Чтение онлайн

Советско-германский фронт стал главным фронтом Второй мировой войны. Известно, что на советском Северо-Западе серьезную угрозу безопасности нашей страны, и прежде всего Ленинграду, представляла Финляндия. Она стремилась к сближению с Германией, рассчитывая на ее поддержку в плане создания «Великой Финляндии» за счет отторжения от СССР территорий Карелии и части Ленинградской области. Для этой цели в Финляндии была создана националистическая военная организация «Щюцкор», которая проводила диверсии и провокации на территории советской Карелии, пытаясь разжечь и вызвать недовольство карельского населения против советской власти. В 30-е годы значительно участились случаи нарушения границы со стороны контрабандистов и террористов ввиду того, что граница охранялась лишь на отдельных участках. В 1930 г. здесь было задержано 1174 нарушителя границы, в 1931 г. – 2488, в 1932 г. – 7207 человек [33] .

В период с 1921 по 1935 г. на советско-финляндской границе произошло 58 вооруженных нападений на пограничную охрану, 61 вооруженное столкновение с бандитами и контрабандистами, 163 случая обстрела наших пограничных нарядов. За это время было задержано 21 937 нарушителей государственной границы. В боевых столкновениях погибло 15 пограничников и 37 были ранены. Потери противника составили 149 убитых и 83 раненых [34] . Финляндия использовала террористические действия на границе с целью территориальных приобретений. Неоднократно с финской стороны вторгались банды численностью 20–40 человек и более. Чтобы прекратить эти вторжения, советское правительство заявило Финляндии, что при повторных вторжениях банд на территорию СССР оно будет расценивать подобные факты как начало военных действий со стороны Финляндии против СССР. В результате массовые вторжения в пограничной зоне прекратились, хотя одиночные нарушения границы продолжались. С середины 1930-х гг. Финляндия начала вести военное сотрудничество с Англией, Францией и Германией. В 1935 г. Германия предложила Финляндии заключить военный договор, по которому она брала на себя обязательства оказать финнам военную помощь, если начнутся боевые действия против Советского Союза. С этого времени Финляндия стала активно производить закупки различного вида вооружения. Только в 1936 г. у Англии она произвела военные закупки на сумму 22 млн марок, в 1937 г. – на 50 млн марок, а в 1938 г. – на 102 млн марок [35] . В это время Финляндию стали посещать военные специалисты других стран с целью проведения консультаций. Так, с июня по август 1936 г. в Финляндии находилась группа японских и германских офицеров, которые изучали оборонительные сооружения, возводившиеся вблизи границы СССР, и дислокацию финских войск. В этот период были проведены военные маневры финской армии на Карельском перешейке. За период с июня по октябрь 1936 г. в пограничной полосе в Финляндии побывали японские офицеры (55 человек), немецкие и шведские офицеры, которые обменивались рекомендациями с японскими военными о создании оборонительных сооружений. И это было ежемесячно вплоть до 1939 г. В этот год советскими пограничниками было задержано 620 нарушителей границы, среди которых было разоблачено 60 агентов финских и других иностранных разведок [36] .

1 сентября 1939 г. Финляндия объявила всеобщую мобилизацию, и с этого времени началась концентрация финских войск на советско-финляндской границе. Она завершилась 25 ноября 1939 г., и численность ее армии возросла в 7 раз. После разрыва дипломатических отношений с Финляндией Советский Союз использовал инцидент в Майниле для начала войны против Финляндии. 30 ноября 1939 г. в 8 часов утра без объявления войны на всем участке границы от Баренцева моря до Финского залива пограничные войска Мурманского, Карельского и Ленинградского округов вместе с войсками Красной армии перешли в наступление. Война с Финляндией длилась 105 дней и вошла в историю как Зимняя война. Она явно показала неготовность Красной армии к ведению боевых как наступательных, так и оборонительных действий. К этому следует добавить и низкую военно-организаторскую и тактико-боевую подготовку личного состава Ленинградского военного округа (командующий – командарм 2-го ранга К. А. Мерецков, член Военного совета А. А. Жданов). Войска развернулись на фронте протяженностью 1500 км: на мурманском направлении – 14-я армия (2 стрелковые дивизии), на кандалакшском, ухтинском и ребольском – 9-я армия (3 стрелковые дивизии), на петрозаводском – 8-я армия (4 стрелковые дивизии), на Карельском перешейке – 7-я армия (9 стрелковых дивизий, 1 танковый корпус, 3 отдельные танковые бригады, 13 артиллерийских полков). Боевые действия поддерживали 9 авиаполков и Балтийский флот.

Основной удар наносили войска 7-й армии (под командованием командарма 2-го ранга В. Ф. Яковлева) в общем направлении на г. Выборг (Випури), которое было признано главным. 8, 9 и 14-я армии своими действиями должны были сковать финские войска и не допустить их переброски в зону главного удара. На операцию отводилось всего от 7 до 14 дней. К этому сроку советские войска должны были выйти на рубеж Хельсинки – Тампере – Оулу – Кейми, что соответствовало захвату до 80 % территории Финляндии и должно было привести к ее капитуляции. Однако командование советских войск не учитывало, что многие войсковые соединения, переброшенные для войны с Финляндией из других районов страны, и тем более южных, не были соответственно экипированы и знакомы с тактикой ведения боевых действий в северных условиях.

Начавшаяся война показала неготовность боевой техники Красной армии к действиям в сложных климатических условиях. Здешние погодные и природные условия на нет свели значительное численное преимущество Красной армии в танках, артиллерии и авиации. Массивные многобашенные бронированные машины вязли в карельском бездорожье и превращались в обузу для пехоты, а их малокалиберные орудия не могли справиться с финскими укреплениями. Еще хуже обстояло дело с авиацией. Несмотря на то, что советские авиационные части, используемые во время финской войны, насчитывали достаточно большое количество боевых самолетов, в основном это были технически устаревшие модели. И если летом 1939 г. в ходе боевых действий у р. Халхин-Гол техническое несовершенство, а именно отсутствие радиосвязи, открытые кабины и плохая приспособленность самолетов к аэродромному обслуживанию, преодолевались самоотверженностью, изобретательностью и напряженным трудом летно-технического состава, то в условиях суровой зимы, когда положение усугубилось отсутствием обогревательных и антиобледенительных систем, нехваткой стартеров, водо- и маслонагревателей, этого сделать не удавалось [37] . Масло на морозе густело настолько, что заправить им самолеты не было никакой возможности. Неоднократно на бомбардировщиках СБ от сильного мороза лопались масляные баки, а моторы на тяжелых ТБ-3, гордости авиастроения, не могли запустить сутками. В результате этих упущений надежды на молниеносную победу после нанесения первого мощного удара не оправдались. За первый месяц войны войска 14-й армии продвинулись в глубь Финляндии всего на 150–200 км, 8-я армия вклинилась в финскую оборону на 50–80 км, а 9-я армия лишь на 35–45 км. Еще более скромных результатов на направлении главного удара добилась 7-я армия. Лишь к 10 декабря 1939 г. ее войска смогли преодолеть передовые позиции и предпольные укрепления финской обороны и выйти к переднему краю главной полосы укрепленной линии Маннергейма. Таким образом, вместо запланированного продвижения на 200–250 км к 10-му дню наступления частями Красной армии было преодолено в среднем 50–70 км. Попытка прорвать финскую оборону с ходу успеха не имела. Понеся большие потери, 29 декабря Красная армия остановила наступление. Стало ясно, что без соответствующей подготовки укрепления линии Маннергейма прорвать не удастся. Новый 1940 год войска Красной армии встретили, ведя незначительные оборонительные бои. Одновременно с этим производились перегруппировка войск и подтягивание резервов. При этом основные силы советских войск решено было сконцентрировать на Карельском перешейке. На этом участке фронта войска могли надежно закрепиться на достигнутом рубеже, так как только здесь, в их тылу, не оставалось отрядов противника. Близость и надежность связи с мощной тыловой базой, Ленинградом, наличие хороших дорог создавали условия для удовлетворительного снабжения войск.

В начале января участок фронта 7-й армии был сокращен со 100 до 43 км. Дополнительно была создана 13-я армия (командующий комкор В. Д. Грендель), взявшая на себя освободившийся участок фронта. В начале февраля также была создана 15-я армия (командующий командарм 2-го ранга М. П. Ковалев), действовавшая между Ладожским озером и пунктом Лаймола. Параллельно с этим были произведены перестройка управления войсками и смена командования. Действующая армия была выведена из подчинения Ленинградского военного округа и перешла непосредственно в ведение Ставки Главного Командования РККА. Командующим армией был назначен командарм 2-го ранга К. А. Мерецков. 7 января 1940 г. на Карельском перешейке был образован Северо-Западный фронт (командующий командарм 1-го ранга С. К. Тимошенко, член Военного совета А. А. Жданов) в составе 7-й и 13-й армий (24 стрелковые дивизии, танковый корпус, 5 отдельных танковых бригад, 21 артполк, 23 авиаполка). Северо-Западный фронт имел задачу: прорвать линию Маннергейма, разгромить основные силы противника на Карельском перешейке и на 13–18-е сутки выйти на рубеж Кексгольм – станция Антреа – Выборг. Главный удар наносился в общем направлении на станцию Антреа. Для глубокого обхода выборгской группировки противника через Финский залив была создана резервная группа Главного командования в составе кавалерийского корпуса, трех стрелковых дивизий и танковой бригады [38] .

Вступая в войну с Финляндией и организуя боевые операции, Генеральный штаб и Наркомат обороны не обладали достаточной информацией о состоянии тех оборонительных укреплений, которые предусматривалось брать советским войскам на Карельском перешейке. Осознавая возможное военное столкновение с Советским государством на этом направлении, финское командование предприняло все меры к тому, чтобы создать здесь исключительно мощную оборонительную линию, способную выдержать любые попытки вражеских (советских) войск прорвать и разрушить создаваемые на большой глубине инженерно-боевые сооружения. Финское правительство обращалось за помощью к зарубежным странам и получало некоторую финансовую сумму и вооружение. США предоставили Финляндии заем в сумме 10 млн долларов. Англия поставила более 100 самолетов, 200 орудий, сотни тысяч снарядов, авиабомбы и противопехотные мины. Франция передала финнам 178 самолетов, около 500 орудий, более 5 тыс. пулеметов, миллионы снарядов, ручных гранат и другое снаряжение. Готовился и экспедиционный корпус в количестве 150 тыс. человек [39] .

К началу 1939 г. с помощью немецких специалистов были построены аэродромы, способные принять в 8–10 раз больше самолетов, чем их имелось в ВВС Финляндии. Финское командование постоянно укрепляло свою оборону. Начиная с 1927 г. велось строительство линии Маннергейма, и к исходу 1939 г. этот укрепрайон имел ширину по фронту 135 км, глубину – до 95 км и прикрывал Кексгольмское и Выборгское направление, а также примыкал флангами к Ладожскому озеру и Финскому заливу. На этой территории было возведено свыше 2 тыс. долговременных огневых точек (дотов) и дерево-земляных огневых точек (дзотов), которые объединялись в опорные пункты по 2–3 дота и 3–5 дзотов в каждом, а последние в узлы сопротивления из 3–4 опорных пунктов. Главная полоса обороны состояла из 25 узлов сопротивления, насчитывающих 280 дотов и 800 дзотов [40] .

Фашистская Германия внимательно следила за ходом боевых действий воюющих сторон. Она не просто следила. Она желала принять участие в этой войне. В это время советские войска начали генеральное наступление, направленное на прорыв укрепленной линии Маннергейма. Наступление началось утром 11 февраля 1940 г. Предварительно была произведена почти трехчасовая артподготовка, в ходе которой была уничтожена часть финских дотов. Интенсивность и плотность обстрела при артподготовке была мощной. Она способствовала продвижению танков. В первой линии штурмовых групп шли 34 огнеметных танка, изрыгая огневое пламя, выжигая в укрепленных бункерах и окопах финских солдат. За ними двигались 50 танков с десантом в буксируемых бронированных санях. Третий эшелон составляли два стрелковых полка. Здесь каждое отделение красноармейцев продвигалось, прикрываясь поставленными на полозья стальными щитами. Наконец, в четвертом эшелоне находился еще один стрелковый (пехотный) полк со щитами на полозьях для защиты личного состава. В своем распоряжении штурмовые группы имели 118 танков и 144 орудия. В этой сложной и тяжелой кампании 1939–1940 гг. проявилось особое видение начальника штаба артиллерии 7-й армии Л. А. Говорова места и роли орудийных систем. Он понимал, что в войне, где противник имеет сильную оборону, ее может прорвать только артиллерия большой мощности. Именно здесь артиллерия должна была предстать не просто как род войск, как вид или совокупность предметов вооружения, а как наука об устройстве, свойствах и способах боевого применения артиллерийского вооружения. С этой целью в составе артиллерийского вооружения должны находиться не только пушки, но и орудия большой мощности (орудия и минометы калибра 175–240-мм и более).

В первый день дивизии 7-й армии смогли вклиниться в систему обороны Суммского укрепленного узла. Через три дня командование фронта известило Москву о его прорыве. Финское командование, осознавая, что прорыв в районе Сумма ликвидировать не удастся, начало отводить свои войска на вторую полосу обороны, чтобы сохранить целостность фронта. Прорвать этот рубеж с ходу 7-й армии не удалось. После перегруппировки сил армии 28 февраля было возобновлено наступление. Рано утром этого дня началось предварительное разрушение важных целей в системе обороны врага. Для разрушения особо укрепленных огневых точек орудия выдвигались на открытые позиции и в ряде случаев целыми батареями вели огонь прямой наводкой. Артиллерийская разведка должна была выявить все огневые цели врага, как уничтоженные, так и сохранившиеся. На артиллерийском командовании лежала ответственная задача – полное подавление огневых средств врага и этим обеспечение пехоте штурма оборонительных позиций противника. В этот период тяжелая артиллерия армии наносила удар по укреплениям противника на одних участках, а на других подрывные группы готовили и осуществляли ручной подрыв дотов и дзотов в оборонительной линии врага. В результате войска 7-й армии сломали сопротивление противника и 2 марта вышли к его тыловой оборонительной полосе, охватив Выборгскую группировку с северо-востока. Финское командование вынуждено было начать отступление по всему фронту. Но 7-я армия, своими силами форсировав по льду Финский залив, обошла Выборгский укрепрайон с северо-запада и перерезала шоссе Выборг – Хельсинки. Сражение за сам город Выборг продолжалось вплоть до заключения перемирия. 2 марта войска 7-й армии вышли на подступы к Выборгу с юга, а части 13-й армии теснили финнов к реке Вуокса, угрожая Кексгольму. 7 марта 50-й корпус перерезал железную дорогу Выборг – Антреа. К 12 марта прорыв линии Маннергейма был по существу завершен. В 11 часов 13 марта стрельба по всему фронту прекратилась. Финны подписали мирный договор. По нему к СССР отходили весь Карельский перешеек с Выборгом, западное и северное побережье Ладожского озера с городами Кексгольм, Сортавала, Суоярви, территория восточнее Меркярви с Куолярви, часть полуострова Рыбачий и Средний, полуостров Ханко поступал на 30 лет в аренду Советскому Союзу для создания там военно-морской базы [41] .

Зимняя война убедительно показала, что участвующие в ней красноармейские части не обучены военному делу, не способны к выполнению своих солдатских и командирских обязанностей. Об этом прямо было заявлено на совещании в ЦК ВКП(б) 14–17 апреля 1940 г. Выступая на этом совещании, начальник артиллерии 7-й армии комкор М. А. Парсегов заявил: «Мы нашего противника не знали вообще. Данные, которые представляла нам разведка об укрепленных районах противника, свидетельствовали лишь об огневых точках. Но сколько их, что они представляют и тем более, чем насыщена линия Маннергейма, мы не знали». Комбриг П. С. Пшенников заявил о том, что «47 % красноармейцев и младшего комсостава не знают материальную часть своего оружия и тем более пулемета (ручного и станкового)». Комдив М. П. Кирпонос сказал: «В мирное время мы готовились воевать только летом, потому что зимой при 15-градусном морозе мы не имели права выводить в поле нашего бойца». Комбриг С. И. Оборин – начальник артиллерии 19-го корпуса еще резче высказался по организации боевой подготовки в условиях пониженных температур. Он заявил, что «командование препятствует этому, указав на то, что личный состав может обморозиться». На своем собственном опыте, как солдат старой русской армии, он сказал, что тогда выводили на занятия даже в 40-градусные морозы и не боялись обморожения [42] .