Чтение онлайн

Норд врезается в Мэддокса, заставляя того пройти в комнату. Следом заходят близнецы, за ними Джерри.

Они все суетятся вокруг меня, никто из них не называет меня Мэри, только Ханна. Я заверяю их, что в порядке, но они настаивают на том, чтобы отвести меня в гостиную. Я отказываюсь присоединиться к вечеринке, но к моему удивлению, дом пуст.

Прайс читает все по моему лицу и отвечает на мой незаданный вопрос:

— Вечеринка отменилась. Мы все слишком переживали за тебя.

Мое сердце расцветает. Отказаться от возможности с кем-нибудь перепихнуться — это, фактически, то же самое, если бы они сказали мне «мы любим тебя». Судите их, как хотите, но они моя семья, и я тоже их люблю.

Норд просит меня рассказать им, что произошло, и, учитывая, что это только примерно третий раз, когда он обращается напрямую ко мне, я чувствую, что обязана ответить:

— Она назвала Сэм шлюшкой.

Все в комнате застывают, злость вскипает во всех них. В любом случае, я продолжаю:

— Я просто сорвалась.

Они все кивают, по типу «Ага, были, видели».

— Ну, и я ударила ее, — говорю я беспечно, будто это не была моя первая драка и я не чувствовала себя маленькой опасной штучкой (какой я точно была).

— Так держать, Ханна! — близнецы дают мне пять. Мэддокс сжимает меня в крепких объятиях и трясет. Джерри и Норд светятся большими гордыми улыбками, а Дэнни стоит в стороне и мы не отводим взгляды друг от друга.

Он никогда прежде не смотрел на меня так, и мне непонятно, что именно я вижу в его глазах.

Все, что я знаю, — что-то изменилось. Я не могу определить, что именно, но я это чувствую.

В следующий вторник, когда я приезжаю, миссис Фрайзер практически засыпает; что-то это происходит довольно часто. Прежде чем убрать еду в морозилку, я помогаю ей лечь в кровать. Я хмурюсь, когда замечаю, что она не так уж много съела. Не удивительно, что она выглядит такой худой. Я делаю мысленную пометку рассказать об этом родителям. Я провожу с ней еще какое-то время и оставляю ей записку на момент, когда она проснется, написав, что приготовила для нее свежий лимонад. Обычно я рада провести дополнительное время с Сэм, но не ценой здоровья миссис Фрайзер.

— Ты рано, — говорит Дэнни, когда я плюхаюсь на диван, распаренная и потная. Дэнни смотрит на меня тем взглядом, который использует только со мной.

— Миссис Фрайзер уснула.

— В ближайшее время Сэм не будет дома.

Я знаю об этом, в ближайший час у нее танцы.

— Пытаешься от меня избавиться? — поддразниваю я.

— Никогда, — говорит он небрежно, когда возвращает свое внимание к видеоигре, нажимая на кнопки.

В доме сегодня пекло, несмотря на три вентилятора, которые дуют на нас. Я стягиваю рукава своей блузки, открывая свою майку (а точнее майку Дэнни) под ней. Мне интересно, он когда-либо вообще замечал, что я надеваю его майку, или почему на протяжении многих лет периодически они у него пропадают? Если он и замечает, то никогда не упоминает об этом, по крайней мере, я об этом ничего не знаю.

Я расплетаю косу и поднимаю волосы в высокий хвост, закрепив их своей резинкой для волос. Я сразу же ощущаю прохладу.

— В холодильнике хренова куча льда, если он тебе нужен, — предлагает Дэн, глядя на меня краем глаза.

— Спасибо, — говорю в ответ.

Я тихо сижу и наблюдаю за его игрой, тайком поглядывая на него. Сегодня на нем только баскетбольные шорты, открывающие очень уж много его тела. Когда он играет, мускулы перекатываются, отчего мое желание возрастает. Голова Дэнни свободна от его постоянной бейсболки, и волосы выглядят слегка растрепанными.

Иногда его внешности становится для меня слишком много, и я перестаю на него смотреть, иначе желание станет невыносимым.

В нем все, о чем проповедуют мои родители и Библия: он слишком много пьет, дерется, курит, спит с кем попало и матерится так, будто это его родной язык. Так почему я не могу перестать сохнуть по нему? Чем больше времени я провожу рядом с ним, тем хуже все становится.

Тепло начинает распространяться по мне, пот стекает по телу и блестит на моей коже. От этого у меня начинает кружиться голова. Большинство бы отправились домой, в помещение с кондиционером, но воздух в моем доме намного более удушающий.

Как только пот начинает стекать уже по моей груди, я решаю проверить, не поможет ли лед.

Я направляюсь на кухню и достаю из забитой морозилки большую чашу со льдом. На мгновенье я задерживаю там свою голову и вздыхаю от блаженства, когда меня окутывает прохладный воздух морозилки. Хотя я не хочу расходовать лишнюю электроэнергию, поэтому с грустью закрываю ее.

Кладу руку на столешницу и медленно пробегаю кубиком льда по своей шее и груди. Это ощущается так хорошо, так освежающе, прохладные капли стекают вниз. Как только этот кубик тает, я хватаю еще один, закрывая глаза и позволяя этому прохлаждающему эффекту пронестись сквозь меня. Когда я открываю глаза, мое сердце замирает — Дэнни смотрит прямо на меня, что делает воздух более плотным, и мне резко становится тяжело дышать.

Он встает, положив джойстик на свое место. Наши глаза удерживают друг друга, пока он приближается. Дэнни останавливается только в сантиметре от меня. Когда он говорит, его голос низкий и хриплый.

— Хочешь, чтобы я охладил твою спину?

Все, что я могу сделать, это только кивнуть.

Он заходит мне за спину и наши оголенные плечи соприкасаются на краткий миг, посылая электрический разряд между нами.

Лед в моих руках растаял, и я вытираю влажные руки об юбку. Я слышу, как за моей спиной Дэнни берет кусочек льда, а потом его краешком пробегает прямо по моей шее. Левой рукой он удерживает мое левое плечо, большим пальцем слегка поглаживая кожу. Второй рукой начинает скользить кубиком льда по задней части моей шеи, что мгновенно приводит к мурашкам.

Дэнни двигает кубик вниз по моей шее, прослеживает линию плеч и опускает вниз по моей руке, потом возвращается вверх по тому же пути. Мое тело реагирует так, будто точно знает, чего ожидать рядом с ним. Когда он возвращается к моей шее, я наклоняю голову в другую сторону, позволяя ему продолжить это путешествие. Как только я делаю это, Дэн опускается на мою талию руку, которой удерживал мое плечо. Он подходит ближе, и наши тела прижимаются друг к другу.

Его рот находится в сантиметре от моей шеи, и я чувствую его горячее дыхание напротив своей кожи, пока он продолжает водить льдом.

Откидываю голову назад, упираясь затылком в его плечо. После того, как кубиком льда он пробегает по моей второй руке вниз и обратно, снова достигнув основания моей шеи, Дэн проводит им по моей груди и опускает его под мою майку. Рукой, сжимающей мою талию, он скользит мне под топ, а пальцами ловит кусочек льда. Он проводит льдом по моему пупку, и, пробежав по боку, перемещается на спину, где начинает подниматься вверх по моей спине.

Я дрожу, и это не от холода.

Лед тает прежде, чем добирается до конца майки.

Дэн быстро тянется за другим кубиком.

В этот раз он обвивает рукой мою талию, поэтому я оказываюсь запертой в его объятиях. Глазами он следит за льдом, а мне свои приходится закрыть, потому что я чувствую себя слишком хорошо, чтобы не делать этого.

Дэн очерчивает контуры моего уха. Закатываю глаза и заваливаюсь на него, издавая стон от наслаждения, благодаря прикосновениям прохлады вперемешку с покалывающим эффектом от его прикосновений. Я слишком захвачена моментом, чтобы стыдиться этого.