Чтение онлайн

Здравствуй, дорогой Толя!

…Я 29 сентября еду в Петрозаводск – повезу по глухим северным деревням бригаду молодогвардейских молодых писателей. Едем на 10 дней, так что поездка к тебе немного откладывается.

Будут новости из сельского совета, сообщи. Я к весне дом всё-таки хочу купить, чтобы с мая начать там жизнь.

Твой А. Онегов.

17 сентября 1985 года.

Милые Галя и Толя!

Шлю книжечку – только что получил. М.б. к Вам ещё не привозили (надеюсь!).

Толя, письмо твоё получил – ответы скоро приготовлю. И Кузнечиху, и Реброво, и Редкошово очень помню. Надеюсь на встречу в ближайшее время.

Деньги на дом набрал!

Если ничего не помешает, то к весне (за зиму, а то и по осени) надо его купить. А ты про память!

Я уже и собачонку домой привел, чтобы не скучно было в Реброво жить!

Ваш А. Онегов.

20 сентября 1985 года.

Здравствуй, дорогой Толя!

…О поездке всей семьей к тебе на праздники… Толя, я сейчас приболел. Но как только приведу себя в порядок, так к тебе и нагряну.

С домом моё решение прежнее и другого, видимо, не будет – я буду ждать твоего письма о возможности купли-продажи, а там потихоньку буду писать и в Череповец.

Твой А. Онегов.

14 октября 1985 года.

Милый Толя!

…Теперь, Толя, о доме. Как только получишь ответ из Череповца, от хозяина кирпичного дома, так сразу и пиши мне – сразу будем всё решать, чтобы к весне всё решить и купить. Тогда осенью, в сентябре, я туда уже приеду. Будем домишко смотреть у Белоусова (ему пока про Реброво ничего не говори), но, я думаю, что только у тебя в Реброво можно забыть о бренности жизни и довериться небу.

Твой А. Онегов.

5 декабря 1988 года.

Милый Толя!

Получишь письмо из Череповца, напиши мне. А если цену не заломят за 10 тысяч, то начнем конкретные переговоры: когда всё оформить.

5 декабря 1988 года.

Толя, милый!

Писал ли ты в Череповец? Это я о том барском доме в Реброве… Будет ответ, сообщи мне.

7 января 1989 года.

Толя!

Пишу тебе очень коротенько.

Сегодня купил тебе Хомякова. А послать уже не смогу – через день уезжаю, а почтовые отделения у меня закрыты с целью перевода на кооперативные обслуживания. Народ весь из почты поразбежался – за 100 р. никто не работает. Книга у меня, будешь в Москве – заберешь. Или, может быть, Мартышин заскочит и возьмет. Скажи ему, хорошо? Ну, а за тобой Розанов – будет летом.

Толя, договор о доме в Реброве остается в силе – ищи и торгуй. К осени у меня должны быть деньги.

Поклон Галке.

А. Онегов.

17 марта 1989 года.

Милый Толя!

Пишу тебе на машинке, которая не печатает со вчерашнего дня заглавные буквы. Что-то в машинке сломалось, не только у меня…

Толя! Пишу тебе вот по какому поводу. Есть у меня старинный и очень добрый друг Игорь Борисович Бавыкин – он фотограф-натуралист, работает зав. лабораторией (фото) в академическом институте, но в основном мотается по лесам. Он снимал и медведей. Я писал о нём в своё время в журнале «Наука и жизнь». Человек он высокопорядочный, деликатный и никак не жулик. Мы с ним давно ищем место для жизни в лесах. Он всё искал места в Калининской области, а я у тебя, в твоих краях.

Сегодня мы с Игорем полдня обсуждали все наши планы на жизнь и порешили (я-то решил давно), что надо окапываться в твоих местах. У Игоря есть деньги (до двух с половиной тысяч) уже сейчас. Так что уже сейчас можно покупать дом в деревне. Я буду ждать твоих поисков в Реброво, и селиться буду, видимо, только там. Если ничего там не получится, то буду какую-нибудь баньку там ставить для себя. А пока такой к тебе вопрос: нельзя ли купить дом где-нибудь возле Реброво? Там есть деревушка (я её название забыл), в которую и ведет дорога от Редкошово и где устроили колодец, который откачал воду из Реброво? Эта деревушка рядом с Реброво. Толя, может быть, там есть продажные дома? А? Тогда бы Игорь Борисович тебе позвонил на работу (телефон я ему дал) и договорился бы с тобой, когда подъехать, посмотреть и купить дом. У него теперь «Запорожец» – так что мы и при колесах. Если там ничего нет продажного, то, может быть, купить дом, который держит для меня Белоусов? Но лучше бы в тех, твоих местах – там жизнь природная потише, не так, видимо, побита. Словом, Толя, такая у меня к тебе просьба – посмотри что-то подходящее, но лучше бы крепкое, чтобы сразу въехать. Как только что будет, так и кинь мне письмишко на московский адрес. Галя его прочтет и тут же позвонит Бавыкину, а он перезвонит тебе и подъедет, когда тебе будет удобно. Толя, может быть, дома есть ещё в каких-то деревнях – только не очень далеко от города, чтобы было и автобусное сообщение. Как-то шла речь о деревне, что была вверх по Устье – помнишь, еще Рычков её вспоминал? Но всё равно меня больше тянет к твоим местам. Вот такая у меня к тебе просьба.

В Москве принялись создавать кооперативные издательства при издательствах. Условия такие: кооператив раздобывает сам себе бумаг, а директор издательства за свою подпись на кооперативной продукции берет десять процентов прибыли. Тридцать пять процентов берет государство и т. д.

Поклон Галке.

В Москве открыта выставка Нестерова – говорят, очень хорошо. Но мне так и не добраться туда – еле ползаю после болезни.

26 марта 1989 года.

Здравствуй, дорогой Толя!

…С домом Бавыкину-фотографу. Видишь, Толя, опять мы с тобой время тратим и энергию расходуем попусту. Что случилось, я не знаю. Галя сказала, что он завтра-послезавтра поедет к тебе, но это завтра-послезавтра было ещё в середине мая. Так что ничего не держи и меня извини за беспокойство – я сам с этим домом как на иголке сижу… Написал письмо Бавыкину-фотографу – пока молчание, и тоже с месяц прошло. Он ко мне сюда собирался на съемки леса. Тоже молчание.

Твой Онегов.

27 июня 1989 года.

Из деревни Реброво наш путь лежал через лес к реке Устье, где за камышами спрятался тот остров, на котором в детстве я строил шалаши и с азартом ловил щук и окуней. Пока мы шли, Онегов с грустью говорил мне, как устал от сражений с чиновниками, доказывая им необходимость развития природоведческой литературы, которая прививает любовь к земле, и теперь он нашел место, куда можно спрятаться и залечить душевные раны. И если старики Грамагины не откажутся от мысли продать дом, то он обязательно переселится с карельских мест в ярославские.