Чтение онлайн

— Хах, — я хмыкнул. — Бать, ты думаешь я это ради общей свободы делал что ли? Ради будущего? Я сам так думал. Только нет у нас никакого будущего, и не будет. Передохнем мы тут все. От вируса, старости, пули — не важно. Может от жары или обезвоживания. Теперь-то я понял, зачем все это делаю.

— Ну и зачем? — спросил отец.

— Потому что без войны не могу жить, — пожал я плечами. — Так уж получилось. Вот не могу и все. Нашел себе цель. Если бы я выжил и вырвался, даже если бы у меня получилось их всех убить. Я не знаю, что тогда дальше делал бы. Нет войны больше. Нет цели. И идти мне некуда.

— Ну, сам подумай, сколько жизней человеческих ты уже сберег, — сказал отец. — Они там что говорили? Каждого седьмого казнить? Ты селян тех видел, у одной даже роды принял сам. Хотел бы для них такого? А теперь не получится у них ничего. На самом деле у Мансура дела гораздо хуже пойдут. Уже сейчас. Рвать они друг друга будут. Ткни и посыплется.

— Ага, попробуй ткнуть, — я усмехнулся. — Я сейчас сижу в автобусе скорой помощи. На улице ночь. Вокруг — зомби. И я не то, что до базы их добраться не смогу, я два шага не сделаю, как разорвут. И оружия у меня нет.

— А то, что в Октябрьском? — спросил брат.

— Что? — вопросом на вопрос ответил я. Не совсем понял.

— У тебя в семи километрах все, что надо, есть. Машина, рация, запас еды. Оружие, патроны. Все, что надо тебе. За полтора часа добраться можно. Двое суток минус полтора часа? Не так уж и мало а, скажи? А там будешь действовать, как умеешь.

Я взял свой бокал и залпом выцедил остатки пива. Осталось немного на дне, и клочья пенки на стенах. Не выдержав, я подул в него, пытаясь разогнать, но ничего естественно не получилось. Привыкли.

До Октябрьского добраться, значит. Там автомат остался, бесшумный, патроны к нему. Еда какая-никакая. И убежище надежное, все заминировано-переминировано. И взрывчатка опять же есть, я же не все с собой взял, когда к партизанам на базу шел.

А этого… Этого хватит для того, чтобы устроить партизанскую войну, пожалуй. Она будет короткой, но…

Реально ведь. Вся верхушка легла. Банда не монолитна — в ней несколько организаций, и командовали ими лояльные Мансуру люди. И у каждого из них в группе наверняка был оппонент. Причем не один. И бунт…

Нужно только подогреть людей. И тогда действительно начнется бунт. Это в общем-то даже не так сложно будет. А значит, еще ничего не кончено.

Не кончено? А укус? А мои смерть и превращение, которые рано или поздно случатся?

Так это даже хорошо. Как там говорил герой старого фильма? Лишь теряя все до конца, мы обретаем свободу. А это значит, что теперь я способен на действительно отчаянные меры. Могу сыграть без правил. Вот прям совсем-совсем без.

— Я вижу, ты понял, — проговорил отец. — А теперь вставай, солдат. У тебя есть город, который ты должен предать огню.

Я открыл глаза. И увидел, что по-прежнему сижу на полу «Газели» скорой помощи. Похоже, что вырубился. Может от потери крови, а может из-за перенапряжения. Не знаю. А сквозь окна пробивается рассвет. Получается, не так уж мало времени прошло.

Повезли нас сюда… Часов в десять вечера, наверное. Какое-то время на дорогу, а потом меня укусили. А сейчас, получается, где-то семь утра. Может чуть попозже.

Часы-то у меня отобрали.

Значит, минус девять часов от двух суток, это время я валялся в отключке. Даже странно, что я отрубиться смог после такого нервного перенапряжения.

Хотя, может быть, именно поэтому и отрубился. Не выдержал, перегорел. А чему тут удивляться-то?

А может быть, вирус уже действовать. Хрен его знает. Были бы часы…

Хотя таймер на двое суток ставить все равно смысла нет. Я могу протянуть дольше, могу меньше. Всякое может случиться, это зависит от моего здоровья, и от сопротивляемости организма.

Ладно, надо провести ревизию имущества. Оружия, естественно, никакого. Часов, чтобы узнать время, тоже нет, ориентироваться будем по солнцу. Встает примерно в семь, садиться должно… Ну часам к четырем дня. И после этого времени на улицы лучше не выходить, если не хочу с морфами столкнуться.

На мне бронежилет, его оставили. В нем плиты. Это дает второй шанс при встрече с людьми. Будут «Вороны» меня искать?

А вот тут бабушка надвое сказала. Может быть, и будут. А возможно Мансур удовольствуется тем, что меня дважды укусили. Это ведь прекрасно должно быть видно на камере. И они могли решить, что я теперь — живой труп. На какое-то время живой, естественно, потом обращусь и пойду жрать мертвецов.

Одежда окровавленная и местами рваная. Ботинки военные крепкие. Там шнурки. Вздернуться на них что ли?

Шутка. Отец во сне все правильно сказал. Руки опускать нельзя. И даже если я не смогу добраться до Мансура, то попью им столько крови, сколько смогу. Хотя, что и как я буду делать, даже не знаю.

Времени-то почти нет. Но и идти на штурм прямо так, напролом… Да убьют меня просто.

Ладно. Что там в медицинском саквояжике?

Нашлось, надо сказать, немало. В лекарствах я не особо разбирался, к тому же они тут были гражданскими, а не теми, что кладут в военные аптечки. У нас все строго теперь: воякам отдельно, обычным людям отдельно. Однако я все равно обнаружил две шприц-ручки синт-морфина.

Это хорошо. Это значит, что от боли я не умру.

Что еще? Перевязочные. Надо бы нормально раны обработать, перевязаться, я же не стал этого делать, просто забил, перемотался, чтобы кровью не истечь.

Так. Значит, будем разматывать бинты и обрабатывать по правилам.

Начал я с руки. Ножницами, которыми резал одежду, перехватил узел на бинте, принялся разматывать. На последних турах оказалось, что он присох, но я просто отмочил его хлоргексидином, после чего снял.

Так. Маленькие дырочки, снова кровить начали, но уже не так сильно. Вот ведь, сука. Обычный человек усусил бы, так можно было бы просто промыть, да замотать. Ну или курс уколов от столбняка сделать, хотя я, подозреваю, привит от всего, от чего только можно. Все-таки нас ведь и от малярии, и от лихорадок разных тропических. Профессия обязывала.

Если собака, так то же самое, только еще от бешенства сделать уколы. И нормально. А тут вот зомби. И из-за такой пустяковой раны мне пиздец. Ну и про ухо забывать не стоит, его я так понял, вообще почти полностью отхватили. Целилась-то тварь в шею, но вот воротник броника помешал, вот и схватилась за что получилось.

Я щедро залил рану сперва перекисью. Жидкость сразу же защипала, но на боль я не обратил практически никакого внимания. Потом смысл хлоргексидином, взял новый перевязочный пакет, и перемотал уже по-человечески. Теперь ухо. С ним будет сложнее.