Чтение онлайн

— Наследница золотых драконов Даянеллия Морраис — я зажмурилась, так хотелось исчезнуть от внимания правителя, даже вознесла Богам просьбу об этом, но вспомнила о рассказах Иллуяники и плюнула в сердцах — столько проблем одна маленькая драконица не делала мне никогда.

— Ой ли, Лимилис — скептически произнесла Дитерина.

Лимилис? Первородный льда, оставшийся на годы жизни без пары!

— Уточнение. В этом мире. Но сейчас не об этом. Даянеллия, я жду тебя завтра — он задумчиво посмотрел на потолок — к обеду на аудиенцию.

— Я приду с ней — Себастьян закрыл меня перед ледяным взором правителя, я ткнулась лбом в каменную спину тёмного.

— А приходи! Ваши семьи меня уже достали прошениями отчисления. Теперь вот к войне готовлюсь. Будем искать выход из ситуации.

Я дёрнулась было, но сзади на плечо опустилась ладонь. Либерион Абраким поддерживающе подмигнул.

— Почему вы так рано — вырвалось обречённое в спину Себастьяна, я чуть не скулила уподобившить Иллуяники.

— Если бы кто-то воспринимала окружающую информацию, то знала бы, что соревнования по драконвилю перенесли на неделю раньше — сообщил ехидно ректор.

— Ага, а кто-то не хотел дать отдохнуть уставшему, дорогому другу и поспособствовал перенесению — парировал Шрайдес.

— Так дело не терпит отлагательств…

— Иллуяника! — позвал Шрайдес золотую драконицу — с тобой я переговорю наедине позже, но верни Ниянеллии тело.

— Нет — воспротивилась она — пусть сначала разорвут связь.

Взгляды скрестились на нас. Себастьян сделал молниеносное движение и вот я стою прижатая к стене и укрытая от них полностью со всех сторон. Раздался угрожающий голос тёмного:

— Никто ничего разрывать не будет. Сайферон любит Накеерин, пусть хоть в драконьем обличии будут вместе. А наши с Даей отношения никого не касаются.

— Молодой и дерзкий — присутствующие мужчины понимающе хмыкнули.

— Я убью её — было произнесено каким-то странным тоном — ты ведь об этом мечтаешь, Дая — прошипела Иллуяника, вмиг переставая быть обиженной мужчинами девочкой — променять сестру на любовь.

Я поняла насколько устала от чужих проблем. Одна обиженка изменила судьбы других людей, эгоистично перекраивая мировоззрение. Столкнула расы лбами. Не останавливалась ни перед чем, готовая по головам идти в достижении поставленной цели.

— Ты уничтожаешь целый мир. Пусть простит меня Ния — трудно решиться, когда обещала защищать — но гибель стольких жизней не стоит одной. Знай, к следующему твоему воплощению мы подготовимся — речь пропитана ядом, похожим на саму Иллуянику — Ния любила Габриэля, пусть они воссоединяться.

Может так груз убийства станет легче переносить. Оправдываю себя, иного выхода не придумывалось.

Потомки недалеко ушли от сарказма первородной, думалось с обидой. Меньше всего хотелось походить на основательницу рода, за это презирала себя.

— Гордится такой наследницей нужно, Илли. Столь трудные решения даются не просто — укоризненно произнёс правитель Шрайдес, кстати непривычные слуху бархатные тона исчезли, как и не было — так, дети. Время позднее, пока разходиться по кроваткам. Себастьян, проводи Даянеллию и….Либерион, ей требуется принять лекарство. Правильно понимаю?

— Правильно — подтвердил кивков ректор — Дая — обратился напрямую ко мне, тёмный с замашками собственника прижал к себе, на что они закатили глаза, мол никто и не претендовал — ваше состояние обусловлено наведёнными чарами. Я попросил Амиаль создать антидод. Странно — Либерион Абраким посмотрел в темнеющее окно — она должна была подойти.

— Чары? Почему я не в курсе? — взвился Себастьян, гася тёмные всполохи силы, сдавил мои косточки так, что я охнула.

— Осторожно, истинную поколечишь — сделала замечание Дитерина и хватка ослабилась.

— Так это у тебя поинтересоваться надо и заодно у твоей бывшей пассии Эретрины Торз — напрямую ответил ректор.

— Староста?

— Мда, Депси — вклинился Шрайдес Фреллис — расставаться с девушками надо красиво и правильно. Вон, Илли не даст соврать, у неё опыта достаточно, что бы поделиться им.

— Лимилис! — рычаще прогремело в палате.

— Нет, куколка, уже Шрайдес. Твой дракон зализывает раны от новостей — правитель поднялся с постели и строго посмотрел на нас с тёмным — вы ещё здесь? Проводить, напоить, успокоить, уложить и бегом обратно. Нам понадобиться Сайферон.

— Жалко Габриэль убит… — произнесла тихо, пока Себастьян выталкивал на выход.

В холле, где стояла стойка, за которой обычно находилась Албитрисса Роенте, пустовала. Лазарет закрылся для важного совещание этой ночью и я собственными руками подписала смертный приговор сестре. Осознание всегда приходит позже.

Сдерживаемые слёзы катились, грозя перерасти в бурную истерику, искущенные губы саднили, я переключилась на внутреннюю часть щёк, не хотелось разреветься сильнее. Себастьян вёл за собой, крепко держа за руку, будто почувствовал что творилось со мной неладное. Притянул в нежные объятия и меня окружила тёмная аура, отрезая от проблем внешнего мира.

— Поплач, Дая. Станет легче, наверное — смиренно сжимал меня, пока я выплакивала горечь.

Может так проявлялось побочное действие от снятия чар, хотелось верить в это, а не то, что я смогла озвучить вслух и никто не возразил уповая на возраст с юностью прожитых лет. Так же я хотела разузнать подробней, что за гадость навела староста и ответить не менее мощным заклинанием.

— А ты оказывается можешь быть милым — почему-то шёпотом обратилась к тёмному, последние слезы бесшумно катались по щекам, завозилась в окружении рук.

Его подбородок удобно пристроился на моей макушке.

— Только никому не проболтайся — мгновенно отреагировал он, ослабляя объятия и отстраняясь, что бы взглянуть на меня.

Я смогла поднять голову, до этого прижавшуюся к груди. Тревожный взгляд опалил лицо. Я скромно улыбнулась, подтверждая что в порядке и могу продолжить идти дальше.

— Если я тебя поцелую, не получу по темечку золотыми искрами? — его лицо склонилось ниже, а голос на полутонах прибавил интимности обстановке.

— Раньше разрешения не требовалось — поднялась на цыпочки, сокращая расстояние до минимума.

Наши губы успели всего лишь соприкоснуться, жаркая волна начала своё возбуждающее шествие, как в сказку для двоих пробрался обеспокоенный голос Рии, призывающий прекрать и разойтись по разным сторонам.

Себастьян сразу же выпрямился, я с огорчением отстранилась, тоже посмотрела на выход. Не сговариваясь, мы поспешили туда.