Чтение онлайн

Я только что дала мои первые в жизни свидетельские показания. Честно скажу – никогда не думала, что мне придется делать нечто подобное. Я едва не краснею, когда думаю о том, что сказал мне Адам. А вы любопытны. И он, без сомнения, прав. Я действительно очень любопытна. Это моя работа. И потом я должна признать, что это так интересно – всякие там интриги. Драмы. В «Шансе» есть рубрика, посвященная криминальным событиям прошлого, чаще всего из истории Англии 80-х годов. Ее ведет у нас шведско-финский фрилансер Марга. И я всегда с бьющимся сердцем читаю ее статьи. Наверное, потому, что она очень захватывающе пишет. Но иметь такую работу как у Адама – по-настоящему расследовать преступления – на такое я бы никогда не отважилась. Уф-ф.

А как же тогда ему удается, спрашиваю я себя. Что вообще заставляет человека стать полицейским? Все дело во врожденном чувстве справедливости? Или желании помогать? Или это такой способ дать выход живущему внутри тебя искателю приключений? А возможно, все дело лишь в его плечах. У него ужасно широкие плечи. О боже, я рассуждаю, как мои любимые героини дамских романов, из-за которых Закке постоянно насмехается надо мной. Но серьезно: если у человека такие широкие плечи, то, быть может, полицейский или пожарный – это единственные подходящие для него профессии? Потому что, на мой взгляд, это чистое расточительство – посылать таких типчиков на работу, скажем, в Пенсионный фонд.

Я фыркаю и вдруг замечаю, что Рози пристально глядит на меня.

– Над чем ты смеешься?

– Что? Да нет, ни над чем.

Я быстро встряхиваю головой, чтобы перевести мысли в другое русло. Нельзя сидеть рядом с Рози и думать о плечах. Я должна думать о том, что сейчас действительно важно – о Каролине.

Пока я пила кофе, в голове всплыла еще одна картинка. Ее тело, как оно медленно колышется под водой, словно морской призрак. Еще я думаю о Бенжамине. Как он прямо сейчас сидит в полицейском участке Наки, подозреваемый в том, что утопил ее. Тот парень в кепке, которого я видела ночью. Совершенно обычный юноша девятнадцати лет. Наверняка такой же, как и все остальные в его возрасте. Любит музыку, играет в футбол и ржет над неприличными шутками в компании своих приятелей. А когда не спится, бесцельно бродит по просторам «Ютуба».

А потом я думаю о том, как Каролина оставила его ночью, там, на дороге. И как вместо того, чтобы последовать за ней, он направился обратно к гостинице. Совершенно в другую сторону.

Ина Леандер жила в усадьбе, смахивающей на старинный дом с привидениями. Ее родители приобрели имение больше двадцати лет назад, еще до того, как на Буллхольмене построили гавань и на острове стали появляться летние туристы.

Дом был высотой в три этажа, выкрашен в белый цвет и с мраморными колоннами у входа. Когда семья Леандеров туда переехала, усадьба считалась объектом, подлежащим капитальному ремонту. И, честно сказать, до сих пор им считается. Мама Ины, Луиза Леандер, обожает ремонты и прочие проекты. И это был далеко не первый и не последний дом, который она купила в своей жизни. Вначале ее планы всегда выглядели грандиозными. Снести, отстроить заново, отделать, обставить. Но когда договор купли-продажи оказывался подписан, а временная мебель перевезена на новое место, интерес постепенно начинал затухать. И вскоре Луиза Леандер находила новый объект, подлежащий реновации.

Усадьбой на Буллхольмене было удобно пользоваться все эти годы. В этом не было никаких сомнений. В то время как родители Ининых друзей платили за каждую ночь простоя яхт в гавани острова, у Ины и ее семьи имелась отдельная бухта рядом с домом, где можно было побыть одному и хорошенько отдохнуть или же закатить хорошую вечеринку. Все зависело от настроения. А поскольку дом все-таки был довольно ветхим, то не надо было бояться, что что-нибудь в нем сломается или испачкается.

Но Луиза с семьей приезжала сюда лишь в начале лета, а так дом по большей части пустовал. Время от времени то одна, то другая семья снимала его на несколько месяцев, после чего в дом являлась уборщица и вычищала все до блеска. И все равно каждый год в июне, когда в замке поворачивали ключ, дом вызывал щемящее чувство тоски. Дом пах пылью. Пах одиночеством и запустением.

Раньше Ина никогда не бывала здесь одна. Ей этого не хотелось. Луиза и ее муж Йоран несколько раз приезжали сюда без Ины, когда хотели устроить себе романтический осенний уикенд. Они жгли костер, выпивали по нескольку бокалов «Амароне», а потом засыпали, опьяневшие, под шум ноябрьских волн, бьющихся о скалы.

Но неделю назад Ина Леандер решила самостоятельно наведаться на Буллхольмен. И неважно, что ей всего девятнадцать лет – неужели она не сможет прожить неделю или две в доме, который знает как свои пять пальцев? У Луизы и Йорана на этот счет имелись большие сомнения. Тебе в самом деле так хочется побыть одной на Буллхольмене? Почему бы тебе не поехать с нами в Дубай, милая? Неужели ты не побоишься спать одна в таком большом доме?

Разумеется, Дубай это здорово. Впрочем, даже не будь это так здорово, у Ины все равно оставались два сезона американского реалити-шоу «Сестры Кардашьян», которых она еще не видела. Она никогда не устанет смотреть, как армянские сестры пьют холодный чай из «Старбакса» и поедают салаты в своем доме стоимостью в сто миллионов.

Но Ина твердо решила. В этом году праздник летнего солнцестояния она встретит на Буллхольмене. Впрочем, причина ее решения была всего одна. И называлась она Бенжамин Хамрен.

В интернет-блоге Каролины Ина прочла, что та будет отмечать праздник вместе со своей семьей и яхтой на Буллхольмене. А если Каролина там будет, то и Бенжамин тоже. Это уж как пить дать.

Теплый летний дождик стучит по стеклам окна в кухне. Ина сидит над кружкой с горячим чаем, и от поднимающегося вверх пара с ее ресниц начинает течь тушь, но ей плевать, что она выглядит как енот. Ведь в ее голове столько мыслей. Она приехала на этот остров, имея при себе план. Но потом все полетело к черту.

Потому что этой ночью убили ее лучшую подругу детства.

А сегодня утром полиция арестовала парня, которого она любит с пятнадцати лет.

Ина делает глоток горячего чая и обжигает себе горло.

Перед ней на пыльном кухонном столе лежит ее айфон (в чехольчике в виде баклажана) и фотоальбом. Мама так и не позвонила. Должно быть, в Дубае не нашлось достаточно хорошего вайфая, чтобы она смогла прочесть новости и узнать, что некая девятнадцатилетняя девушка найдена мертвой на Буллхольмене. А то бы непременно подавилась трубкой от кальяна.

Ина должна отправить ей эсэмэску и сообщить, что с ней все хорошо. Должна рассказать. Но она не может. Потому что если она так сделает, это будет означать, что все случилось взаправду. А она еще не готова столкнуться с такой правдой. Не готова набрать буквы, которые сложатся в слова:

Каролина мертва.

Ина также собиралась отправить сообщение Бенжи, но это и подавно плохая идея. Полиция наверняка забрала у него телефон, а Ина не хочет, чтобы кто-то еще, кроме Бенжи, читал то, что она напишет.