Чтение онлайн

Мы еще некоторое время покружили вокруг полыньи, в компании с Велимудром. После экстренной посадки тот потерял один “двигатель”, колпак и разбил нос, но все еще выглядел боевито, балансируя на одной ноге. Оставшийся гусь выглядел несчастным.

К месту событий стали подходить вооруженные отряды, блестящие панцирями и с оружием в руках. На взгорке установили фальконет. От пристани пришли три гридня, в том числе и тот, кто провалился под лёд в самом начале. Они держались берега.

Мегамопсик так и не показался. Мне даже немного жалко его стало.

Распутин развернул своего коника и догнал сани с Миленой. С пассажирами саней все было хорошо.

Несмотря на всю насыщенность событиями, с момента нападения странного существа на Великий Устюг и утопления его на льду, вряд ли прошло больше двадцати минут. И это еще с учетом того, что пока мы готовились к вылету, оно успело залезть в маленький прибрежный храм и сожрать всю храмовую казну. Шестьсот рублей серебра, если верить жрецу. Но, кажется, ему никто не верил.

Впрочем, как только активная фаза боя закончилась, деканы вспомнили, что школярам тут не место. К тому же, из Лицея прибыл отряд в белых мундирах, возглавляемый Софьей. Нам всем, включая Оногура и Ширин, было выделено несколько сопровождающих, которые вежливо, но решительно, отвели нас в Лицей.

Там мы впервые познакомились с больничным крылом. Галерея с высокими белыми стенами, сплошь из витиеватых, узорчатых колонн, поддерживала потолок с подобием звездного неба, только вместо звезд были яркие магические лампы. Нас несколько часов держали на кроватях с чистым белым бельем и, внезапно, белыми овчинными одеялами.

Нас — это меня, Илью и Милену с Лизой. Оногура и Ширин отвели к слугам. Нам тут же принесли еды. Много, и даже красным вином. Ужасно кислая дрянь, к счастью, полюбившийся мне квас тоже был. Мы вчетвером, конечно же, начали шумно обмениваться мнением, но почти не успели поговорить, как пришла строгая женщина, которая могла бы в моем мире сойти за обычного школьного завуча. Если бы не черное платье, напоминающее викторианское, все черное, строгое. но с оборками и до нелепости объемной юбкой. Она говорила с сильным акцентом, представилась как “Миссис Флог”, налепила нам на лица, руки, шеи и даже уши, что-то вроде белой глины. Как я понимаю — местный магический аналог восстанавливающего геля.

А мы и в самом деле обморозились в процессе — все же ездить зимой на ветру, без шапки, опасное занятие. Конечно, когда рядом бегает существо с пастью как диван, немного не до того. Но сразу после — сразу чувствуется. Так что намазали нас этой глиной очень вовремя.

Говорить в этой штуке было почти невозможно. Но, эта штуковина, к моему удивлению, сравнительно быстро впиталась. После чего нам натерли грудь и ноги резко пахнущей мазью, дали выпить стакан горького травяного настоя и отправили по домам. В смысле, по нашим комнатам. Причем, с сопровождением в виде вооруженных стражников. Побаивались, что на нас еще что-то нападет?

Остаток дня мы с Ильей провели за бурным обсуждением произошедшего. Впрочем, мы так волновались, что отмывшись от пороховой гари и наевшись, почти сразу уснули, едва добравшись до комнаты.

Глава 26

— Значит, жрецы утверждают, что к ним проникло чудовище, сожрало все наши деньги, а потом убежало на реку, проломило лед и утопилось? — горожанин Великого Устюга с необоснованным подозрением.

Утро этого дня еще вчера обещало быть насыщенным. Сегодня в Лицей должны были начать возвращаться ученики старших курсов и прибывать новенькие. А завтра, наконец-то, должны были начаться уроки. Меня это беспокоило — у меня не было тетрадей, ручек… то есть перьев. Или тут стилусы? В любом случае, похоже это никого не беспокоило. Я периодически видел учеников старших курсов, но пока не заметил в их руках учебников или тетрадей. Хотя, в нашей с Ильей комнате стоял секретер — помесь комода и письменного стола, с откидной крышкой на которой можно было писать и многочисленными ящичками для хранения бумаг и писчих принадлежностей. Но спросить по поводу необходимых учебных принадлежностей у меня все руки не доходили. Отвлекло то одно, то другое.

Мы с Ильей, слегка покряхтывая — вчерашние упражнения на льду отдавались ломотой в мышцах — мы привели себя в порядок и отправились в пиршественный зал. Мы успели сесть за облюбованный нами стол и дождаться еды, прежде чем появилась Лиза с Миленой. Кроме нас, в пиршественной зале уже сидели несколько студентов старшего курса, на которых мы искоса поглядывали. Они на нас, тоже. Но попыток заговорить никто не делал, поэтому можно было сосредоточиться на омлете с грибами и кусочками салями. По крайней мере, я именно так опознал главное блюдо. Были еще пышные горячие булочки, сливочное масло, мясной бульон с травами и специями, соленые зеленые помидоры, пирожки с печенью и сбитень.

Сбитень делают из меда, добавляют травы и пряности, пьют как чай, с пряниками и пирожками. Мы набросились на еду — знакомый жуткий голод после регенерации навалился с утра. Полный рот и повышенное внимание от старших курсов не стало препятствием для живого обмена мнениями.

— И тут надо мной Велимудр проносится! — говорил Илья.

— Он себе крылья на ногах наколдовал и взлетел! Я и не знала, что так можно! — искренне поражалась Милена, не забывая надкусывать пирожок.

— Не крылья! Он на уток встал! — не соглашалась Лиза. — Ты куда смотрела?

— На зверя чудного. Ты видела, что он будто из металла сделан? — ответила Милена.

Хм. А ведь точно. Металлические отблески я заметил, но мало ли. Вполне сравнимо с оперением попугая.

— А ты то что молчишь? — Илья протянул руку через стол и толкнул меня в плечо. Я чуть сбитень не расплескал. — Как ты его гранатой подорвал, а? Ловко!

— Ловко я на Грише ехал, а с гранатой повезло просто, — осторожно ответил я.

— Не называй господина Григория так! — шикнула на меня Милена.

— Это точно. Слушай сестренку! К старшим уважение надо иметь! — согласился с ней Илья. Я вздохнул. Ну вот, парочка, спелась. Эх, Илюша, слышал бы ты как она с “дедулей” наедине общается… Мы, кстати, сейчас даже сидели как парочки. Лиза со мной, Милена с Ильей напротив. Как будто само получилось. Честно говоря, я планы на романтику отодвинул на далекое будущее. Хотя, считается ли расставание с сестрами романтикой? Точно нет. Эта была полная боли и слез драматическая сцена.

— Странно это всё, — вдруг сказала Лиза и хитро прищурилась на Милену. — А почему он вдруг за нами погнался?

— Да не за вами, — смущенно ответил Илья и, наклонившись над столом, шепотом добавил. — Я говорить не хотел. Но так оно вышло, что я ж Ведослава Муромского сын. Просто он признать меня хотят только года через три. Но прознал кто-то. На село наше тати напали. Потому батька подумал да и решил меня в Лицей сплавить От греха. Опять же, фамильяра и родовую силу тут уже получу…

— Ведослав из рода Берсовичей, сейчас княжит в Пронске. Его старший брат, Всеслав, глава рода, в Турове сидит, — выдал я, видя недоуменные выражения лиц девочек.

— Великий князь? — охнула Милена.

— На великое княжение Всеслав Туровский сына пророчит. Конечно, как там оно повернется, кто знает. Но у Ведослава, и без тебя Илья, уже пять сыновей признанных. Правда, от законных жен только девочки рождаются. Не знаю сколько.

А вот это я зря сказал. Погрустнел Илья сразу. Желваки заиграли. Обидно получилось. Милена выглядела разочарованной.

— На Великое княжение в Турове ты, — я быстро прикинул в уме — Двадцатый примерно. А на вот в Пронск сесть можешь. По обычаю ты шестой, но с сыновьями вне брака по разному бывают. За тобой кто стоит, расклад какой?