Чтение онлайн

Спасибо другу Бэзилу. Все поверили в план «Евробритания» — который по сути, является грандиозной дымовой завесой. Нет, конечно, контрибуцию с побежденных тоже возьмем, и немалую — но главное не это! Кто будет подлинным, а не декларируемым хозяином контрольных пакетов европейских фирм, кто будет устанавливать правила игры? У янки есть деньги, но нет наших знаний, кто есть кто в Европе, и про иные местные особенности. А это значит, не только намного большую эффективность наших вложений, но и возможность влиять на движение американского капитала в нужном нам направлении, хе-хе! Итогом же станет превращение Европы в британскую «латинскую Америку», что прежде не позволяли континентальные Игроки — которые очень скоро будут никто и звать никак! Кому интересно мнение, даже не просто побежденных, а виновных в развязывании самой ужасной войны против всего человечества? И кто сказал, что виновными, и достойными виселицы, будут признаны лишь политики и генералы — а еще и не те, кто давал им деньги и делал оружие? Парадоксально, но коммунисты снова (временно конечно) оказываются у нас в попутчиках — господа круппы должны быть не просто низвергнуты, а истреблены физически, нам совершенно не нужны конкуренты! Ну а кто из прежней деловой элиты не будет уничтожен — тот станет обязан служить нам. А объединение всех «клубов», всех уцелевших европейских Игроков — это сила, с которой можно на равных спорить даже с янки, не говоря уже о русских!

Ведь капитал не может лежать без движения, и любая собственность должна приносить доход — а значит, потребуются управляющие ею. И это будут точно не коммунисты — идея экспроприации частной собственности придется не по вкусу населению подавляющего большинства европейских стран. Это будут не янки, которые там чужаки, не знают никого и ничего. Это будут умные и добрые британцы, победители и традиционные освободители Европы от мирового Зла! И мы будем рачительными хозяевами — Европу ждет процветание под нашей рукой, отсутствие войн, а заодно и внутренних таможен, единые законы, валюта — общий рынок, где распорядителем будем мы — тот же Еврорейх, где хозяйская власть не будет столь оскорбительно бросаться в глаза! И общие колонии (ну не возвращать же французам Западную Африку, а голландцам — Ост-Индию?). Друг Бэзил был совершенно прав в видении Новой Британской Империи — вот только инструмент для ее строительства будет другой, не армия, а капитал. Даже чужой капитал — если управлять и распределять его будем мы.

Ну а янки пусть экономически колонизируют Россию и Китай, если им охота. Неподеленный рынок этих территорий настолько велик, что еще лет пятьдесят между нами и Америкой не будет потребности в переделе мира, то есть еще одной мировой войне!

Переговоры были наконец завершены. Как положено — были и журналисты с фотографами, и совместное заявление о решимости Трех Держав завершить победой эту войну. Через несколько часов мы должны отбыть в обратный путь, ибо государственные дела не ждут — и встретить Новый, 1944 год, в пути. А пока мы с отцом сидели и разговаривали — это было нашей традицией, пока сохранялась свежесть памяти и впечатлений.

— Очень интересно, — сказал отец после продолжительного молчания — русские коренным образом меняют свою политику — пытаются начать игру на нашем поле, всерьез ожидая победить. Или хотя бы, не проиграть.

— Мирное сосуществование? — спросил я, поскольку именно это утверждение привлекало мое внимание — однако же, Коминтерн не распущен, то есть, основной инструмент подрывной деятельности не исчез, и нет даже заявления о намерении его распустить, или ограничить его функции.

— Значит очень скоро последует — ответил отец — такая организация как Коминтерн не может существовать без прямой поддержки Сталина. Если конечно, новая русская политика, это всерьез и надолго. Что ж, мы сможем в том удостоверится — если Коминтерна не станет, то это будет конец большевистской Красной России. И окончательный поворот в сторону новой Империи — Советского Союза.

— Но ведь русские и раньше заключали с нами торговые соглашения? — я позволил себе удивиться — и сосуществовали вполне мирно.

— При этом сами открыто говоря, что это всего лишь тактика — заметил отец — внешнеэкономические действия для них были прежде не больше чем решением какой-то частной проблемы. Теперь же они пытаются заявить себя как серьезного игрока на этом поле, причем сразу в высшей лиге! Намерение участвовать в экономической организации, которая неизбежно получит всемирный статус, намерение стать одним из основателей этой организации, намерение выдвигать идеи и активно участвовать в ее работе… Ты еще не понимаешь? Интересно, сам Сталин додумался до идеи трех мировых валют, или кто-то ему посоветовал? С одной стороны ему явно интересен статус-кво и он хотел бы его достичь, не позволив Англии оказаться в положении межвоенной Франции. С другой — он хочет и защитить свою недавно созданную индустрию и в то же время, не позволить ей впасть в застой.

Я высказал недоумение. Потому что, как большинство американцев, был убежден, что СССР, выжав из Германии (или из своей доли Германии) максимум возможного и превратив ее в скромного потребителя своего сырья и производителя «ботинок для рабочих», может погубить и почти наверняка погубит дурным менеджментом и ее индустриальные ресурсы, и ее перспективы. Да, СССР на некоторое время получит современные производственные возможности и совершит впечатляющий рывок вперед, но через некоторое время начнется неизбежный застой — при этом русские смогут, вероятно, добиваться ярких успехов на отдельных направлениях, как они уже сделали это на войне, а потом использовать их для своей пропаганды. Но в конечном итоге, прогресс у них споткнется о систему принятия решений, замкнутую на одного-единственного человека во главе их партии и узкий круг его малообразованных советников. Пусть Сталин и производит впечатление, но он сейчас, как всякий диктатор — один, а его соратники не кажутся по-настоящему умными людьми. Мы неизбежно опередим их — и тогда, чтобы не проиграть, русские должны будут сделать ставку на Коминтерн, развернув в наших странах работу аналогичную деятельности УСО и подкрепив своим военным давлением на завершающем этапе. И предложение рубля как одной из мировых валют вполне укладывается в этот план — чтобы финансировать подрывную коммунистическую деятельность по всему миру.

— Думаю, ты не прав, — заметил отец — считая Джо кем-то наподобие «коммунистического Черчилля». Такие решения, как Джо только что предложил — касающиеся послевоенной судьбы глобальных рынков, а не простых, в сущности, торговых операций — неестественны для Красной России. Прежние переговоры укладывались почти исключительно в военно-политическую логику — и это делалось очень серьезно, взвешенно и аргументировано. Следовательно, полагая Сталина серьезной силой, мы обязаны думать, что и это внезапное предложение не является мелкой уловкой для обеспечения финансирования подрывных организаций и их акций в наших странах. Хотя нельзя полностью исключать и первое — если Джо все же мельче, чем показался мне сейчас. Но мы должны рассчитывать на сильнейший ход оппонента. Это предложение открывает исключительные возможности, хотя и таит некоторые угрозы. Во всяком случае оно логично увязано с заявлением о мирном сосуществовании. Думаю, Джо все-таки решил сыграть в наши игры. Что ж, это неизбежный путь всех по-настоящему успешных гангстеров мира.

— Гангстеров? — удивился я.

— Да, мистер Гувер собрал досье на господина Сталина. В молодые годы, русский Вождь был известен чисто гангстерскими успехами — захватом почтовых карет, например… Потом участие в политике в свой стране! Тоже не ново. С учетом русских традиций и особенностей, разумеется. При этом он мыслил достаточно широко, чтобы прочно связывать свой успех с успехом своей страны, а не с революциями по всему миру. Именно в этом контексте следует рассматривать его противостояние с Троцким, имеющим за спиной международный еврейский капитал, не только деньги, но и связи. У Сталина этого не было, и он, чтобы не быть уничтоженным, был вынужден опереться на интересы собственного электората, чем пренебрегал космополит Троцкий. И потому, он победил в игре «социализм в отдельной стране», ему тут не было равных, а сильные карты его соперников в тех правилах не были козырями. Знаменитые московские процессы и чистки были не более чем добиванием врагов — но вот, в своей лиге он достиг верха, и теперь считает себя достаточно сильным, чтобы перейти уровнем выше, вступить в мировой клуб. Именно это он намерен сделать вершиной своей карьеры — отлично понимая, что не удержится в одиночку, воюя против всех. И если мировая революция оказалась недостижимой — то естественно подумать о мирном сосуществовании. И более чем логично в этом случае, что именно от нас с Черчиллем он ожидает рекомендаций необходимых в любом уважающем себя клубе.

Говоря это, отец гладил мурчащего кота. Серый и пушистый, полугодовалый кот сибирской породы был подарен Сталиным, в знак дружбы и ради лучшего здоровья — к рекомендациям Сталина отец отнесся очень серьезно, что-то записал, задумав озадачить своих врачей. Ну а животные способствуют покою и доброжелательности хозяев — хотя отец не был сентиментален, но в этом правиле что-то есть. К смене хозяина кот отнесся без проблем, «это еще подросток, мистер Рузвельт, он еще вырастет в настоящего зверя». Как и Россия, заметил отец — быстро отрастит зубы и когти.

— Но все же — я решился возразить отцу — это домыслы, пусть и убедительно основанные на прошлом господина Сталина.

— Практическим шагом господина Сталина, который подтвердит или опровергнет эти домыслы, — сказал отец, — станут ближайшие месяц-два, когда должна быть решена участь Коминтерна и, естественно, определены сроки и содержание переговоров о будущем мировых финансов. Тогда и мы определим нашу основную политическую линию в отношении России на ближайшие годы. Не сомневаюсь, что в игре по нашим правилам, мы одержим убедительную победу — это все же наше поле, наша игра, в которой у русских совершенно недостаточно опыта и знаний. Но если они сумеют сыграть интересно, даже в проигрыше показав класс своей команды… Может быть тогда и можно будет пригласить их лучших «офицеров» в рубку нашего корабля полноправными участниками рейса. Естественно, под нашим руководством — хозяин на борту должен быть один!

Мир еще содрогнется от нашей неблагодарности!

А все же, Карфаген должен быть разрушен!

Если бы эти исторические слова не были уже сказаны разными великими людьми, разделенными тысячелетиями — я произнес бы их сейчас. Конечно, заменив «Карфаген» на «Россия». Сталин, безусловно, один из великих людей своего времени — что однако составляет не заслугу его, а преступление и вину перед западным миром! Насколько было бы легче, будь он маниакальным идиотом, наподобие того, как наша пропаганда рисует сейчас Гитлера, и я уверен, будет изображать Сталина, когда мы перестанем быть союзниками. Что ж, в политике нет места морали, а лишь выгодность — нередко приходится поддерживать мразь против великих и достойных, потому что это чужие великие и наша шваль!