Чтение онлайн

И земля всколыхнулась, расходясь трещинами даже за пределами Священных кругов. Отмос вмешался. Этого было достаточно, чтобы основательно нарушить равновесие в мире, вмешав в дела людей потусторонний мир. Целая армия из духов и демонов, тенями выползавших на свет в Священных кругах, могли уничтожить того, кто посмел претендовать на Верховную власть, кто решился оспорить право Властителя подземного мира….

– У меня ничего не осталось!!!! – закричал Мат Фаль Арториксу, запрокинув голову вверх и резко выбросив руки в стороны, уничтожая окончательно последние всполохи, оставшиеся от Уркама. Он одновременно смеялся и плакал, не замечая слез, будто сошел с ума.

– У тебя осталась жизнь, – вмешался еще один низкий хрипловатый голос. Верховный бог объявился.

Беззвучный взрыв ослепил людей. Все стихло, свет погас, духи разлетелись…. Круговерть огня постепенно затихла, а черные всполохи ныряли в выкорчеванную кусками землю, стремясь побыстрее оказаться в подземном мире и продолжить дележ добычи. Огромная нависшая туча разлетелась легкими облачками. Последние магические молнии стихли, воздух посветлел, открыв ужасающую картину. Выжженная до черноты земля и разбросанные, будто игрушечные, огромные мегалиты.

Ученики Фиднемеса, отброшенные силой взрыва в разные стороны от кромлеха, со стонами поднимались, приходя в себя. Они чувствовали себя опустошенными, совершенно измотанными, но живыми… Люди также поднимались на ноги, помогая друг другу и в изумлении оглядываясь по сторонам. Мат Фаля нигде не было видно.

Пока люди пытались осознать, что все закончилось, ученики обходили кромлех в поисках магии тьмы. Они наткнулись на тело одновременно со страшным воплем, возникшем откуда-то со стороны. К ним бежал растрепанный и бледный Мак Гири, но в обличье человека. Он промчался мимо и упал на колени возле Мат Фаля. Его дикий страшный крик шел откуда-то изнутри, наполняя ужасом. Ученики осторожно перевернули лежавшего ничком волшебника, чтобы убедиться в том, о чем уже знал рыдающий Мак Гири. Лицо Мат Фаля было полностью залито кровью, а на левой половине лица, начиная от виска, расплывалось бордово-черное пятно. Гвиддель зарыдала, осев на землю.

– Как же так, как же так? – вопрошал Мондрагон, – Он пил кровь, мы видели, он присягнул, мы слышали….

– Он не пил мою кровь, – раздался позади них голос Дарка. Бледный военачальник закатал рукав, продемонстрировав совершенно здоровую руку, – Он выпил своей…. Ты как Мак? – граф осторожно тронул за плечо раскачивающегося Мак Гири.

– А ты как думаешь? – поднял темные глаза, полные слез и боли, ученик Фиднемеса, – Из меня будто сердце живьем вырезали, каждую вену вытянули по отдельности, а теперь тянут жилы….

– Ты же был оборотнем? – присел рядом один, затем второй и остальные ученики.

– Фаль способен на многое, – качнул головой с грустной улыбкой Мак Гири и осторожно коснулся лица брата, надеясь почувствовать хоть отголосок жизни, – Из чаши дракона он поил меня своей кровью, подмешивая заклинания и слезу дракона. Конечно, больше я в волка обращаться не смогу, но магические силы у меня остались…. Только зачем мне они?

– Теперь ты, Лэрд, – склонил голову ближайший ученик, – Ты был назначен Учителем, а Морк Руадан погиб.

– Я не смогу, – прошептал Мак Гири, оглядываясь вокруг, – Без него не смогу….. Что мне делать?

Ответил ему низкий голос Верховного бога, заставив вздрогнуть:

– Казнь должна быть завершена! – и словно поставил точку. Это значило, что тело Мат Фаля должно быть погребено без ритуала и обрядов, а само имя подвергнуто забвению.

Мак Гири замотал головой, вцепившись в холодную руку друга и брата. Он не мог смириться, не знал, как жить, не желал подчиняться. На его плечо легла тяжелая рука. Подняв голову, Мак Гири с удивлением увидел суровое лицо Асмуга.

– Сын мой, – произнес он, признавая Мак Гири в качестве брата Мат Фаля, – Не умоляй его поступка…. Он отдал жизнь, чтобы Священная Роща и вы….все вы…., – он обвел взглядом столпившихся внезапно осиротевших учеников, – Жили, вопреки всему и всем жили! – на глазах мужчины показались слезы при взгляде на мертвое тело сына. Сбоку подошел Гарет и ободряюще положил руку ему на плечо, сразу же попав в объятия отца.

Тело Мат Фаля положили на открытый паланкин и накрыли черным покрывалом осужденного на смерть. Люди молчали. Гвиддель плакала, утешаемая Аргоном и даже отцом. Дарк стоял, понурив голову, глядя на того, кто показал и подарил ему совсем иную жизнь, отдав, при этом, свою собственную. Ученики Фиднемеса уходили, опустив головы. Они не могли смотреть в глаза даже друг другу, ведь им предстояло завершить казнь своего друга, наставника, Эмри. Подвергнуть полному забвению, заставить забыть себя и всех остальных в целом мире того, кто был им братом, кто никогда не отказывал в помощи, кто был душой Фиднемеса. Он мог заставить их смеяться и плакать, злиться и кричать от ярости. Но именно Мат Фаль был их жизнью. Он показал им цель, он определил их приоритеты, он направлял их действия, не позволяя сбиться с пути, и только он подавал им руку, когда они спотыкались и падали на этом сложном пути.

– – Сделайте же что-нибудь! – отчаянно закричал Гарет, – Он спас нас всех, он пожертвовал собой!

– – Давайте помолимся, – произнес Мондрагон, первым преклоняя колени, и обведя взглядом расстроенные лица людей. – Возможно, нас услышит богиня всего живого, Эпонис….

Люди упали на колени, и к нему взлетели слова молитв, никогда еще не звучавших настолько искренне и проникновенно. Они наблюдали, как ученики скрывались в Фиднемесе, как развевалось черное покрывало. Подобно звезде Мат Фаль сверкнул, озарив их души, позволив понять о себе то, над чем люди никогда не задумывались, и погас, истратив свой свет, свои силы… Они знали его все, не зная о нем ничего. Волшебник избавил их от зла, дал надежду на будущее, позволил Свету вновь осветить их души. Люди узнали настоящую цену Свету и увидели самую глубину Тьмы. Никогда ранее они не знакомились так открыто с учениками Фиднемеса. Только Мат Фаль позволил увидеть в них таких же людей, навсегда избавив от глупого страха перед магией. Да, ученики были не такие, как все. Но они жили ради людей, они боролись и сражались, они отдавали ради них свои жизни. Оказывается, они молоды и задорны, любят веселиться, как обычные люди. И они так одиноки. Всю глубину этого одиночества и олицетворял Мат Фаль.

Замок Энуорт купался в лучах заходящего солнца. Вокруг было спокойно и тихо. Удивительное и непривычное спокойствие после стольких лет войны. Была осень, листья опадали с тихим шумом с деревьев. Голые пашни были полны копошащихся птиц, собирающимися стаями, чтобы отправиться в далекий перелет. Голубое небо стало словно бледнее, а солнце будто становилось все более ленивым. Краски медленно смывались, чтобы постепенно стать черно-белыми. Энуорт был самым крупным замком Оленьей равнины, представляя собой кряжистое приземистое строение с очень массивными стенами и четырьмя круглыми башнями. Барон уже начал строительство пятой башни, которая должна была укрепить одну из стен и окончательно связать замок с дорогой, ведущей в сильно разросшееся за последнее время поселение.

Рейнор, барон Энуорт, оглядывал окрестности. Высокий, массивный, он напоминал свой собственный замок. Ветер развевал его светлые волосы, побелевшие от седины, а глаза напряженно вглядывались в окружающий пейзаж. Весть об окончании войны к ним принесли возвращающиеся в свои дома люди. Вначале никто не мог поверить, что весь ужас, творившийся на землях Арморика, наконец-то благополучно закончился. Однако постепенно до них дошли слухи о страшной битве под Рагланом. Говорили, что там погибло много учеников Священной Рощи, а окрестные селения были вырезаны нечистью. Кроме того, что король жив, ничего больше. Это настораживало и пугало. Отдельные слухи упоминали о гибели богов и опустевшем и разрушенном Фиднемесе. Рейнор потер кожаной перчаткой короткую бородку. Герцоги Опеки не объявляли сбор, как это было обычно осенью, поэтому возникали сомнения в том, что хоть кто-то из них жив. Из девяти баронов равнины в живых осталось шесть, а события, участниками которых они стали, сдружили их так, что теперь они не могли обойтись без постоянных встреч, совместных праздников и сборов. Сыновья баронов оказались в Фиднемесе, добровольно последовав за учениками Священной Рощи, тем более было понятно беспокойство баронов, не получавших никаких известий. Они отправляли друг к другу гонцов, но слухи, в основном, были одни и те же. Еще месяц и необходимо будет самим отправляться в путь.

– Все в порядке, – на стену по ступеням взбежал средний брат барона Энуорта, Гверн. У него были более темные коротко стриженные волосы и синие глаза. Несмотря на то, что Гверн потерял одну руку, он сумел смириться с этим и продолжал тренировки, – Беспокоишься? – все они волновались за своих братьев, волей случая оказавшиеся в Энуорте. Покинув Священную Рощу, они спасли не только этот замок, но и оставшихся в живых баронов. И Рейнор, и Гверн и их третий брат Ленар понимали, что война с Алым Советом – первостепенное дело, но теперь она закончилась….