Чтение онлайн

Истошно завопив, Ленон выхватил книгу из костра и начал остервенело топтать ее в попытке сбить пламя. Убедившись, что огня больше нет, он поднял книгу с земли. Но то, что он держал в своих руках, походило скорее на книгу куда более фривольного содержания, которая не менее года ходила по рукам не в меру аккуратных читателей.

Хотя Книга Знаний была цела, но вряд ли в подобном виде другую книгу удалось бы вернуть в библиотеку, не заплатив при этом изрядный штраф. Переплет был почти обуглен, а страницы заметно потемнели по краям.

Ленон, не зная, что делать дальше, решил разбудить Гаузена. Он пытался потрясти его, но вызвал лишь щекотку. Очнувшийся Гаузен начал продирать глаза. Ему, в отличие от Ленона, снился приятный сон, но он уже не помнил его содержания, а от щекотки ему стало смешно, так что он совсем не расстроился. Ленон, увидев, как его напарник поднимается, испугался показывать, что он натворил, и быстро спрятал книгу за спину.

— Что, Ленон, решил разбудить меня, чтобы я постоял на страже, пока ты отлучишься по нужде? В следующий раз можешь так не делать, — великодушно разрешил Гаузен. — Чего такой грустный? Приснился плохой сон? Сейчас я тебя развеселю. Я вспомнил, чем оно там закончилось. Вот, послушай настоящую шутку, — сказал Гаузен опечаленному Ленону, все еще не зная, что произошло на самом деле. — Это не то, что твои бредовые байки из Книги Знаний.

Сидят в таверне за столом воин, вор и волшебник и выпивают. И все такие грустные… Ну, прямо, как ты сейчас. И вот воин наконец начинает жаловаться:

В городе загорелся склад — и теперь я лишился работы. Мне нечего охранять!

Тут вор подхватывает:

Спасибо за новость. Она, конечно, ужаснее некуда, но я думаю, мне, по крайней мере, ясно, чем я буду заниматься сегодня вечером. Надеюсь, к пропасти очередь не очень длинная. Теперь, когда я узнал, что в городе загорелся склад… мне негде воровать!

Тут воин начинает смотреть на вора с таким выражением свирепости. Ну, будто его взгляд говорит: Ах, все это время это был ты! Но, в конце концов, узнает собрата по несчастью, и рука, занесенная для удара, обнимает вора.

Ну а ты чего такой расстроенный? — спрашивают они у мага, а он им отвечает:

В городе загорелся склад, и меня теперь полгорода ищет. Мне негде спрятаться!

— Ну, ты понял? — чуть не лопаясь от смеха, поинтересовался Гаузен.

— Гаузен, я… — пытался объяснить юноша, но спутник его не слушал.

— Ну, ты понял, в чем соль? Этот маг… — подавившись смехом, опять не договорил, Гаузен.

— Гаузен, я сжег книгу… — еле слышно сознался Ленон.

— Да-да, сжег! — еще больше смеясь, подтвердил Гаузен. — Это маг сжег склад!

Тут внезапная догадка обожгла кору мозга Гаузена чуть ли не до угольков.

— Ты сжег что?!

— Книгу Знаний, — показал Ленон обгорелые корки. — Ты, кажется, хотел досказать свою смешную байку? — умоляюще напомнил юноша.

— Чем все кончилось?! — отчаянно закричал Гаузен, — И они вдвоем к-а-ак накинутся на этого мага!

При этих словах он схватил Ленона за грудки и изо всех сил начал трясти его:

— Да что же ты наделал?! Ты представляешь, что эта книга значила для Лин?! Она за нее жизнь бы отдала!

— Я не хотел! Кто же знал, что так выйдет? — дрожащими губами оправдывался Ленон.

— Знаешь, что сказала ярмарочная площадь, на которой не протолкнуться от торговых палаток? — вдруг спросил Гаузен.

— Что? — понятия не имел Ленон.

— Она сказала: «Меня заставили». А тебя-то кто заставлял сжигать книгу?! Кто тебя заставил, а?! Может, кто-то нож у горла держал? На ухо шептал: Сожги книгу, пока Гаузен не видит?! — не переставая, кричал и тряс Ленона Гаузен. — Или ты вдруг замерз?! Так вот веток вокруг столько валяется!

Тут Гаузен, желая доказать свою правоту в последнем аргументе, подобрал одну из палок и высоко поднял ее над головой. Ленон испугался, что Гаузен на него замахнулся, и инстинктивно съежился.

— Изобью его до смерти — могилу придется копать. А до полусмерти — опять придется тащить на себе, — хмуро подумал Гаузен и опустил палку.

— Пощады, — жалобно запросил Ленон.

— У тебя есть что сказать в свое оправдание? — не отступался Гаузен, решив, что просто так его не отпустит.

— У меня было тяжелое детство. Вместо воздушных шариков я надувал пакеты из-под молока, — пытался отыскать спасительные слова юноша.

— Тяжелое, говоришь? По крайней мере, ты пил молоко! — возразил Гаузен.

— Я подбирал эти пакеты в мусоре, — не сдавался Ленон, пытаясь разжалобить спутника.

— Ага, а я-то думал, чего это ты тогда забрался на кучу мусора? Да тебя к помойке с детства тянет! — брезгливо поморщился Гаузен, вспомнив, как сам вытаскивал газеты из мусорных урн.

— Я еврей, — сделал еще одно признание Ленон, грустно заглянув Гаузену в глаза.

— Еврей чего? Это что еще значит? — не понял Гаузен.

— Это значит… Это значит для меня…что я везде чужой, — пытался, как мог, отыскать слова Ленон.

— А мне-то как везде рады, ты не заметил? Я что, тогда тоже еврей? Да какая вообще это разница? — желчно поинтересовался Гаузен и, плюнув с досады, сдался и отпустил Ленона. — В твоей болтовне нет никакого смысла.

— Если бы не мой нос, то я мог бы и не заметить, что горит кожа на переплете. Мы, вегетарианцы, к такому чувствительны, — продолжал оправдываться Ленон.

— А у мясоедов, что ли, чувств нет?! — не выдержал Гаузен, — Ну что за дела! Хуже ушной инфекции! Мне такое и в дрянном сне не привиделось! О чем ты думал? О чем ты только думал, Ленон?!

Ленону было неловко признаться, что он думал о Руфи, и он молчал, а Гаузен продолжил сокрушаться, переключив свое недовольство на Книгу Знаний.

— А я ведь знал, что она проклята! Надо было выкинуть ее тогда, когда я обнаружил ее у себя в сумке. А Лин бы сказал, что потерял вместе с сумкой, не зная, что там внутри. Она бы тогда никуда не отправилась, и мы были бы теперь вместе! А теперь приходится таскать эту вшивую книгу…

— Вообще-то вшивые — это пострадавшие от насекомых-паразитов, — вступился за реликвию Ленон.

— Не заткнешься — пострадавшим будешь ты! — пригрозил Гаузен. — Закопать бы ее вообще, да она магическая! Она только и делает, что привлекает чудовищ и неприятности! А тут еще вдруг все мертвецы в округе из-под земли повылазят?

— Я сжег ее не целиком, — заверил Ленон и показал обгоревшие страницы.

— Ну, спасибо! Ну, успокоил! Прямо камень с плеч свалился и прямо на ногу! — издевательски поблагодарил велит.