Чтение онлайн

Самое смешное, что раньше я думал, что им всем везет с девушками, и что я был единственным, кто все пропускал. После всего, что я узнал прошлым летом, я начал слушать их стеб, и я быстро понял, что большинство из них понятия не имеют о девушках, а тем более о самом сексе.

Единственным исключением был Скотт. У него была постоянная девушка с тех пор, как мы познакомились, девушка по имени Шеннон Эллсворт. Он никогда не говорил о том, что он с ней сделал, и всякий раз, когда кто-нибудь из других парней дразнил его об этом, он говорил, что он и Шеннон не сделали ничего, кроме того, как они немного пошалили.

Но когда другие парни рассказывали о своем «опыте» с девушками, он закатывал глаза так же, как я. Я удивился, почему не заметил этого раньше. Он быстро понял, что я не купился на дерьмо других парней, как когда мы были первокурсниками. Однако Тони, Скотти и Келли никогда не замечали, что мы со Скоттом мало говорили о нашем опыте с девушками. Но он знал это, и я знал, и мы оба держали рот на замке.

Еще одна вещь, которая изменилась для меня, это то, что я обнаружил, что могу говорить с девушками, и что это не заставляло меня мяться или нервничать. Год назад я был бы слишком застенчив, чтобы сделать что-то большее, чем переминаться с ноги на ногу, если бы столкнулся с девушкой. Наверное, поэтому большинство моих друзей были парнями. После всего, через что я прошел, и всего, чему я научился, я понял, что девочки в основном так же напуганы и нервничают, как и парни. И когда ты знаешь, что девушка так же нервничает, как и ты, становится легче разговаривать с ними.

Глава 140

Я думаю, еще одна вещь, которая помогла, это тот факт, что всякий раз, когда я разговаривал с девушкой, я не был действительно заинтересован в том, чтобы засунуть руку ей в трусы. Я не знаю, как, но у девушек есть своего рода система раннего предупреждения, чтобы обнаружить парней, которые нацеливаются на них, независимо от того, как парень себя ведет. Как будто они чуют это, или что-то вроде того. Я не знаю что это, но это странно.

Так что пока я разговаривал со многими девушками, у меня не было девушки. Я все еще мастурбировал, как дьявол, ночью и утром, но я хотел остаться верным Джине. Я не мог этого объяснить, но это то, что мне казалось правильным. Так что я не охотился ни за одной из девочек в школе.

Странно, но я заметил, что на вечеринках, футбольных матчах или школьных танцах вокруг меня было больше девушек, чем у всех моих друзей вместе взятых. Я быстро понял, что некоторые из них даже скажут «Да», если я их приглашу.

Шеннон, подружка Скотта, однажды вечером застала меня одну на школьном футбольном матче и спросила об этом. Она хотела знать, заинтересован ли я в одном из ее друзей. Она намекнула, что ее подруга Эми Лэсситер может мной заинтересоваться. Она также намекнула, что несколько ее друзей могли бы заинтересоваться мной, если бы мне не нравилась Эми.

Я был более чем шокирован, поэтому рассказал ей о Джине. Шеннон спросила меня, где живет Джина, какая она, как мы познакомились, и еще дюжина вопросов. Я сказал ей правду. То есть, что я могу сказать об этом. В отличие от парней, Шеннон сразу поняла, что Джина настоящая, что я говорю правду, и что я серьезно отношусь к своей верности.

Когда об этом стало известно, я решил, что это отпугнет большинство девушек, которые могут мной заинтересоваться. Безумие в том, что это только сделало меня больше мишенью для женского внимания. Я был сбит с толку всем этим явлением. Нет, мне нравилось такое внимание, не поймите меня неправильно, но я действительно хотел дружить с девушками, которых я знал.

Шеннон, казалось, понимала, и ее подруга Эми тоже. Скотт тоже видел во мне разницу. Это, в сочетании со спокойной уверенностью его девушки, казалось, уладило наши отношения.

Хотя я думал, что Эми была очень милой. Она была маленькой и низкой. Ее грудь была очень маленькой, и у нее были узкие бедра, но у нее также была улыбка, которая освещала комнату, и у нее были натуральные блондинистые волосы. При других обстоятельствах я бы с удовольствием пригласил ее на танцы, но она понимала, что мы можем быть только друзьями.

Одно из больших изменений в моей жизни произошло из-за Скотта. Его отец летал в ту же авиакомпанию, что и мой, так что он знал, каково это — иметь отца с довольно неправильным расписанием. Отец Скотта был летчиком в Военно-Воздушных Силах, а его семья прожила в Германии два года. Когда они вернулись в Штаты, Скотт закончил второй класс. На самом деле он был очень умным парнем; его просто сдерживали из-за того, что он не начал учиться в американской школьной системе. Я думал, что это ужасно несправедливо, но Скотт был в основном согласен с этим. Единственное, что это значило, это то, что в то время как остальным из нас было 15, Скотту было 16.

Проблема была в том, что родители Шеннон не позволяли ей встречаться со Скоттом наедине, пока ей не исполниться 16. Самым простым решением было взять с собой Эми. Эми не хотела быть третьей лишней, поэтому они быстро завербовали меня. Эми знала, что я серьезно отношусь к Джине, поэтому мы пошли на двойное свидание как друзья. Хотя я подозревал, что Эми пытается незаметно увести меня от Джины, она никогда не скрывала этого, и мы стали довольно близкими друзьями. Для девушки, я думаю, приятно иметь друга парня, который не постоянно ведет себя как придурок. Но я также подозревал, что Эми с радостью примет от меня предложение, если я решу флиртовать с ней.

Другая большая вещь, которая изменилась в моей жизни, снова была из-за Скотта. Он был в школьной команде по борьбе, и начал уговаривать меня, чтобы я попробовал вступить в команду. 167-ми фунтовый борец из прошлого года был старшеклассником и закончил школу; команде нужен был парень в этой весовой категории. Скотт боролся в весовой категории 145 фунтов, и не было никакого способа (во сяком случае он так сказал), что он сможет вырасти до 167.

На самом деле я весил 155 фунтов, но в этой весовой категории был старший, младший и, вероятно, по крайней мере два первокурсника. За исключением старшего, другие ребята были «легкими» и пробивались вверх из 145-ти фунтовой весовой категории. Так что Скотт решил, что я могу надеть немного мускулов и заполнить пробел кадров. Но я не был так уверен. Я уже был довольно застенчив в отношении своего веса, и идея надеть больше веса не была тем что мне нравилось.

Я никогда не увлекался спортом, но после двух недель его тонкого, а иногда и не очень тонкого давления, я, наконец, смягчился. Я думала, что попробую заткнуть Скотта, но быстро поняла, что мне нравится борьба. Тренировки в течение первой недели были большим шоком, но мне так понравилась их борьба, что я стиснул зубы и продолжал.

То, что я обнаружил, мне понравилось почти так же, как и сама борьба, и к моему удивлению, было поднятие тяжестей. Я не был слабаком весом в 98 фунтов, но у меня было много работы, чтобы привести себя в форму. Тренировки по борьбе начались в начале ноября, и мы много работали. Скотт познакомил меня с большинством ребят в команде, и я быстро понял, что они мне нравятся. Тренер Симмонс был хорошим тренером и действительно заботился о нас, убедившись, что мы упорно тренировались, но также и убедившись, что мы не отставали по школе.

Каждый день тренировки начинались сразу после школы. По понедельникам, средам и пятницам мы пробегали круги по спортзалу, чтобы размяться, а затем работали над борцовскими движениями: взлеты, развороты, побеги и множество других движений. После этого мы сделали мостик и гимнастику. Наконец, мы попали в тренажерный зал и поработали над силовыми тренировками. Один из старших ребят, Брюс Боллинджер, который был нашим 185-ти фунтовым студентом, взял меня под свое крыло и показал мне, как накачать различные группы мышц.