Чтение онлайн

«И зачем вас принесло? Зачем? И собаки с ними… Может, вернуться на плывун и быстренько навязать снопики, сделать какой-никакой плот и попробовать спастись? Но почему так спокойно держатся немцы? Приплыли на остров без цели, просто погулять? Тогда для чего собаки? И почему они в лодке, только головы торчат?»

Все это становилось интересным, страх потихоньку проходил, уступая место любопытству.

Солдаты стояли кучкой, что-то лопотали. Тот, что с биноклем, оказался офицером. Он резко взмахнул рукой, заговорил быстро, громко. Два солдата подошли к лодке, взяли на руки собак и понесли к берегу. Алесь смотрел во все глаза, что будет дальше. Переносят собак? Это еще зачем?

Тем временем солдаты с трудом взобрались на пригорок, опустили собак на землю. Те задергались, забились… Ого… Да у них связаны ноги!

Через какую-то минуту все стало понятно: освобожденные от пут две голенастые красавицы косули вскочили и стремглав ринулись в чащу — только их и видели.

Алесь вздохнул. Наконец-то все стало понятно: немцы выпустили на волю лесных косуль, значит, на острове намечается охота.

«Что ж, — подумал парнишка, — пусть охотятся, только бы не узнали, что мы здесь!»

Он вытер со лба пот, устроился поудобнее — лег на землю и через узкий просвет между кустом ольховника и стволами берез продолжал наблюдение.

Солдаты взвалили на плечи мешки, направились к Черному Дубу и скрылись в лесу. Минут через двадцать вернулись. Снова взяли из лодки поклажу и понесли в глубь острова. Вскоре оттуда послышались удары топора. Алесю не терпелось увидеть, что там происходит. Он бросил наблюдательный пост на берегу и ползком добрался до знакомой полянки.

Солдаты готовили очаг, сколачивали стол, а между делом орали песни, смеялись.

Алесь перебрался поближе к берегу.

Примерно через полчаса на озере появились еще две лодки. Они шли сюда, к острову. Новый десант. Ну и денечек! Знал бы Вадим Николаевич. Но страха в душе мальчика не было, только тревога и беспокойство за учителя.

Лодки причалили к берегу в затоне, как раз напротив Черного Дуба. И тут Алесь увидел того, ради кого и шли все эти сложные приготовления.

— Ну вот вам и остров, — сказал Циммер, выскакивая из лодки первым. Полковник подхватил Оксану на руки и понес прямо по воде на берег.

— Пустите, господин полковник! — возмущенно запротестовала девушка. — Я сама.

Носке поставил ее на землю, сказал наставительно:

— Война, фрейлейн, не может помешать ни добрым чувствам, ни хорошим манерам.

Подошла вторая лодка.

Около лодок толпились солдаты, стали выгружать пакеты, мешки, ящики с бутылками.

Два шустрых солдата, совсем мальчишки, нацепив автоматы, отправились обследовать остров.

Полный краснолицый немец перетаскивал из лодки ящик с посудой.

Циммер по-хозяйски повел полковника и Оксану к Черному Дубу.

— Вот и пресловутая реликвия острова, Черный Дуб. Так, кажется, фрейлейн, я не оговорился? Вот он, великан, и довольно эффектен, а?

— Так, так, — Носке задрал голову, — без верхушки, а живет. А ведь, пожалуй, молния выжгла что-то похожее на фигуру человека.

Оксана подошла поближе.

— Смотрите, вот голова, вот руки, ноги… правда, похоже?

— Да, — хмыкнул Носке.

— Слышите, желуди падают? — сказала Оксана.

Желуди срывались с веток, стучали по стволу азбукой Морзе, скатывались вниз.

— Давно я не слышал столь дивной музыки! — улыбнулся полковник. — Последний раз это было в фатерланде, в парке в тысяча…

Но Циммер потянул всех дальше. Он был рад, что пока поездка, которую организовал он, Вильгельм Циммер, так удачно складывается.

Прямо за Черным Дубом стеной поднималось чернолесье. Деревья росли здесь довольно густо, и кроны их образовали настоящий шатер. Между деревьями начиналась просека, густо усыпанная опавшей хвоей и желтыми листьями.

Полковник, Циммер и Оксана не спеша двинулись по просеке. Тропинка привела к небольшой лесной полянке, почти круглой, с несколькими пнями посредине.

— Видите, все приготовлено. — Циммер широким жестом указал на две палатки, что стояли на краю поляны.

Оксана мысленно ужаснулась. Этого еще не хватало! Остаться здесь с немцами на ночлег. Девушка хотела сказать что-нибудь резкое предприимчивому Вильгельму, но, поразмыслив, решила пока не давать волю чувствам. «Нужно держаться. Посмотрим, что будет дальше».

— Ваша палатка, господин полковник, — показал Циммер, — хотите взглянуть?

— Пусть оценит ее достоинства фрейлейн Оксана — я доверяю ее вкусу. О! А это что? — Носке внезапно повернулся в сторону березовой рощицы. Между двумя соснами, кроны которых уходили высоко в небо, виднелись качели.

— После охоты и вкусного обеда, господин полковник, неплохо… Быть поближе к богу.

— Роскошно! — одобрил Носке затею коменданта.

Оксане было противно видеть, как Циммер заискивает перед полковником. Она всей душой желала, чтоб черные тучи закрыли небо, чтобы налетела буря и смела бы с этой поляны и ненавистные палатки, и качели, и проклятых врагов. Но небо, как назло, по-прежнему сияло безмятежной голубизной. Западня? Неужели нет возможности выбраться из нее? Эх, если бы знали партизаны, что полковник пирует на острове!

Партизаны!.. Она ведь мысленно тоже с ними. Алеша, верно, сейчас там, у партизан. Он мальчик ловкий, сообразительный. Сколько раз Оксана замечала, как он не боялся вступить в драку даже с теми, кто был сильнее и старше его, если нужно было отстоять справедливость. Не раз ему попадало, но он не стал трусом…

Не сегодня-завтра партизаны прорвут блокаду — она была уверена в этом, — вырвутся на волю… И вместе с ними и Вадим, гордый, родной человек. Эх, если бы знал он всю правду, все происшедшие события за последние дни. Неужели придет время, и она ему сама обо всем расскажет? И тогда он поймет все, а может, и сам уже догадался… Нет, вряд ли. Он — честный, прямой, правдивый — не мог знать, что в последнюю их встречу она не была собой, а играла роль. И даже ему, самому близкому и любимому, не могла открыть правды.

Да, когда-нибудь они вспомнят все это, а пока… пока она в незавидном положении. Одна с врагами на пустом острове. Но расслабляться нельзя, надеяться на благородство фашистов смешно. Надо обдумать, как вести себя дальше. Может, стоит рискнуть — попробовать, скажем, украсть пистолет. Но куда убежать? На острове не спрячешься: ее найдут, и считай, что это конец. И даже смерть Носке не поможет… Однако у берега стоит лодка… Постой, в этом есть какой-то смысл. Если и в самом деле рискнуть? Немцы хотят видеть в ней бездушную куклу. Приготовили спектакль. Но финал его будет зависеть только от нее, только от нее!