Летопись Юпаты. Юлиан
Шрифт:
– Но! Вперёд! Неси меня! – раздался выкрик сквозь смех.
Иатрагор обернулся. Ксеногор запрыгнул Филиппу на закорки и понукал им как лошадью.
– Тише вы, идиоты! – прошипел Анаксар. – Спугнёте!
Оба принца притихли.
Анаксар шёл вперёд, не сворачивая ни влево, ни вправо. Словно знал, куда идти. Спустя полчаса, когда они обогнули длинный, шагов в двести, овраг, королевич приказал всем остановиться. Он нашёл след левкроты.
– Запах её. – Анаксар встал с колен. – Атра, подойди, посмотри. Ты должен хорошо знать запах левкрот.
По спине Иатрагора пробежала дрожь. Анаксар издевается. Он знает о Кальде и затеял охоту на другую левкроту только поэтому. Чтобы вновь унизить.
– За мной! – скомандовал Анаксар.
Левкроту королевич обнаружил через милю. Морда в шрамах, переднее правое копыто обломано наполовину – зверь пережил не одну схватку за жизнь. Он смотрел на Анаксара, а тот на него. Королевич достал из-за пояса охотничий нож. Левкрота побежала прочь, Анаксар за ней. Ринулись вперёд и принцы.
Травля длилалсь долго – не меньше часа. Нестор, как самый маленький, отстал. Старшие братья вырвались вперёд. Только отпечатки сапог на мягкой влажной почве остались. По ним Иатрагор и шёл.
Перед глазами поплыли круги, но он не сдавался. Принц выбежал на большую поляну. На противоположной стороне, на склоне невысокого холма, чернел вход в пещеру. Рядом с ним стоял Филипп. Иатрагор подбежал к нему.
– Иди внутрь, – бросил ему Филипп, – Анаксар приготовил тебе подарок. В знак примирения! – шёпотом добавил брат и подмигнул.
Иатрагор вошёл внутрь, скрипнув зубами: подарок Анаксара – радоваться или плакать? Перед Иатрагором открылся большой полутёмный грот. Ксеногор и Анаксар стояли с ножами в руках. В глубине, у стены, стояла левкрота. Она скалилась, шипела и рычала.
– А! Вот и ты! Я боялся, не дождусь тебя! – Анаксар протянул нож Иатрагору. – На! Я дарю это убийство тебе! Убить левкроту – подвиг. И я верю, сегодня вечером весь Арктат будет чествовать тебя!
Иатрагор отпрянул:
– Сделай это сам, и пойдём домой поскорее.
– Бери, говорю! – потребовал Анаксар. Вся эта охота для тебя. Ты не выводил меня из себя целый год, ты вёл себя смиренно, и это мой подарок.
– Но я не хочу её убивать!
– Либо ты убьёшь левкроту, либо я. Но твою. Ты, небось, и имя ей дал, верно? – зло спросил Анаксар.
Иатрагор сжал кулаки до хруста в суставах. Королевич и ухом не повёл. Иатрагор выхватил нож и пошёл на зверя. Слухи об опасности левкрот стали для Иатрагора явью. Зверь атаковал молниеносно. Сильный удар подбросил принца в воздух. Левкрота била копытами и кусала до крови. Грот наполнился гоготом.
– Святая Юпата! Какое… Какое же ты… Ничтожество! – кричал старший королевич сквозь смех.
Иатрагор хотел встать, но получил несколько ударов копытом. Попробовал ударить кулаком – мимо. Взамен – укус. Иатрагор схватил булыжник и замахнулся. Левкрота испуганно отпрыгнула.
– Пошла вон! – Иатрагор встал на колено и сделал выпад, будто кидает камень.
Левкрота снова отпрыгнула. Иатрагор вскочил и побежал к выходу. Сильный удар в спину впечатал принца в стену грота. Перед глазами поплыли красные пятна. Копыта левкроты ещё несколько раз попали ему по лицу.
Сколько он пролежал без сознания, Иатрагор не знал. Когда он пришёл в себя, левкрота лежала в десяти шагах, разорванная на две части. Он повернул голову – рядом стоял один из пажей архимага Арктата. Рыжий, невысокий, но, по слухам, весьма одарённый.
– Ваше высочество, не делайте этого! – кричал он Анаксару. – Я забираю принца в лазарет!
– Марк, пошёл прочь!
– Не в этот раз, ваше высочество. Мой долг – безопасность принцев. Я забираю Иатрагора.
Рыжий маг помог ему встать.
– Ты никого никуда не забираешь! Ты слуга, знай своё место! – Анаксар подскочил так быстро, что Марк вздрогнул.
Иатрагора ослепила яркая вспышка. Когда зрение вернулось, он увидел на земле оглушенного брата.
– Ты напал на королевича! Тебе не сносить головы! – визжал Ксеногор.
Но было поздно: Марк открыл портал и прыгнул в него вместе с Иатрагором.
ГЛАВА 2
Бугурт выдался на славу. Принц Иатрагор давно не видел таких. Всадники в латах разыгрывали битву при Лирфеде. Колотили неприятеля что было мочи, сбивали друг друга с коней, пробивали головы и ломали пальцы шестоперами, кистенями, топорами и палицами. По спине принца пробегали мурашки. Он знал не понаслышке – шлем, латы и поддоспешник хоть и смягчают удары, но от переломов и тяжёлых ушибов защищают не всегда.
Отборная брань не стихала ни на миг. С одной стороны поля сыпал проклятиями герцог Мальтиц – с родовым гербом на сюрко, окружённый своими рыцарями, облачёнными в цвета сюзерена. По другую сторону голосили дворяне, приглашенные из других королевств,
Вот слуги оттащили в сторону ещё одного рыцаря без чувств. «Суровое развлечение!» – улыбнулся принц. Рыцарский турнир по случаю праздника окончания сбора урожая, а крови пролилось, будто идёт решающая битва мировой войны. И без смертей такие соревнования никогда не обходятся.
Толпа зрителей радостно взревела – рыцарь из команды гостей упал с коня, пропустив сокрушительный удар топором от рыцаря из свиты герцога. Ослеплённый яростью, поверженный вскочил, сбросил порванное сюрко и стащил своего обидчика с коня, хотя не имел на это права. Пока его оппонент ошеломлённо озирался, оскорблённый рыцарь ударил его кулаком в забрало. Рыцарь герцога распластался на земле. Суетливые движения выдавали возмущение и жажду мести. Он кое-как поднялся, но тут же пропустил ещё несколько ударов, обмяк и повалился на бок. От избиения беднягу спас товарищ по команде. Его конь сбил нахала с ног и едва не затоптал. Впрочем, сам всадник, увлечённый битвой, этого даже не заметил. Рыцарь гостевой команды быстро поднялся и, прихрамывая, выбежал с поля брани. Управитель турнира встретил бессовестного участника у бровки, готовый разорвать его на части. Ратник герцога барахтался в грязи. Пытался встать, но кони раз за разом затаптывали его. Наконец он упал ничком и больше не шевелился.
– Как вам праздник, лорд Юлиан? – обратился к принцу слуга.
Иатрагор утаил своё происхождение и настоящее имя, взяв титул рыцаря.
– Сам знаешь, – Юлиан огрызнулся, чтобы не выдать грусти.
В турнирах он участвовал не ради награды, а для удовольствия. Колоссальная сила, скорость и более прочная, чем у обычных людей, кожа, делали Юлиана непобедимым. Он без труда раскидывал оппонентов, наслаждаясь побоищем. Но в Сюмод принц прибыл по особому делу. Можно выступить под вымышленным именем, но слишком серьёзный турнир. Юлиан боялся ненароком очернить фамильный герб – вмиг разоблачат и обвинят в жульничестве. Отец такого не простит.