Чтение онлайн

последую плану герцога, то все, что я здесь сделал пропадет впустую. Польша падет

и большинство из нас, включая герцога, скорее всего, будут убиты. Я собираюсь

его ослушаться.

– Вижу. Но ты всегда был связан с высшими силами.

– Что ты имеешь ввиду? – спросил я.

– Пресвитера Иоанна, конечно! Я давно понял, кто тебя сюда послал. Конечно же, это был величайший христианский король пресвитер Иоанн!

О, Боже! Ламберт рассказывал мне эту фантазию девять лет назад, но не упоминал о ней

с тех пор, поэтому я надеялся, что он об этом забыл. Тем не менее, моя клятва отцу Игнацию

все еще оставалась в силе, поэтому я не мог рассказать ему правду.

– Ты молчишь, - продолжил Ламберт, - Ну, я понимаю твои проблемы и данную тобою

клятву молчания. Но я отвечу на подразумеваемый тобою вопрос и скажу, что твой долг перед

королем имеет приоритет перед более поздней клятвой, данной герцогу, так что с точки зрения

моральных соображений ты в полной безопасности. Что же касается практической точки

зрения, ну что ж, если твоя стратегия сработает, а герцог совершит ошибку, то ты будешь

героем, и он почти ничего не сможет с тобой сделать. Если же стратегия герцога будет

правильно, а твоя - ошибочной, тогда, скорее всего, ты погибнешь на поле боя, и он снова

ничего не сможет тебе сделать. На первый взгляд, твоя измена выглядит безопасной.

Безопасно, как на кладбище, подумал я.

– Спасибо. Но я пришел сюда не для моральной поддержки. Я пришел сюда

за физической помощью. Моим лодкам понадобятся твои самолеты, чтобы показать им, где концентрируется враг. Могу я в этом рассчитывать на твою помощь, хотя это и будет

выглядеть как измена с вашей стороны?

– Можешь рассчитывать на помощь - мою и мальчиков из Орлиного Гнезда. Можешь

быть уверен, что мы будем там! Но как я этим изменю герцогу? Я клялся, что буду присылать

ему определенное количество рыцарей тогда, когда он того потребует. Я это сделаю, поскольку

сейчас у меня даже больше людей, чем того требует моя клятва, несмотря на потерю

тех рыцарей, которые служили барону Ярославу и теперь служат тебе. По правде говоря, с тех пор как ты вооружаешь всех моих рыцарей, оруженосцев и баронов, то все, что я должен

делать – обучать их и обеспечивать их лошадьми, и за последние шесть лет я смог удвоить

число рыцарей, которые мне служат. Так что, как ты можешь видеть, я был достаточно мудр, принимая твое предложение. И хотя моя клятва этого не требует, я сказал ему, что мы будем

наблюдать за врагом с воздуха и сообщать о его передвижениях, и я тоже это буду делать.

Если мы будем сообщать на твои лодки то же самое, что и герцогу, то какая в этом измена?

Делать это просто разумно. В конце концов, все мы боремся с одним и тем же врагом!

83

– Вы облегчили мои беспокойства, Ламберт.

– Ну, если ты так считаешь. Что касается меня, то я не могу себе даже представить, как ты мог подумать, что я поступлю по-другому! Итак, посмотрим мои оборонительные

сооружения? А потом, ты должен поужинать со мной и моей дочерью, и ты увидишь, чего ты лишился!

84

ИЗ ДНЕВНИКА ТАДАОСА КОЛПИНСКИ

В последнюю неделю февраля лед на Висле потрескался, но не сошел. Обычно

он плывет вниз по течению и застревает в каком-нибудь узком месте, затем там наслаивается

еще больше льда, а потом, как той ночью, которая была похожа на Ад для язычников, снова становиться холодно и все промерзает.

У нас на реке было три лодки, загруженных бомбами, которые были новым средством, в эффективности которого я не был до конца уверен. Бомбы представляли собой большие

железные бочки, наполненные порохом и балластом, поэтому они едва тонули. На одной

из их сторон был предохранитель с замедлителем, и идея состояла в том, что когда

вы подходили к скоплению льда, вы поджигали запал, завинчивали крышку и выбрасывали

бомбу за борт прежде, чем она взрывалась вам прямо в лицо. Она должна была плыть

по течению к скоплению льда, в то время как вы на полных парах должны были направляться

в обратную сторону.

Иногда это работало. Иногда бомба проплывала слишком далеко или недостаточно

далеко. А однажды бомба взорвалась вместе со всей чертовой лодкой.

По крайней мере, я думаю, что произошло именно это, поскольку никто с "Гордости

Бытома" (Примечание: Бытом/Bytom - город в Польше) не выжил, чтобы рассказать нам о том, что случилось. Мы лишь услышали взрыв в районе изгиба реки, а затем моя собственная

"Четрова Хреновина" (Примечание: В оригинале "Muddling Through") приплыла туда, так что

там не слишком много осталось. Должно быть, вместе с первой бочкой на той лодке взорвались

и все остальные.

Но все же, мы продолжали проталкивать лед вниз по течению реки, и сзади нас, его приплывало уже не так много. После того, как мы прошли Краков, я отдал приказ другим

лодкам, чтобы они патрулировали реку там, где она была очищена ото льда. Лодки без каких-либо проблем пришли к нам, и каждая была загружена шестью боевыми телегами и полным

отрядом воинов.

Потом мы продолжили взрывать лед к северу от Хотспура, и при этом время от времени

обстреливали монгольские патрули, до тех пор, пока не дошли до Буга. Он был полностью

покрыт льдом, и мы ничего не могли с этим поделать. У нас закончились бомбы, да и в принципе не было никакого способа, которым мы могли бы подняться вверх по течению.

Я надеялся, что, может быть, удастся сохранить три дюжины бомб еще для одного дела, которое я задумал, но теперь, после потери "Гордости Бытома" и всего остального, я не видел

никакого способа, как это можно сделать. Мы не могли подняться до Дунайца, поэтому

вся Польша к западу от Вислы оставалась открытой для врага.

Но, черт побери, мы сделали все, что могли! Что еще мы могли сделать?!

Другие лодки собрались в большие патрули, а мы развернулись назад, чтобы забрать