Лепестки на ветру
Шрифт:
Крис оглянулся и окинул их мрачным взглядом.
— Неудивительно, что она вас ненавидит, раз вы можете так говорить!
— Мы найдем ее, — уверенно сказал Крис. — Если мы останемся на неделю и будем мучить каждую малышку, мы заставим их сказать, где она.
— Молодой человек! — выкрикнула мисс Дьюхерст — Никто, кроме меня, не имеет права мучить моих девочек!
Я знала Кэрри лучше всех и попыталась поймать нить ее мыслей. Если бы мне было столько же лет, сколько Кэрри, попыталась бы я убежать из школы, где мне незаслуженно запретили поехать домой? Да, я именно так бы и поступила. Но я была не Кэрри, я бы не убежала в одной ночнушке. Вся форменная одежда была на месте, все свитерочки, юбочки, блузки, нарядные платья тоже.
Все, что она привезла в школу, лежало на своих местах. Не было только фарфоровых кукол. Все еще стоя на коленях перед комодом Кэрри, я откинулась на пятки, подняла голову на Пола и показала ему ящик, в котором не было ничего, кроме одеялок и каких-то деревяшек.
— Ее кукол нет на месте, — сказала я тускло, не понимая, что это за деревяшки, — и, кажется вся одежда, кроме одной из ночных рубашек, на месте. Кэрри бы не вышла на улицу в одной ночной рубашке. Она должна быть здесь, в каком-то месте, куда никто не заглядывал.
— Мы посмотрели везде! — нетерпеливо заметила мисс Дьюхерст, как будто я не имела права голоса, а говорить мог только опекун, доктор, чьего расположения она продолжала искать несмотря на то, что он опять бросил на нее жесткий, холодный взгляд.
По какой-то необъяснимой причине я повернула голову и заметила на лице у болезненно-бледной худой рыжеволосой девчонки, которая была мне противна только за то, что рассказывала о своей соседке Кэрри, выражение лица, которое бывает у кошки, поймавшей канарейку. Может быть что-то было в глазах или в том, как она теребила карман своего белого передника, но это заставило меня напрячься и пристально посмотреть ей в глаза. Она отвела взгляд, стала смотреть в окно и быстро вынула руку из кармана. Это был карман с подкладкой, и он как-то сомнительно оттопыривался.
— Это ты, — сказала я, — была соседкой Кэрри, так ведь?
— Я, — прошептала она.
— А что это у тебя в кармане?
Она дернула головой в мою сторону. Ее глаза сверкнули зеленым огнем, а губы сжались.
— Не ваше дело!
— Мисс Тауэре! — одернула ее мисс Дьюхерст. — Ответьте на вопрос мисс Долленгенджер.
— Там мой кошелек, — сказала Сисси Тауэре, с вызовом глядя на меня.
— Какой набитый кошелек, — сказала я и, внезапно потянувшись к ней, схватила Сисси Тауэре за колени.
Свободной рукой я, несмотря на ее сопротивление, вытащила у нее из кармана голубой шарф. Из шарфа выпали мистер, миссис Паркинс и детка Клара. Я взяла трех кукол в руки и спросила:
— Почему у Вас куклы моей сестры?
— Это мои куклы! — бросила она, и ее сверкающие глаза злобно сузились.
Девчонки вокруг стали сдавленно хихикать и перешептываться.
— Ваши? Эти куклы принадлежат моей сестре.
— Вы лжете! — выпалила она в ответ. — Вы воруете мои вещи, и мой отец может бросить вас в тюрьму!
— Мисс Дьюхерст! — приказал этот маленький демон, протягивая руку, чтобы забрать у меня кукол. — Велите ей оставить меня в покое! Мне она не нравится, так же как ее карлица-сестрица!
Я поднялась на ноги и нависла над ней. Руку с куклами я отвела за спину. Она бы убила меня, чтобы получить их назад.
— Мисс Дьюхерст! — завопил этот дьяволенок, бросаясь на меня. — Мои мамочка и папочка подарили мне их на Рождество!
— Ты лжешь, чертовка! — сказала я, сгорая от желания ударить ее по ее бесстыжему личику. — Ты украла этих кукол и кроватку у моей сестры. И потому, что ты это сделала, Кэрри сейчас в крайней опасности.
Я знала это. Я это чувствовала. Кэрри нуждалась в немедленной помощи.
— Где моя сестра? — заорала я.
Я в упор смотрела на рыжеволосую девочку по имени Сисси, понимая, что она знает, где Кэрри, но ни за что не скажет. Это было написано в ее глазах, в ее злобных презрительных глазах. Именно тогда заговорила Лэси Сенджон и рассказала про то, что они делали с Кэрри прошлой ночью.
О, Господи! Для Кэрри не было места более ужасного, чем крыша, любая крыша! Я унеслась мыслями в прошлое, когда Крис и я пытались выносить близнецов на крышу в Фоксворт Холле, держать их на свежем воздухе и солнце, чтобы они росли. А они визжали и брыкались, как безумные.
Я крепко-крепко зажмурилась и попыталась сосредоточиться на Кэрри, где, где, где? И вдруг я увидела ее, скрюченную в темном углу, а по обеим сторонам от нее были стены — как ущелье.
— Я сама хочу посмотреть на чердаке, — сказала я мисс Дьюхерст, а она быстро ответила, что они тщательно осмотрели чердак и все время звали Кэрри.
Но они не знали Кэрри, как знала ее я. Они не знали, что моя маленькая сестра могла уходить в страну Никогда, где речи не существовало, особенно если она была в шоке.
Все учительницы, Крис, Пол и я поднялись на чердак. Он был таким, как обычно — огромным, темным и пыльным местом. Но там не было ни старой мебели под серыми пыльными простынями, ни вещей из прошлого. Там были только штабеля старых оконных рам.
Кэрри была там. Я чувствовала это. Я чувствовала ее присутствие, как будто она протянула руку и дотронулась до меня, хотя, оглядываясь вокруг, я не видела ничего кроме рам.
— Кэрри! — позвала я, как могла громко. — Это я, Кэти. Не прячься, не молчи от страха! Твои куклы у меня, со мной доктор Пол и Крис. Мы приехали забрать тебя домой, и мы больше никогда не пошлем тебя в школу!
Я толкнула локтем Пола.
— Теперь ты скажи.
Он заговорил не своим обычным мягким голосом, а как можно громче:
— Кэрри, если только ты меня слышишь! Все будет так, как говорит твоя сестра. Мы хотим, чтобы ты жила с нами дома. Прости меня, Кэрри. Я думал, тебе здесь понравится. Теперь я понял, что ты не могла быть счастлива здесь. Кэрри, пожалуйста, выходи, ты так нужна нам.
Тогда мне показалось, что я услышала легкий шорох. Я бросилась в ту сторону, Крис — за мной. Я знала о чердаках все, как искать, как находить.
Я остановилась так внезапно, что Крис даже на меня налетел. Впереди за темными тенями от штабелей рам я заметила Кэрри. Она все еще была в ночной рубашке, рваной, грязной и окровавленной, с завязанными глазами. Ее золотистые волосы мерцали в пробивавшихся лучах света. Ее нога была странно вывернута.
— О, Господи, — одновременно прошептали Крис и Пол. — Кажется, у нее сломана нога.
— Подожди, — тихо остановил меня Пол и обеими руками удержал меня за плечи, когда я уже собралась броситься к Кэрри. — Посмотри на эти рамы, Кэти. Одно неловкое движение, и они обвалятся на тебя и Кэрри.