Чтение онлайн

В один момент он стоял, скорчившись от боли, заходясь в оглушающем крике. В другой он уже разрывал моего Восьмирукого Гиганта на несколько частей лапой с когтями. Даже мои глаза увидели лишь размазанный силуэт вместо полноценного движения.

Вот только меня в нём уже не было.

В спину Ягуре почти в упор ударил Обезглавливатель, покрытый острейшей чакрой Ветра, что я владел. Лезвие впилось в плоть, но вновь не смогло проникнуть достаточно глубоко. Монстр тут же резко развернулся и полоснул когтями обидчика, легко разбив Демоническое Зеркало.

Вот только меня в нём уже не было.

Завертевшись волчком, Ягура забуянил, круша всё вокруг себя, оставляя глубокие кратеры, полные перемолотой ледяной пыли. Туман из мелких кристалликов продолжал сгущаться, ухудшая видимость, и никакой погром не мог её разогнать. Обычному шиноби он бы стёр глазные яблоки в кашу, но Ягуре он лишь доставлял неудобство, заставляя чаще моргать. Почуяв что-то обострившимися инстинктами, Джинчуурики развернулся на сто восемьдесят градусов и пульнул в меня слабой Бомбой Биджу, прорыв землю на несколько сотен метров и оставив огромный кратер на месте взрыва.

Вот только меня там уже не было.

На короткий момент я стал псевдо-Богом этого маленького кусочка мира. Мой Кеккей Генкай пропитал всю округу, подчиняя всё в ней моей безоговорочной власти. В радиусе примерно одного километра мои желания стали законом.

Демонические Зеркала появлялись и исчезали быстрее, чем я мог о них подумать, и не стоили почти никакой чакры.

Мне больше не требовались печати, лёд будто сам складывался в наилучшие для ситуации техники, черпая больную фантазию из моего подсознания.

Самое главное, он оказался под моим полным контролем. Благодаря моим стараниям, лёд пронизал всё вокруг.

Всё вокруг было под моим полным контролем.

Смотря вниз с высоты птичьего полёта на бушующего монстра, я невольно хмыкнул. Говорили, что Мизукаге был Идеальным Джинчуурики, полностью подчинившим своего Зверя, но я сомневался в этом. Марионетка, подчинившая Биджу? Не смешите мои тапочки. Скорее, люди просто приняли пассивный характер Исобу за подчинение. Это бы объяснило то, как Ягура резко сменил стиль боя с выверенного и техничного на звериный и инстинктивный.

Я глянул вдаль, на место, где начинался наш бой. Оставшиеся в живых оперативники из охраны Ягуры не сумели вовремя сбежать из моего радиуса, и превратились в гротескные статуи, застыв в отчаянных попытках отползти из последних сил подальше от эпицентра нашего боя… Забузу и революционеров я предупредил заранее, подчеркнув, что не несу ответственности за смерть излишне любопытных. Никакая подмога или внезапные предатели не помешают мне.

Как и Зецу с Обито. Я сомневался, что они собирались вмешаться, но не хотел допускать подобный риск. Если сладкой троице в голову взбредёт такая мысль, то им придётся очень несладко.

По крайней мере я был уверен, что пошпионить у человека-растения не выйдет, как бы он не раскорячивался.

Я прикоснулся к нацепленной маске, с помощью которой дышал. Технически, она была необязательна для доставки кислорода. Печати обеспечивали им небольшое пространство между барьером и моим телом. Однако моя броня чакры не защищала от низких температур, чтобы не мешать моему улучшенному геному. Холод не мог мне навредить. Однако, мне всё ещё требовалась маска, специально созданная для защиты так нужного мне кислорода.

Я провёл пальцем по кристаллам льда, заменившим мою кожу. Никакого дискомфорта. Словно я всегда имел такое тело. Ледышки, в которые превратились мои глаза, видели ничуть не хуже органических, будто их суть никак не поменялась. Будто я наконец перестал притворяться человеком.

Трансформация, основанная на Гидрификации. Я выполнил её инстинктивно, по наитию. Откуда-то зная, что так будет правильно. Моё отражение в Демоническом Зеркале напоминало какого-нибудь снежного эльфа вперемешку с Иными из Игры Престолов. Черты лица заострились, глаза сияли потусторонним синим цветом. Всамделишный Дух Снега.

Тем временем, движения Ягуры стали замедляться. Отсутствие возможности дышать явно влияло на него, несмотря на все физические усиления. У него оставалось лишь несколько вариантов действий. Шах.

Внезапно он рванул прочь. На мои губы вылезла усмешка. Он долго думал, прежде чем попробовать сбежать, но даже прими он это решение пораньше, ничего бы не изменилось.

Взмах руки и лёд сложился в узоры невероятной сложности, многократно воспроизводя Историю моих змеек. Сотни тысяч жгутов, состоящих из миллиардов ледяных иероглифов, ухватились за Джинчуурики, намертво остановив. Ягура завыл, задёргался в приступе бешенства, окрашенного нараставшим отчаяньем, но печати держали его слишком крепко, не давая пошевелиться.

Но у него ещё имелись козыри.

В очередной раз пыхнув чакрой, во все стороны от связанной фигуры пошла волна коралловых рифов. Они тут же гибли, рассыпаясь безжизненной массой известняка, но успевали нарушить аккуратную вязь символов. Далеко не все жгуты исчезли, но оставшихся не хватило, когда Ягура в очередной раз дёрнулся, и Джинчуурики с победным рёвом вырвался на свободу.

Внезапно он развернулся, и я понял, что всё это время, пока его удерживали змейки, он готовил Бомбу Биджу. Каким-то образом он смог почуять моё местонахождение даже на таком приличном расстоянии.

Слепящий луч концентрированной чакры Зверя выстрелил точно по мне.

Слишком медленно, подумал я, выходя из Демонического Зеркала в безопасном месте в паре сотне метров от прежней локации. Провожая взглядом атаку, ушедшую на многие километры вверх, я поражённо присвистнул. К такому моя броня ещё не готова. Когда я повернулся к Джинчуурики, тот уже сверкал пятками, пусть и далеко не так прытко, как раньше.

Мы могли бы ещё какое-то время продолжать эту игру в кошки-мышки, и думаю, что победа осталась бы за мной. Пусть у меня и оставалось всего немного чакры, её хватит, чтобы продолжать гонять Ягуру по моему ледяному Домену до тех пор, пока недостаток воздуха окончательно не свалит его с ног.

Однако я могу окончить этот бой гораздо раньше.

Подав сигнал, я активировал Историю, которую ранее внедрил в его плоть с помощью Кубикирибочо.

Идея, которую я позаимствовал у цепей Хоноки. Сами по себе модификации для клинка оказались простыми. Для начала, мы с девушкой усложнили шаблон меча, к которому тот возвращался при регенерации. Теперь клинок стал настоящим перевёртышем, способным принимать нужную мне форму. Вторым улучшением стала возможность внедрять заранее заготовленные мною печати через порезы и уколы.