Летняя война
Шрифт:
– Не думай об этом, - уверенно ответил Вова.
– Все будет хорошо. Пришел мой час помочь тебе.
– Как?
– безнадежно спросила Аня.
– Предоставь это мне!
Аня улыбнулась в темноте самой себе. На душе стало легче - во вражеском лагере она была не одна, и ей было на кого положиться. Все же Вова оказался не врагом, а другом.
– Я хотела спросить, - задумчиво произнесла Аня, - почему ты ничего не рассказал в своем лагере про Юру?
– А зачем?
– Вова пожал плечами.
– Понимаешь ли, их это не касается. Я уже не чувствую себя частичкой Черной армии. Пара человек из них - мои друзья, некоторые - знакомые. Я участвую в войне лишь по привычке, но не считаю себя обязанным рассказывать окружающим о неприятных моментах моей жизни.
– Наверное, ты прав. Но ваш сержант Дима просто взбесился: он думает, что тебя пытали.
Вова тихо рассмеялся.
– Что ж, это было бы вполне логично! Если бы не ты.
– Так нет, - добавила с улыбкой Аня, - он как раз уверен, что это я тебя пытала!
– Да?
– пошутил Вова.
– А я и не заметил! И когда ты только это успела?... Я скучал без тебя.
– Почему?
– Не знаю. Так уж. Мы еще встретимся?
– Зачем спрашиваешь? Ты же знаешь, что нет. Если мне удастся отсюда выбраться, мы не увидимся до конца войны.
Вова с досадой мотнул головой.
– Дурацкая война!
– он задумчиво посмотрел в окно.
– Я уже отказываюсь понимать, за что мы воюем!
– Я уже давно этого не понимаю...
– Посиди здесь. Я посмотрю, какая обстановка на улице. Сегодня ночью ты должна быть дома.
– Спасибо!
И разведчик тихо выскользнул из комнаты. Его не было минуты три, но Аня все это время сидела, как на иголках. Она прекрасно понимала, чем он рискует, помогая ей бежать. Она-то, отпустив его из Белого лагеря, была хозяйкой своим действиям!
Вова вернулся настолько бесшумно, что Аня вздрогнула от неожиданности, когда он тихо приблизился к ней и стал шепотом объяснять:
– Дорога свободна. По задворкам детского сада можно смело пробраться к лесу. Охраны тут нет, и я думаю, у нас все получится!
– Да, но как же ты?
Но Вова не успел ответить. Он вдруг рванул к окну.
– Черт!!! Все-таки решили проверить! Ну ничего, они получат то, чего не ожидают!
– Что случилось?
– растерянно спросила Аня, глядя, как Вова стягивает через голову свою рубашку и швыряет ее на стул.
– Помоги мне, если не хочешь, чтобы все сорвалось!
И с этими словами разведчик одной рукой обхватил девушку за талию, а другой мгновенно расстегнул все пуговицы на ее кофточке и молнию на ее джинсах. Аня молчала, ибо не понимала, зачем он все это делает. Где-то недалеко послышались шаги. Вова стянул кофточку с плеч девушки. Через мгновение они оказались на кровати. Шаги приближались. Аня в ужасе, наконец, поняла, что означали эти шаги, и инстинктивно сжалась.
– Все хорошо, - быстро прошептал Вова.
Она доверчиво глянула на него. Он был так близко, что она чувствовала его тело и его тепло. Рука молодого человека остановилась на ее бедре. В этот момент Аня услышала, как дверь приоткрылась, и кто-то остановился у порога. В коридоре было так же темно, как и в комнате, поэтому было сложно определить, кто мог прийти. Но Вова демонстративно ничего не замечал. Он лишь стал жадно и страстно целовать Аню в шею, в это время одной рукой медленно стягивая с девушки джинсы. У порога затаили дыхание. Аня не знала, то ли ей отвечать, то ли сопротивляться, но, решив, что последнее логичнее, попыталась оттолкнуть Вову.
– Не гони меня. Ты все равно будешь моей!
– прошептал он достаточно громко и снова осыпал ее поцелуями.
Кофточка сползала все ниже и ниже. Он хотел поцеловать ее в губы, но она не далась. Тогда он, взяв ее лицо в свои руки, стал медленно приближаться к ней. Аня поняла, что теперь надо отвечать, и тоже слегка обняла его. Ее лица уже коснулось его горячее дыхание, но в этот момент Вова резко поднял голову и молча уставился на скрывающихся зрителей. Это были Майор Максим и сержант Дмитрий.
– Такие у тебя с ней счеты?!?
– язвительно прошипел Максим.
Аня невольно вздрогнула, ибо она не видела солдат. Вова молчал, все так же тупо глядя на них и не шевелясь.
– Ты знаешь, что тебе за это будет?
– Знаю.
– И ты не боишься пожалеть о том, что собираешься сделать?
– Нет.
Майор немного постоял, сверля капитана взглядом, а потом развернулся и вышел.
– Готовьтесь к завтрашнему дню!
– добавил Дима и хлопнул за собой дверью.
Их шаги утихли и растворились в тишине.
Вова облегченно вздохнул.
– Ты была умницей!
Он поднял девушку с кровати и аккуратно помог ей одеться.
– Почему они ушли?
– спросила Аня, все еще испытывая некоторое беспокойство.
– Им здесь нечего делать, - просто ответил Вова, накидывая на плечи рубашку.
– Теперь они будут думать, что впереди у нас безумная ночь, и больше сюда не придут. А в это время ты спокойно покинешь наш лагерь. Ну, теперь пора, пойдем!
– и он уже сделал шаг в сторону двери.
– Подожди, - остановила его Аня, не двигаясь с места.
– Я никуда не пойду, пока не буду уверена, что у тебя есть алиби! Я не хочу, чтобы тебя отдали под трибунал.
– Брось! Это пустяки!
– махнул рукой Вова.
– Нет!
– твердость девушки поразила разведчика.
– Аня, во-первых, я не отпущу тебя одну! И потом для тебя сейчас главное вернуться в свой лагерь! А о себе я позабочусь сам.
– Для меня главное так же, - тихо ответила Аня, - чтобы у тебя не было из-за меня проблем. Я хочу быть спокойна за тебя.
Вова пристально посмотрел ей в глаза, силясь найти в них ответ на мучавшие его вопросы.
– Хорошо, - наконец, ответил он со вздохом.
– Только ради того, чтобы ты была спокойна. Но тогда я буду не спокоен, - и он опустил голову.
– Не волнуйся! Я сумею добраться до леса. А теперь...
– и Аня в раздумьях огляделась вокруг.
– Возьми из ящика стола веревку, - решительно скомандовал Вова.
– Ты привяжешь меня к кровати, до этого якобы оглушив чем-нибудь тяжелым. Только тогда твой побег будет выглядеть более или менее правдоподобным для майора. Он обязательно придет сюда утром.