон Ягов направил министру финансов З. фон Рёдерну письмо: «Для обеспечения революционной пропаганды в России требуется 5 000 000 марок. Поскольку эту сумму нельзя покрыть из имеющихся у нас фондов, я обращаюсь с просьбой к Вашему превосходительству предоставить эту сумму в мое распоряжение, отнеся ее к статье 6, раздела II чрезвычайного бюджета. Я был бы чрезвычайно признателен Вашему превосходительству, если бы Вы проинформировали меня о принятых мерах». 9 июля просьба была удовлетворена [34] .

А тем временем Ленин взялся за дело. 26 июля 1915 года в газете «Социал-демократ» (№ 43) вышла его статья «О поражении своего правительства в империалистической войне», где говорилось: «Революционный класс в реакционной войне не может не желать поражения своему правительству. Это – аксиома. И оспаривают ее только сознательные сторонники или беспомощные прислужники социал-шовинистов. <…> А революционные действия во время войны против своего правительства, несомненно, неоспоримо, означают не только желание поражения ему, но на деле и содействие такому поражению» [35] .

В августе Ленин пишет этапную статью «О лозунге Соединенных Штатов Европы», в которой отвергает краеугольное положение марксизма о том, что на излете капитализма социалистическая революция произойдет одновременно в нескольких самых развитых капиталистических странах, среди которых Россия не значилась [36] . Ленин же в своей статье, опубликованной в 44-м номере газеты «Социал-демократ», сделал противоположный вывод: «Неравномерность экономического и политического развития есть безусловный закон капитализма. Отсюда следует, что возможна победа социализма первоначально в немногих или даже в одной, отдельно взятой, капиталистической стране. Победивший пролетариат этой страны, экспроприировав капиталистов и организовав у себя социалистическое производство, встал бы против остального, капиталистического мира, привлекая к себе угнетенные массы других стран, поднимая в них восстание против капиталистов, выступая в случае необходимости даже с военной силой против эксплуататорских классов и их государств» [37] . Такой страной Ленин признал Россию и взял курс на пролетарскую революцию в крестьянской стране через ее поражение в мировой войне.

Деревушка Циммервальд – колыбель Октябрьской революции

Свою пораженческую программу Ленин изложил в сентябре 1915 года на Циммервальдской конференции европейских социал-демократов-пацифистов, собранной по совету Парвуса германским посольством в Швейцарии для борьбы за европейский мир в интересах Германии [38] . Состав участников «орнитологической» конференции, кое-как разместившихся в местном отеле Beau-Sejour, всецело отвечал германским интересам. Два главных противника кайзеровского режима – Роза Люксембург и Карл Либкнехт – были нейтрализованы: Роза сидела в тюрьме, а Карла призвали в армию «без права отлучки». В конференции участвовал сонм германских агентов. Ева Фляйшхауэр – ведущий немецкий специалист по российским революциям и связям революционеров с Германией – по сему поводу пишет: «Министерство иностранных дел Германии и отдел IIIb [39] Верховного командования позаботились о присутствии на конференции, помимо немецких делегатов, неофициальных и тайных защитников интересов центральных держав, заслав проверенных иностранных агентов в ряд национальных делегаций» [40] .

Ими являлись: близкий к Ленину швейцарский социалист Карл Моор (псевдоним в германской разведке Байер), финансировавший Ленина, а в конце 1917 года живший рядом с ним в Смольном [41] ; глава румынской делегации, сподвижник Парвуса и Троцкого, Христо Раковский – австрийский агент, не позднее января 1915 года ставший платным агентом германского МИДа, а в 1919–1923 годах возглавлявший Украинскую ССР; большевичка Анжелика Балабанова – агент венского Евиденцбюро [42] и отдела IIIb германской разведки; доверенным лицом Эвиденцбюро являлся и Троцкий, который через парижскую газету «Наше слово» (ее финансировал из немецкого кошелька Раковский) вел прогерманскую пропаганду. Секретарем и спонсором конференции (за счет германского посольства в Берне) был известный швейцарский социалист Роберт Гримм, уличенный потом в работе на интересы Германии.

Вот такой гадюшник являла собой «орнитологическая» конференция, где собрались компания опытных германо-австрийских агентов и мало на что способных европейских говорунов. На фоне всей этой серости выделялся своей решимостью лидер российских большевиков, который шокировал всех заявлением, что Россия должна проиграть войну ради свершения мировой социалистической революции через восстание народов против своих правительств. Но поднимать народы на восстания евро-социалисты не захотели, обвинив Ленина в том, что он подставляет их всех под тюрьму. В итоге на конференции была принята умеренная (центристская) резолюция и учреждена Интернациональная социалистическая комиссия, призванная выработать общую платформу по прекращению войны и установлению всеобщего мира без аннексий и контрибуций, и правом народов на самоопределение и социалистический выбор.

Но Ленина и его единомышленников сия «пресная бумаженция» не устроила, и они создали особую группу – Циммервальдскую левую, выступавшую за захват власти через поражение своих стран в войне, превращение империалистической войны в гражданскую и разрыв с большинством «социал-шовинистического» II Интернационала [43] . Так как немецкий, швейцарский и скандинавские члены этой группы левых радикалов никаких революций в своих странах совершить не могли, то создана была эта группа во главе с Лениным, Зиновьевым и Радеком под сенью германских и австрийских спецслужб с прицелом на революцию в Российской империи – через ее развал и поражение в войне. Ленинский радикализм шокировал даже Троцкого, который указал, что «желать поражения России, значит желать победы Германии». На что Ленин едко заметил, что Троцкий «запутался в трех соснах», и пояснил: «Во всех империалистских странах пролетариат должен теперь желать поражения своему правительству» [44] .