Чтение онлайн

– То есть тут есть специальное слово для того, кто держит в руках списки очереди?

С ума сойти! Это до чего нужно довести разумных, чтобы они так самоорганизовались?

– Истинно так. И это удобно, поверьте.

– Благодарю вас.

– Если будут ещё вопросы – обращайтесь, – дружелюбно улыбнулся незнакомец. – Я вам с удовольствием всё разъясню.

– Обязательно! – пообещала я и пошла искать нужное окно.

Окна располагались над стойкой в дальнем конце зала. Возле них никто не толпился, и стояло лишь по два-три ожидающих у каждой из жаб-чиновниц. Я смело встала к восьмому от прохода нулевому окну.

– Нет-нет, простите, вы не поняли, – нагнал меня пожилой незнакомец. – Вам сначала вот в эту очередь, за талончиком, – он указал на ту самую очередь, которая змеилась из одного конца зала в другой и начиналась у стола под часами. – А уже потом записаться сюда.

Глубоко вдохнув, я выдохнула и даже выдавила из себя улыбку:

– Благодарю.

– Знаете что? Давайте я вас провожу. Всё равно ничем не занят, пока жду свой черёд, – мило улыбнулся он, опираясь на посох. – А так хоть доброе дело сделаю…

Большие, чуть водянистые глаза смотрели участливо, лысина отражала лившийся с потолка свет, а седые волосы с неё эмигрировали в уши, брови и бороду, которую незнакомец коротко подстригал. На вид ему было около пятидесяти, но поседел он уже почти полностью. Мысли о том, что это Канцелярия его довела, я старательно отогнала прочь.

– Если вас это не затруднит, – облегчённо согласилась я.

– Нисколько! – заверил он и бодро направился к концу очереди, а я поплелась за ним. – Кто криесор? – спросил он у ожидающих.

– Я, – выглянул молоденький парень с большими ушами-локаторами и узким лицом. – Ваше имя?

Криесор достал из рюкзака старую тетрадь в замасленном кожаном переплёте и принялся листать с конца. Пустых страничек там оставалось всего несколько.

– Валерия Сидорова, – подсказала я и понаблюдала, как парень вносит моё имя в пустую графу.

– А кто последний? – уточнил мой седовласый спутник.

– Абнирамбиралиусармид, – по слогам прочитал парень.

Сломанный часом ранее мозг отказался это запоминать, но сопровождающий уверенно повёл меня за собой, мягко отстукивая посохом ритм своих шагов.

– Кто из вас Абнирамбиралсурамид? – спросил он у хвоста очереди.

Тишина…

– Простите, кто последний? – пришлось мне брать дело в свои руки.

– Я, – коротко ответил высокий широколицый циклоп.

– А как вас зовут?

– Абнирамбиралиусармид, – охотно ответил он.

– Прекрасно, тогда я буду за вами! – обрадовалась я.

Такого бугая хорошо видно издалека, не пропущу свой черёд.

– А что же вы раньше не отозвались? – возмутился вдруг незнакомец с посохом.

– Так вы Абнирамбиралсурамида спрашивали, – пожал плечами циклоп. – А я – Абнирамбиралиусармид.

– И то верно, – кивнула я, отчаянно подавляя в себе желание рухнуть на пол и начать истерически биться о него головой. Вместо этого я повернулась к своему сопровождающему. – Уважаемый, а вы не подскажете, где тут столовая? А то так есть хочется, просто кошмар…

– Подскажу, конечно, – охотно откликнулся седовласый проводник. – Только она сейчас не работает. Время ужина.

Эта фраза ввела в ступор.

– А когда она работает? – уточнила я, заранее не ожидая ничего хорошего.

И знаете, не ошиблась в предположениях!

– На завтрак, обед и ужин все окна и кабинеты закрываются, как и столовая. Служащие едят. А после ужина и вовсе расходятся по домам.

– И когда же работает столовая?

– Между завтраком и обедом, а затем между обедом и ужином. Советую запасаться едой заранее, потому что там…

– …очереди, – шёпотом закончила я, прикрывая веки.

Так, по местным меркам сейчас ужин. Последний раз я ела во время большой перемены, это было уже часов десять назад. Но от голода за сутки никто ещё не умирал, даже такие худышки, как я.

Выдюжу. Выживу. Выберусь.

– Получается, что сегодня уже не получится ни поесть, ни талончик взять? – с тоской спросила я.

В этот момент вдруг раздался противный звон, и за стойками синхронно начал гаснуть свет. Окна стали закрываться, а служащие вдруг резко положили ручки на документы и поднялись со своих мест.

– Подождите! Пожалуйста! Вы всего одну букву не дописали! Прошу вас! – отчаянно взвыл грузный рыжий мужчина у третьего окна. – Завтра эта справка уже будет недействительна. Прошу вас, допишите! Пожалуйста!

В голосе звучало столько мольбы, что сердце тревожно сжалось. Жаба-чиновница вдруг наклонилась, взяла в руки ручку, и очередь позади меня выдохнула с облегчением.

– Время приёма заявлений до 19.37, – постучала она ручкой по расписанию на окне и вернула недоподписанные документы заявителю. – Приходите завтра.

Окошко захлопнулось, а мужчина рухнул на пол и залился слезами, причитая:

– Одну букву не дописала…

Блестящие медью волосы в беспорядке разметались по сторонам, он принялся колотить руками об пол и выплёскивать из себя некрасивые, неловкие слёзы. Окружающие опустили глаза и отвернулись. Крупное тело мужчины сотрясалось от рыданий, он захлёбывался бессилием и безысходностью, а затем сдавленно всхлипнул и затих на полу.

Внутри скрутилось змеиными кольцами отвратительнейшее предчувствие. В тот момент я впервые ясно и чётко осознала, что ненавижу Межмировую Канцелярию.

И вы пока не можете представить, насколько сильной стала эта ненависть уже на следующий день.

Но обо всём по порядку, не стоит забегать вперёд.

Вам интересно, как прошла моя первая ночь в Межмировой Канцелярии?

Как в страшном сне! Штригесу – так звали моего седовласого Вергилия – удалось занять место на кресельном ряду. Оказалось, что каждый вечер за них идёт настоящая борьба. Кто не смог одержать в ней победу, тот спит на жёстком полу. Нужно отдать должное Анжелике, она подготовилась: то, что я изначально приняла за гидрокостюм, оказалось одноместным надувным матрасом. Сама не знаю, как спутала, просто увидела плотную прорезиненную ткань, ласты и маску, вот мозг и сложил два плюс полтора. В первую же ночь мне предложили за матрас три тысячи кредитов.