Лето. Деревня. Любовь
Шрифт:
— Не отдам я ее тебе, слышишь? Слишком хороша она для тебя. Думаешь, весь из себя такой крутой? Но одну вещь она тебе точно никогда не простит! Знаешь, какую? Нет? Сейчас поймешь!
В этот момент Юрий краем уха уловил какой-то звук, исходивший из кухни. Повернулся в сторону приоткрытой двери, но девушка опять его отвлекла. Одним быстрым движением запрыгнула на него, обвив ногами его бедра, уткнулась лицом в шею и запустила свои острые когти ему в волосы, имитируя страстные объятия. И начала хохотать — громко и истерически. Он машинально подхватил ее руками под задницу.
— Принцесса, ты где? Что ты тут дела…
Маша с Ваней на руках заглянула в комнату и осеклась, увидев эту парочку. Застыла на пороге, в ужасе переводя широко распахнутые глаза с Зины на Юрия. Абсолютно молча.
Он же настолько растерялся под ее обвиняющим взглядом, что даже не делал попытки спихнуть с себя наглую девицу. Так и стоял, мысленно воя от своей тупости. Зинка развела его самым простым способом. Молола глупости, озадачила его, отвлекла, а в нужный момент, заслышав шаги, просто приняла компрометирующую позу и озвучила свое присутствие. И — вуаля! Маша Малинкина смотрит на них с презрением и разочарованием. И самое противное, что никакие слова оправдания в этой ситуации не сработают.
— Отпустите девочку, товарищ майор, — медленно и абсолютно безжизненно сказала Маша, не двигаясь с места. — Пожалуйста.
Лицо ее стремительно утратило свои краски и приобрело серый цвет.
— Я ее как бы и не держу, — сухо сказал Юрий, поднимая обе руки вверх. — Зинаида, финита ля комедия, слезай с меня.
Девушка послушно встала на пол и виновато посмотрела на Машу.
— Мам, прости меня, прости, — вполне искренне забормотала она. — Не знаю, как это получилось. Я не хотела. Я не должна была…
И бочком-бочком протиснувшись мимо Маши в дверь, бросилась наутек. Ну просто ангелочек в порыве раскаяния.
Они остались вдвоем в комнате. Стояли, испепеляя друг друга огненными взглядами.
Юрий категорически не хотел оправдываться. А еще категорически отказывался воспринимать то, что Маша, похоже, поверила в этот спектакль. Так глупо влипнуть! Он готов был биться головой об стену от безвыходности ситуации.
— Ей всего пятнадцать, — наконец, тихо сказала Маша.
Да что ты с ней будешь делать!..
Он все-таки не выдержал, заговорил горячо и убедительно:
— Маша, я ее и пальцем не тронул. Она меня тут поджидала. Она меня подставила. Ты что, действительно веришь? Маша, перестань!
— Зачем ей клеветать на вас? — все тот же тихий голос. На этот раз, однако, в нем явственно зазвучало презрение.
Юрий сразу понял — не поверит. Это что-то личное. Когда-то давно уже была такая ситуация, и кто-то точно теми же словами врал Маше в лицо. Все бесполезно. Зинка, стерва, прекрасно знала, что делает.
Он взбесился. На себя — за то, что так тупо и бездарно подставился. На Зинку — за то, что влезла со своей ревностью во взрослые отношения и все похерила. И, самое главное, он очень сильно обозлился на Машу. За то, что поверила, что он мог за ее спиной крутить любовь с ее несовершеннолетней дочерью. Что решила, что он способен на такую подлость. Хорошего же она о нем была мнения! И это после всего того, что у них было! Попадись ему в этот момент под руку Зинаида, он бы без капли сомнения поднял на нее руку.
— Так, Марьванна, слушай меня сюда, — рыкнул Юрий на нее так, что она вздрогнула всем телом. — Скажи своей засранке, чтобы не вздумала ко мне приближаться, иначе я ее просто придушу. И ты тоже держись от меня подальше, поняла меня? Я за себя не ручаюсь! Обе держитесь от меня подальше!
Ванька на маминых руках разразился плачем. Маша переменилась в лице. Запищала тонким голосом, отступая к двери:
— Мы сегодня же уедем.
— Черта с два! — заорал он еще громче, бесясь теперь уже от ее испуга. — Черта с два ты куда отсюда уедешь! Сиди здесь, я сам уйду. Тошнит меня уже от тебя, твоих детей и твоих стихов!
И выбежал из дома, громко хлопнув дверью. На душе у него было препогано.
Глава 14. Приглашение на свидание
— Принцесса, давай еще раз по порядку. Что ты делала в его комнате?
Маша была очень сильно расстроена и винила во всем произошедшем себя. Она ослабила контроль, не доглядела. Расслабилась, решила, что в деревне она и ее дети в безопасности, что можно выдохнуть и наслаждаться покоем. Увиденное выбило ее из колеи, да еще и наложилось на нехорошие воспоминания прошлого. Она не видела другого выхода, кроме как уехать домой.
— Я зашла к нему в комнату поболтать о погоде. Я же не знала, что он начнет меня лапать, — с вызовом заявила Зина.
— Понятно, — Маша, морщась, потерла виски. Голова болела нещадно. Она уложила Ваню на дневной сон, но сама так и не смогла уснуть, слишком сильно потрясенная произошедшим. — О погоде, значит. Все, Зин, собираем вещи и немедленно уезжаем домой. Надеюсь, ты понимаешь, что вела себя неправильно. Ты не должна была заходить в его комнату. Отпуск закончен. Будем с тобой алгебру подтягивать.
— Я не хочу уезжать! — Зина резко растеряла всю свою воинственность. — Почему мы не можем дальше отдыхать, как ни в чем не бывало?
— Потому что это не шутки, — Маша устало посмотрела на нее. — Я не хочу про тебя плохо думать, но мне не нравится, что ты была в его комнате. Он, конечно, повел себя недопустимо, но и ты явно что-то не договариваешь. Я даже боюсь копать в этом направлении, кто был инициатором ваших разговоров о погоде. Больше мы жить в его доме не можем. И не спорь со мной. Это не обсуждается. Все, Зин, иди и собирай вещи.
Девушка была обескуражена. Почему-то ей и в голову не приходило, что результатом ее диверсии будет немедленный отъезд в Москву. Но и признаваться в своем вранье она не хотела. Поэтому пожала плечами и покорно достала свой чемодан.
— В ночь поедем? — недовольно пробурчала она. — Может, хотя бы до утра подождем?
— Нет.
— Мать, ну чего ты так взбесилась?
— А как я должна, по-твоему, реагировать? Ты понимаешь, что флиртовать со взрослым мужиком и находиться с ним наедине — опасно? Тем более с таким мужиком!