Чтение онлайн

– Медаль за отвагу? Непременно ее поздравлю. А за что?

– Она служила приманкой для насильника. Мы не знали, что у него есть нож – огромный грязный резак. Он подмял под себя Джонс и собирался перерезать ей горло, но она вывернулась, наступила ему на запястье и отшвырнула нож, а потом навалилась мерзавцу на грудь, надела наручники на руки и на ноги и выложила ему все, что о нем думает. Бедняга! Когда подоспел патруль, он бросился умолять их поскорее определить его в какую-нибудь безопасную камеру. Отличная работа! Ему повезло, что она дама сдержанная, а то могла бы запросто отсадить ему яйца, как она и угрожала. Так вот, с тех пор Джонс имеет зуб на Теорию Бентона. Вряд ли ее можно за это упрекнуть. Он кого угодно способен вывести из себя. Но если вы предъявите убедительные доказательства, то, надеюсь, дадите ему шанс мужественно раскаяться, прежде чем посадите его в лужу.

– Конечно, только вряд ли это поможет. – Фрина отхлебнула чай и поставила чашку на стол. Она извлекла из большого конверта письмо похитителей.

– Вы хотите, чтобы я этим занялся? – покорно спросил детектив-инспектор. – Что ж, я и не предполагал, что вы пришли просто навестить меня и выпить чашечку полицейского чая.

– Верно. Когда мы с вами вместе распутывали то кокаиновое дельце, вы сказали, что иногда возможно обнаружить отпечатки пальцев на бумаге. Не могли бы вы отдать на экспертизу вот это? А потом проверить, не числятся ли эти отпечатки в вашей картотеке.

– Пожалуй, могу. А что это за письмо?

– Требование выкупа. И еще. Большой черный автомобиль, возможно «Бентли». Можете вы назвать имя владельца, если мне известна большая часть номера?

– Насколько большая часть?

– Первые две цифры и две буквы.

– Да, это возможно. Вы хотите, чтобы я и это узнал?

– Я вас очень об этом прошу и могу подсказать разгадку убийства Макнотона.

– У нас уже есть версия.

– Я говорю о настоящей разгадке, к которой добавлю еще шайку похитителей, – предложила Фрина.

Робинсон подался вперед.

– Похищения трудно расследовать, обычно жертва погибает. Если вы это допустите, то бросите тень на мое имя, и я лично привлеку вас к ответственности за вмешательство в ход полицейского расследования. Вам ведь это известно?

– Да, Джек.

– Потерпевшие подали заявление в полицию?

– Нет.

– Выходит, об этом знаем только вы и я?

– Да.

– И вы уверены, что сможете найти эту шайку и аккуратно обделать дельце?

– Они будут доставлены к вашему порогу заботливо упакованные в оберточную бумагу.

– Но вам нужна моя помощь?

– Да, если вы будете настолько любезны.

– Хорошо, теперь все ясно. Я полагаюсь на вас, мисс Фишер. Могу я быть вам еще чем-нибудь полезен?

– Пока нет.

– Ладно. Если вы хотите перекинуться парой фраз с Джонс, то найдете ее на приеме задержанных, она дежурит там эту неделю. Дайте мне один час. Если отпечатки есть у нас в картотеке, я их найду, – пообещал Джек.

Фрина пожала ему руку и отправилась на поиски Джонс.

Она застала эту невысокую крепкую женщину за пререканиями с арестованным.

– Говорю вам, у меня было десять фунтов, когда меня сцапали. Эти вороватые копы меня обчистили! – орал косоглазый джентльмен.

Но Джонс была тертый калач, на нее кричали типчики и почище, так что она даже бровью не повела.

– Это все, что было в ваших карманах, господин Мерфи.

– Да вот же они, – сказала Фрина, извлекая десятифунтовую купюру из грязного жилетного кармана. – Впредь будьте повнимательнее.

Господин Мерфи поблагодарил ее, пробурчав какую-то пьяную невнятицу, и откланялся. Джонс улыбнулась.

– Здравствуйте, мисс Фишер. А вы отлично провели старину Теорию. Вот если бы вам удалось утереть нос старому придурку! Знаете, что он мне заявил?

– Да, Джек Робинсон рассказал мне. Возмутительно. Не могли бы вы отлучиться и выпить со мной что-нибудь?

– Если вы подождете. Мое дежурство заканчивается через десять минут.

– Тогда я пока поищу дамскую комнату. Что-то этот полицейский чай не пошел мне на пользу.

– Да он никому не идет на пользу. Все жалуются.

Когда Фрина вновь встретилась с констеблем Джонс, та уже рассталась с формой, которая была призвана скрывать все опасные прелести женской фигуры, и оказалась вполне хорошенькой. У нее были курчавые волосы, которые она безжалостно прятала под форменную фуражку. Джонс повела Фрину в кофейню и заказала черный кофе.

– Днем никак не заснешь, а я так вымоталась, что глаза сами собой слипаются. Слава Богу, завтра я выхожу в другую смену.

– Я наслышана о вашей награде, поздравляю, – сказала Фрина, делая большой глоток кофе, чтобы смыть вкус чая.

– Спасибо, но я ее на самом деле совсем не заслужила. Никакая это была не отвага. Просто подонок вывел меня из себя. Хорошо еще, что я сначала отбросила куда подальше этот нож, а то бы запросто могла его изувечить. Что вряд ли пошло бы на пользу моей карьере. А теперь расскажите мне о Теории. Я знаю его версию произошедшего. Вы думаете, что сможете ее опровергнуть?

– Да. Пока я не могу это доказать. Но Билл Макнотон точно невиновен.

– Вы произвели впечатление на Бентона, хоть он и считает, что женщины ему в подметки не годятся. Вы вывели его из равновесия. Он велел двум экспертам еще раз осмотреть орудие убийства. Надеюсь, вам удастся доказать, что он ошибся.

– Без сомнения.

– Что ж, мне пора идти. Спасибо за кофе, если вам потребуется помощь, позвоните мне. Буду рада помочь, – произнесла констебль Джонс.

После этого Фрина отправилась побродить по Художественной галерее. Вернувшись, она обнаружила записку от Джека, приколотую к его столу.