Летопись Затмения
Шрифт:
– Понимаю. Опять начались терки у южной заставы? Неужто рогачи племенные повылезали и пустились в набеги? Давненько я вестей с южных деревень не слыхал, надеюсь не спалили их еще. И чего этим атабам в своих шатрах не сидится! Хорошо же, однако, что Луковки не у границы. – выговорился Зотик, параллельно уплетая уже третьего жаренного цыпленка.
– Ничего серьезного, Зотик, прошу не волнуйся прежде времени. Мой батюшка желает знать, как обстоят дела в южном гарнизоне. Как ты помнишь, на плечах моего отца лежит защита княжества. По крайней мере по части советов, от сражений мой отец отошел.
– Вот-вот. Нашему князю поменьше бы мешало пирушки закатывать, да побольше следить за своими землями. Князь он в конце концов или пустомеля какой? На других все свешивает, а самому дела нет до того, что и как у него творится.
– Его можно понять, Зотик. Три года назад как он дочь потерял, так с тех пор сам не свой, пытается заглушить горе как может. Она ведь была его единственным ребенком и наследницей, в конце концов. – договорил Леон.
– Не заглушить, а залить скорее, а то и вовсе утопить в вине! – хохотнул Зотик. – Давно был сыскал себе невестку новую, да обрюхатил! Глядишь и малец бы родился, был бы наследник, делов-то.
– Языком мести – не лапти плести. После пережитого, утратил наш князь свою мужскую силу, тут хоть с десяток невесток найди, толку-то?
– Мда-а, дела! Я и не знал. – задумчиво протянул Зотик, почесывая подбородок. – Ладно, хватит об этом! Вы когда в крепость? Может в баньку успеем, а?
– Отличная идея! – потирая руки, согласился Готфрид.
– Согласен, но делу время, а потехе час, – после дозора и охоты сможем, – предложил Леон.
– Добро! – согласился Зотик и хлопнул в ладоши. – Анна, а ну не налегай на сладкое, раздует как корову! Кто тебя тогда замуж возьмет, а? – буркнул Зотик, приметив как Анна с охотой уплетает варенье из шишек.
– Почему мы живем в мире, где нельзя уделить делу час, а потехе – все оставшееся время? – раздосадовался Готфрид.
– Ты себе можешь позволить такую роскошь, если пожелаешь, – подчеркнул Леон.
– Ты про наследство… – понял Готфрид и отмахнулся рукой. – Управляющий, нанятый твоим отцом, все эти годы и без меня неплохо справлялся. Не по мне это, чахнуть в отцовском доме, будучи запертым в четырех стенах. К слову, познакомился с управляющим сегодня утром, нормальный такой мужик, преданный своему делу до фанатизма, удивляюсь тому, как он отцовское поместье еще в храм не превратил.
– Ясно все с вами, странствующие рыцари, смотрите там осторожнее у крепости, коли в атабские лагеря пойдете. Атабы, конечно, туповаты, что топор моего соседа и мне даже иногда кажется, что от наших свиней и то проку больше, но уж больно сильный, крепкий и свирепый это народ.
– Твоим бы свиньям доспехи выдать, да копья, потренировать немного и получилось бы неплохое ополчение, – рассудил Готфрид и Зотик расхохотался, представив себе такое зрелище.
– Увы, тогда бы нам пришлось отражать нападения не только атабов, но и восставших свиней, ибо в силу их простоты, кто бы среди них рассудил, что хорошо, а что плохо? – поддержал шутку Леон и Зотик расхохотался пуще прежнего.
Дверь ближайший комнаты открылась и на Зотика шикнула Арина:
– Тише ты, ребенка разбудишь же, я его только успокоила.
Зотик виновато закивал в ответ супруге.
– Шутки шутками, но нельзя игнорировать уроки истории, – внезапно сказал Готфрид, став серьезным. – Да, атабы особо умом не блещут, но они крупнее и сильнее всех прочих рас, а их простоватый ум может стать легкой мишенью для тех, кто этим самым умом как раз обладает, но не обладает военной мощью. Вспомните восстание в Лиране сорок-два года назад, когда какой-то хитрый купец подмял под себя несколько племен атабов и чуть не устроил государственный переворот во всей провинции.
– Ага, сейчас вспомним, – хохотнул, правда заметно тише Зотик. – Точно мы там были и воевали, сорок лет назад-то!
– Готфрид прав, стадо баранов под началом льва победит львов под командованием барана. Так вот тут нам главное и не поменяться местами. – поддержал Леон.
– Ну брат Леон, ты, как всегда, не в бровь, а в глаз! А как лихо князя нашего в бараны записал! Сказанул так, что всем ясно о ком речь, но ни на кого конкретно ты не указал! Башковитые вы всегда были, лев и вороненок. Да вы ешьте! Ешьте гости дорогие, чего такие стеснительные? Леон я смотрю опять умчался куда-то в облака, что ты там разглядел? – высказался Зотик, приметив как Леон повернулся к окну, глядя на не утихающий ливень.
– Леон не смотрит, он слушает, – пояснил Готфрид.
– А чего там слушать-то? Как по подоконнику барабанит?
– Для романтика и звук дождя становится музыкой, – отозвался Готфрид.
– М-м? Простите меня друзья, я право задумался над нашим положением. Я имею в виду всю ситуацию в Линденбурге: набеги атабов, притязания на наши земли Лирана. Наш князь уже не молод и когда его не станет, на его место будет метить не один десяток претендентов, кто знает какими они будут. Я тут задумался и вспомнил, как мы под началом Гуго Войда осаждали крепость разбойников в морском подлесье… никак название не мог вспомнить, какой-то там кит.
– Каменный Кит, – напомнил Готфрид.
– Леон-Леон, да не о том ты грезишь! У меня вот у женушки сестра до сих пор еще никем не сватанная. Посмотри сам, как хороша собой, а уж как поет чудесно! Того и гляди засидится в девках, уже ведь четырнадцать ей! – покачав головой, посетовал Зотик и кивнул в сторону покрасневшей белокурой девицы, что сразу потупила взгляд.
– Безусловно, Анна прекрасная и достойная славного мужа дева. Но вот, что я тебе скажу, друг мой Зотик, по моему разумению, я не желаю выбирать себе невесту и не желаю, чтобы ее выбрали мне. Я хочу встретить свою единственную просто увидев ее и поняв это, не разумом, но сердцем. На небе так много звезд и, наверное, мало кто осмелиться спорить о том, что одна красивее другой. Мне нужна моя звезда, которая будет сиять лишь мне, ярче остальных.
Слова Леона очаровали девушку, она смотрела на него завороженным взглядом, полным трепетного восхищения.
– Ах, Леон-Леон! Все такой же мечтатель, как и раньше! Витаешь в облаках, того и глядишь, в невестки себе птицу какую сыщешь! – расхохотался Зотик, похлопав по спине юного романтика.
– Прошу меня извинить, природа взывает к своему рыцарю-защитнику! – Готфрид встал из-за стола и накинув на плечи едва просушенный над печью плащ, вышел из дома. Леон и Зотик продолжили беседу.
– Мой-то средненький представляешь как чудит, говорит на днях, мол папа, а почему дровосеки не боятся рубить деревья, на них же небо держится!
Петр оторвал взгляд от рыцарских мечей и заулыбался, услышав, что говорят о нем.
– Восхищен фантазией твоего сына, это же надо было такое выдумать! Небо, покоящееся на кронах древ точно на колоннах. Молодец Петр! – улыбнулся Леон, взглянув на мальчика.
Петр подошел к отцу и тот взял его одной рукой. В огромных руках Зотика ребенок выглядел крохотным как кошка. Отец усадил сына к себе на колени и поцеловал в макушку.