Чтение онлайн

— Но не вам?

Она восхитилась его проницательностью.

— Он не мой тип мужчины. У меня был подобный бойфренд в Лондоне, и это и привело меня сюда. Звучит ужасно, но мне нравился мой отец, его любовь к жизни. Может быть, это нехорошо по отношению к моей матери, но я понимаю, почему он ушел.

Когда она сказала это, она вспомнила слова Джулии, что ее привлекает в Нике сама мысль, что он может быть опасен.

— Вы тоже любите свободу, — сказал он. — Но ваши кулинарные опыты и садоводство смягчают это.

— Я боюсь спокойной жизни, — ответила она. — Боюсь стать как все, попасть в ловушку банковских кредитов, мужа и детей. Но могу сказать, что в жизни здесь не так уж и много свободы. И вообще, сейчас это больной вопрос.

Она нахмурилась и рассказала о грядущих курсах и предупреждении Пичс.

— Вы шутите? — ошеломленно сказал он. — Разве так можно?

— Это было известно всегда, — пожала плечами Лия. — У меня нет контракта на аренду, я плачу наличными, и цена меня устраивает. Я знала, что меня могут попросить съехать на лето, она просто не предупредила вовремя.

— Поживите у меня, — вдруг предложил он. — Я уезжаю в Нью-Йорк на следующей неделе, потом в Гонконг, потом обратно в Нью-Йорк и, наконец, в Лондон. Дом будет пустовать. Мне на самом деле хотелось бы, чтобы кто-то жил там, мне будет спокойнее.

— Ник, я не знаю, что сказать.

— «Да» было бы достаточно.

— Вы не шутите?

— Вполне серьезен. Там полно места, бассейн, и оттуда вы сможете присматривать за вашим коттеджем и садиком. И, конечно, вы можете пользоваться машиной.

— Только не это, — быстро сказала она. — Я буду бояться помять ее. Но дом — это невероятная идея, мне он очень нравится, я бы хотела посмотреть.

— Приходите завтра, и я вам все покажу. Я уезжаю в воскресенье.

Они подняли бокалы, глядя в глаза друг другу, и на этот раз Лия не удержалась, потянулась через стол и поцеловала его в губы. Он протянул руку и провел по ее щеке и волосам, притягивая к себе, целуя сильно, но нежно. Она неловко съехала на край своего неустойчивого стула, не веря, что сама была инициатором.

— Может, обойдемся без десерта? — прошептал он, подвинувшись к ней и глядя ей глубоко в глаза своими темными сексуальными глазами и поймав ее руку своей.

— Неплохая идея, — прошептала она, и они оба покраснели.

Она чувствовала себя легко и спокойно, возбужденно и испуганно, и он, словно поняв это, открыто улыбнулся, и она с облегчением улыбнулась в ответ. Она медленно провела его наверх, в спальню, стараясь не думать, что ей следовало быть осторожной и не ввязываться в эти отношения. Но когда они упали вместе на кровать, она поняла, что пропала.

Она зажмурилась от потока яркого света и, закрываясь рукой, увидела Ника, полностью одетого, раздвигающего шторы.

— Вставай, вставай, такой прекрасный день, — улыбался он. — Слишком хороший, чтобы валяться в постели.

Он подошел и нежно поцеловал ее, откидывая волосы с ее глаз.

— Я бы лучше повалялась в постели, — лениво улыбнулась она, вспоминая прошлую ночь.

— Давай, вставай! Поедем ко мне, позавтракаем по дороге. И что, если потом пообедать в горах?

— Ник, что за спешка? — Ей хотелось, чтобы он лег в постель и обнял ее, но ему не терпелось действовать.

Она со стоном выбралась из постели, но его в комнате уже не было, и она услышала звуки гремящих тарелок и льющейся воды из кухни. Было восемь утра. Она натянула что-то из одежды, сетуя на такое раннее утро.

— Кофе? — он встретил ее горячей чашкой.

Она бы предпочла выпить чаю, но не хотела погасить его энтузиазм.

— Дай мне закончить все здесь, а потом поедем ко мне. Мне надо сделать несколько звонков, а потом, если хочешь, можем поехать в горы.

— Великолепно, — сказала она слабо, наблюдая за тем, как он моет посуду после вчерашнего ужина.

— Устраивайся на террасе, — сказал он. — Там солнышко. Хочешь сока?

Она кивнула, и он принес ей стакан сока. Ей казалось, что он отобрал у нее все ежедневные обязанности, и ей это нравилось. Он мог решать что угодно, она хотела только соглашаться. Она допила кофе и пошла наверх, умыться и сделать макияж. Когда она вернулась, кухня сияла чистотой.

— Готова? — он посмотрел на нее с гордостью, и она улыбнулась.

Всего неделю назад она пыталась представить, разговаривая с ним по телефону, одет он или нет, побрит или оброс щетиной, пьет кофе или чай. Сейчас она знала, что он любитель кофе, всегда бодр и одет. Невозможно разбогатеть, валяясь в постели, убеждала она себя, как будто сама вставала в шесть утра и через полчаса была уже в своем офисе.

Они проехали через деревню, остановившись, чтобы купить хлеба и круассанов, потом свернули на параллельную улицу и направились к его дому. Она попыталась найти взглядом Дикую Розу и свой розовый коттедж. Он резко свернул направо, открылись автоматические ворота, и он въехал во двор, усыпанный гравием и заставленный терракотовыми вазонами.

— Какой красивый дом, — прошептала она в восхищении.

Он отворил дверь, которая вела в холл с полом из бледно-терракотовой плитки, серыми стенами и старинной панелью, на которой стояли два подсвечника. Следующая комната была просторная и белая, с мраморным полом кремового цвета, высокими сводчатыми потолками и большим альковом, в котором стояли два белых дивана и уютные кресла. На полу лежали три потертых ковра, четвертый висел на стене. На стенах были развешаны не картины, а декоративные блюда в марокканском стиле. Все было большое и нетронутое, и Лия чувствовала себя скорее как в галерее, чем дома.

— Элоди, моя бывшая, увлекалась Марокко, — объяснил Ник.

Налево была столовая, со стенами нежно-абрикосового цвета, с антикварными французскими креслами, по углам заваленными яркими шелковыми подушками. В середине стоял большой квадратный стол, окруженный восемью стульями.

— Можешь представить, я живу в этой комнате, — засмеялся Ник, и ей показалось, что ему здесь не нравится. — Пойдем на кухню.

Кухня выглядела проще, с открытыми полками из белого камня, забитыми кухонной утварью, вместительной белой раковиной, столом, выложенным мозаичной плиткой, холодильником американских габаритов и большой духовкой.