Чтение онлайн

— А с вашим племенем какие отношения?

— Обычные. Они приходят нас грабить, мы отвечаем взаимностью.

Ну да, кто бы сомневался.

— Скажи, Горн, кто это были такие, в смысле, что за воины, как бы ты их описал? Подумай. — попросил я охотника. Тот почесал в затылке и ответил:

— Молодежь пошла всем доказывать, что они уже воины. Но с ними были двое опытных волчар, они и руководили. Я бы сказал, ружья им нужны.

— Почему?

— Сам не знаю, есть такое ощущение.

Если у охотника такое ощущение, значит, так оно и есть. Понять бы еще, зачем женщин захватили, какая у них цель? Обратить в рабство? Не смешите мою обувь мечтами пубертирующего подростка! Не нужны в обществе охотников-собирателей рабы, причем от слова «совсем». Никто не будет их кормить, когда самим еды не всегда хватает. Так что этот момент сразу отметаем. Принести в жертву? Еще смешнее. Может они и дикари, но не идиоты. Нет в этих женщинах абсолютно ничего такого, чтобы ради жертвоприношения тащить их за много миль, тем самым ограничивая свою мобильность при отходе. Кандидатов в жертвы можно и ближе найти. И какие еще варианты остались? А никаких, по крайней мере, в голову ничего внятного не приходит. Ну, разве что, если их взяли в заложники. Если это так, то что мы имеем? Три женщины, Орани, дочь вождя, да две ее подруги, дочь шамана Каймара и дочь воеводы Теки. А что, все может быть. Три дочери трех главных начальников племени. Впрочем, общество здесь куда более простое и прагматичное, все трое запросто могут отказаться от дочерей, если зусулы (я про себя начал применять к длинноногам привычный еще с Черного Истока термин) потребуют слишком многого. Впрочем, их тут сразу трое… Да, вполне вырисовывается. Тут возникает следующий вопрос: случайно ли они попали в засаду? То, что не все случайности случайны, я уже давно усвоил.

Что нужно для успешной засады? Правильно, знание маршрута движения противника и фактор неожиданности. И вот мы имеем ситуацию, когда три девицы куда-то сорвались в сопровождении десятка воинов, они едут по относительно безопасным землям, рядом на перевале дружественный гарнизон, чего им бояться? И тут их из-за деревьев накрывают дождем стрел, тут же выбивая всех воинов, потом из рощи вываливается толпа злобных зусулов, девиц вяжут и утаскивают с собой, не забыв при этом обобрать трупы и унести все мало-мальски ценное. Кому зусулы хотели засадить? Именно этому отряду или им было без разницы? Нужно будет обязательно добыть «языка», желательно даже нескольких, очень меня этот вопрос заинтересовал. Потому, что, если какая-то сволочь начала охоту за моей женщиной, я же ему глотку зубами перегрызу! На куски разделаю, зажарю и заставлю съесть!

Размышления мои прервал сигнал внутреннего интеркома.

— Док, ответь Стреле-Пять, прием, — раздался голос Сара.

— Стрела-Пять, здесь Док, слушаю тебя, прием, — ответил я.

— Док, вижу противника, группа в пару дюжин воинов, удаление порядка четырех миль, как понял? Прием.

— Стрела-Пять, понял, что ты видишь группу противника в четырех милях. Сейчас к тебе поднимусь, конец связи.

— Принял, конец связи, — ответил Сар.

— Пошли вместе, — сказал я Горну, протискиваясь мимо него в проход в салон. Подняться по лестнице дело быстрое, меньше, чем через полминуты мы уже были у наблюдательного пункта на крыше над кабиной.

— Где они? Показывай, — попросил я Сара.

— Примерно на одиннадцать часов, правее ориентира большой холм, — ответил орк, уступая мне место у зрительной трубы. Точно, в трубу было четко видно два с половиной десятка индейцев, двигавшихся куда-то в западном направлении с кучей заводных и вьючных лошадей. С такого расстояния ауры было не разглядеть, тем не менее, было четкое ощущение, что это именно те, кто нам нужен. Дело в том, что я подарил Орани один простенький артефакт, позволявший определять направление и состояние ее здоровья на относительно небольшом расстоянии, и сейчас направление на эту банду зусулов четко совпадало с пеленгом артефакта. Она жива и здорова, это главное. Эх, взять бы пулемет, да выкосить эту банду…

— Горн, глянь сюда, — я уступил место у зрительной трубы юному охотнику, — ты местность знаешь лучше нашего, прикинь, куда они направляются.

Индеец скользнул по лавке к окуляру оптического инструмента, присмотрелся, потом чуть повертел трубой в стороны и выдал свой вердикт:

— Через полмили они свернут за холм, там будет озеро. Дальше либо они двинут налево вдоль берега до реки, либо их ждет лодка, чтобы увезти ценную добычу. Может, там даже плоты заготовлены, тогда они погрузят на них лошадей, и поминай, как звали.

Тут я задумался. Мы можем покрыть четыре мили куда быстрее, чем они проедут эти самые полмили, только при этом нас наверняка заметят, невзирая на скрыт. Так ли это страшно? Если они решат уходить по воде, я просто достану пулемет, да раздолбаю на куски все их плавсредства, неважно, что у них там, плоты или лодки. Если же они пойдут по берегу, нужно ли торопиться? Отодвинув Горна от зрительной трубы, я внимательно осмотрел местность прямо по курсу, после чего активировал интерком.

— Най, ответь Доку, прием!

— Док, здесь Най, прием! — почти сразу раздалось в ответ.

— Най, прими вправо, курс на один час, ориентир — трехглавая гора на горизонте, как понял? Прием.

— Док, меняю курс на один час, держусь на трехглавую гору на горизонте, прием.

— Най, прибавь скорость, чтобы минут через пять быть на берегу озера, прием.

— Понял тебя, Док, прибавить скорость, чтобы через пять минут быть на берегу. Прием.

— Конец связи, Най.

Фургон принял чуть правее, постепенно разгоняясь. Велев Горну оставаться на наблюдательно посту вместе с Саром, я спустился вниз, где достал из оружейного шкафа автоматный магазин. Выщелкнув полдюжины патронов, я начал делать из них артефактные боеприпасы. Мелкие тут пули, неудобные, сложно правильно настроить активатор, но ничего, справлюсь. Устрою я вам, черти полосатые, Варфоломеевскую ночь или утро стрелецкой казни!

Никаких лодок или плотов у зусулов не оказалось, они просто двинулись сначала налево по берегу озера, а затем вдоль вытекающей из него реки на юго-запад. Заложив петлю в полмили вправо, мы двинулись за ними вдоль пологого берега, держась так, чтобы нас нельзя было заметить на фоне темнеющего неба, держа дистанцию примерно в три фарлонга. Мы могли запросто перестрелять всю эту гоп-компанию, но пока ни у кого не было никаких идей, как при этом не задеть пленниц. Если верить Горну, ближайший брод через реку будет аж в четырех лигах, до наступления ночи им туда не доехать, ночью же никто в здравом уме через реку не полезет, разве только если сильно прижмет. Значит, они встанут где-то лагерем. Тогда мы разведаем подходы, да прижмем эту банду к ногтю.

Реальность оказалась менее радужной, чем мы предполагали, когда фургон обогнул очередной изгиб русла, впереди показались костры крупного лагеря, куда и направлялась банда. Численность противника резко подскочила с пары дюжин до сотни с лишним воинов. Вот ведь задница! Надо было их по дороге брать, но вдруг бы пострадала Орани? Зато стало понятно, что нападение не было экспромтом группы молодых балбесов, это явно спланированная акция. Стало быть, надо очень хорошо думать, прежде чем что-то делать.

Тем временем преследуемая нами банда индейцев въехала в лагерь. Воины слезли с коней, потом с седел стащили пленниц и повели куда-то в центр кучи индейских национальных изб. Мы же остановились в полумиле от них, прикрывшись стволами нескольких старых ив, росших у воды. Как назло, вблизи не было ни одной возвышенности, с которой можно было бы разглядеть, что творится в индейском лагере, да и крепких деревьев, за исключением вот этих вот ив, в округе не наблюдалось. Через амулет я четко ощущал присутствие Орани. К счастью, связь тут была односторонняя, меня по ней определить было невозможно. Любимая женщина была вполне здорова, только изрядно встревожена, раздражена, напугана, да еще и голодна. С учетом обстоятельств вполне нормальная комбинация.