Чтение онлайн

Семёнов старший посмотрел на своего двойника, Семёнова младшего.

– Да, я в принципе не против, только я тоже хотел бы посмотреть мир...

– Да, как говорит Володя, не вопрос - улыбнулся председатель, помотаемся еще с тобой по реальностям. Ну, а вы, что скажете, драгоценная моя супруга.

Семёнов посмотрел на свою жену, сверху вниз, сидящую рядом.

Та подняла голову и пожала плечами - я как ты...

– Принято единогласно - хлопнул тот, что уже входило у Семёнова старшего в привычку, по столу ладонями - Теперь второй вопрос, нам нужны, как банально это не звучит, деньги. Нам, где-то надо жить, что-то есть. Не можем мы всю жизнь сидеть на шее Звинарского. Прошу озвучить ваши предложения. И если их пока нет, то думайте, господа.

– Товарищи - поправил его Сашка.

Семёнов перевёл глаза на него.

– Здесь, в это время - пояснил Александр - говорят товарищи. За господ можно и под статью попасть.

Алексей старший согласно кивнул - помню Саша, помню, но... вырвалось.

– И все же надо перебираться из Солнечногорска - подала голос Света-первая - город маленький, мы здесь будем у всех на виду. А это не очень хорошо. И столица, правильно сказал Володя подойдёт, как нельзя лучше.

– И деньги можно заработать, как мой отец - привстала с табурета Инна - он отличный механик и чинит машины, частным образом, даже нашим местным шишкам, потому его никто не трогает.

– Но это левый заработок, в это время безработицы нет, тунеядство тут тоже не приветствуется - вновь высказалась Света-первая.

– Стоп, стоп товарищи - пресекая разгорающийся спор, замахал руками "председатель" - нам нужны конкретные предложения. Давайте еще посоветуемся с профессором, а уж там решать будем. Раз уж мы тут остаёмся. И думать, думать. На этом, пока, всё.

Обе Светы и Инна засуетились вокруг сидящих мужчин, разнося тарелки и стаканы для позднего, очень позднего ужина.

А те затеяли, как и полагается нешуточный спор, "Что, Где, Когда, зачем и Почему". Вот девушки и торопились притушить эти страсти чаем, бутербродами и сладкими пирожками. Совсем погасить их у них бы всё равно не получилось, а так хоть пригасить. С набитым ртом не очень-то поспоришь. Хотя, это, наверное, спорное утверждение.

На следующий день, уже под вечер, у ворот остановилась всем знакомая "Волга". И после сердечных рукопожатий и коротких похлопываний по плечам, наряду с переобнимашками всей женской половины. Звинарский и трое Семёновых с Вовкой удалились в кабинет хозяина дачи. Девушки принесли им холодные закуски и легкое вино из запасов самого же профессора. Из-за тяжелых, плотно закрытых дверей кабинета, без малого четыре часа раздавались приглушенные крики и возгласы. Но вот, наконец, всё стихло и двери распахнулись

Первым выскочил взъерошенный и раскрасневшийся, но довольный профессор. За ним вышли не менее довольные и остальные.

И вновь все собрались на кухне. Лиска забралась на колени Семёнова старшего и, ни в какую, не желала слазить. Да, тот и сам прижимал её крепко к себе, отмахиваясь, то одной, то другой свободной рукой от "мамаш".

– Товарищи - не вставая с места, боязливо поглядывая на обеих Свет, что бы, не отняли драгоценность, начал Семёнов старший - дадим слово профессору Звинарскому.

Профессор встал и шутливо раскланялся.

– Ну, что говорить, то, что вы решили тут без меня, я полностью и безоговорочно принимаю. А куда бы мне деться...
– Коротко хохотнул он - и насчет Москвы, я тоже согласен. Я еще не говорил, но Лёша знает, у нашего института там есть совсем не большое опытное экспериментальное производство при заводе имени Ленина и, как и полагается, несколько комнат в общежитии, которые мы используем как гостиницу для командировочных. На первое время это выход.

Второе, заявление твое Лёша я порву, как его и не было, лаборатория так и остаётся за тобой, еще я пробью тебе однокомнатную квартиру в новостройке, получу, конечно, по шее от профкома и месткома, но ничего переживу. И даю тебе картбланш, модное нынче слово, на свободный полёт, но с результатом, хотя бы и плагиат, как вы утверждаете, вам всем надо жить и выжить.

Помогу, насколько это будет в моих силах с легализацией. Дети всех партийных деятелей нашего района хотят учиться в столичных ВУЗах, на этом и сыграем. Есть у меня некоторые связи. Третье, опытное производство, возглавит в ближайшее время, там как раз сейчас нет руководителя, если вы не возражаете, Светлана... Э-э... Да обе. Дипломы их позволяют. После легализации, конечно. Дальше, Инна и Владимир... Тут уж им самим решать. Во всяком случае без дела не оставлю, если, что... Саша и Вета... Как я сегодня узнал, нашу милую девушку зовут Наташа, красивое имя, и очень вам идёт - улыбнулся он Вете-Наташе.

– Решу, как уже было сказано после легализации. Александр, вы хотели учиться? Тут вообще нет никаких препятствий. Как получите документы, напишу вам направление в любой ВУЗ от нашего НИИ. Только экзамены всё равно придется сдавать, хоть и пойдёте вне конкурса. Вот и всё, что хотел сказать. А, нет, не всё. Получилось выбить финансирование на микроволновую печь и принтер. Теперь всё.

– А я значит в пролёте..?
– Рассмеялся Семёнов старший.

– Как можно, уважаемый коллега? Если бы я знал раньше все ваши звания и ученые степени, я бы с первого дня преклонил перед вами голову. Мне стыдно предлагать академику и своё-то место. Так что, выбирайте сами, уважаемый профессор. Тем более вы теперь у нас проводник, и мне кажется, без дела вы не останетесь. И помните свое обещание показать мне миры. Я теперь один из вас. И никуда вам от меня не деться, как и мне от вас. А пока мой дом в вашем полном распоряжении.

– Ну, что Санёк, опять вагоны?
– посмеиваясь, поддел Вовка друга.

– Да Вов, наверное придётся... И у меня... Я хотел показать в общем... Вот смотрите...

И Сашка положил на стол, аккуратно нарезанные на квадраты, примерно полметра на полметра, листы ватмана.

– Что это?
– протянула руку Светлана вторая, пододвигая их к себе и переворачивая - О-о... Что это? Саша, это ты?

Сашка скромно опустил глаза.

– Ни фига себе... Вот это да... Не может быть...
– неслось со всех сторон, пока листы расходились по рукам.

Это были портреты. Портреты Светы, Инны, Веты, Вовки, Обоих Семёных, молодого и старого, Звинарского. На паре листов, выполненные обычным карандашом, написаны удивительные пейзажи соснового леса, вид из их с Ветой комнаты.

– Ну, Саня, опять удивил - восхищался Вовка, перебирая листы - это ж надо скромник какой, молчал столько времени.

– Теперь я понимаю, о каком учении ты говорил - вскинул на него взгляд Звинарский - будет тебе Репинское. Разобьюсь в лепёшку, но устрою. Готовься, осенью в Ленинград поедешь...

– Так этим ты в Питере зарабатывал?
– снова спросил Вовка.

– Ага, он на набережной Невы целыми днями сидел - ответила за него Вета - к нему очереди стояли. Даже подошел какой-то мужчина и спросил, где Саша учится, а когда узнал, что не учится, а просто с детства любит рисовать, пригласил в августе приехать и сразу к нему, дал Саше телефон и адрес и, что бы он его нашел.

– Да, Саня, ты талантище...
– не уставал нахваливать его Вовка, потихоньку подгребая под себя два портрета, Инны и Светы.