Летописи Шинара Чаша богов
Шрифт:
– Я совершенно никчемное создание, - тихо всхлипнула девушка,
– Ну что ты, все не так плохо, как тебе кажется,- попыталась утешить ее Мара.- Просто у тебя и без того много талантов, чтоб приплюсовывать к нм еще и умение виртуозно сражаться.
– Врешь,- всхлипнула Инайра.- Но все равно спасибо.
Мара растерянно обернулась на ребят, также совершенно не представлявших что делать.
– Глупенькая, - Мара приобняла девушку за плечи.- Низкая самооценка- это не самое хорошее, что может быть в жизни. А сейчас, внимательно слушая меня, если боишься не запомнить, то записывай. Во-первых, ты честная девушка, причем не просто честная, но и благородная - поняв, что твой командир задумал подлость, ты нашла в себе силы пойти ему наперекор.
– Я просто испугалась за свою жизнь,- робко отвела аргумент Светлая.
– Инайра поверь, когда бояться за свою жизнь, тихонечко сидят в уголочке и не рыпаются, покорно выполняют все, что требуют. Второе, ты самая добрая девушка, которую я встречала в жизни.
– Это не достоинство,- слабо пискнула Светлая.
– Еще какое достоинство,- не согласился Сирнок.- ты просто еще не поняла, насколько большое.
– В третьих, ты умеешь готовить и с твоим появление наша жизнь значительно облегчилась.
– Но…
– Не перебивай, - махнула Мара.- Ты умеешь слушать. С тобой даже эльф ведет себя по-человечески.
– Но…
– Инайра,- Мара прищурилась.- Запомни одну вещь, есть люди, которым просто не надо брать в руки оружие. К тому же, ответь мне на вопрос: ТЫ сможешь убить человека? Просто взять и оборвать его жизнь? Сама?
Светлая призадумалась, затеребив в руках тонкую косичку.
– Нет, наверное, нет,- едва слышно проговорила она.
– Ну и не о чем говорить,- улыбнулась Мара.- Ты просто будь собой, немного робкой и милой девочкой, а сражаться за тебя кандидаты надуться.
– Уверенна?
– Конечно, уверенна, - рассмеялась та.
Смеркалось. Тихо стрекотали цикады, ухали совы, выбираясь из своих гнезд, когда наконец-то вернулся Йорд.
– Привет, ушастый, нашел объезд?- тихо поприветствовал Сирнок, стараясь не разбудить спящих девушек.
– Нашел,- тихий, без эмоций голос, всегда вызывал у Сирнок ассоциации с призраками, бесплотными и эфемерными созданиями.
– Там проехать можно?
– этот вопрос на нынешней момент приобретал огромное значение, и поэтому не удивительно, что ответа на него орк ждал с трепетом и нетерпением, ведь, как известно, надежда умирает последней. Эльф скривился, своим видом показывая личное мнение. Дела плохи, понял Сирнок, получалось, что в их случае надежда преставилась еще до приезда Йорда
– Можно попробовать,- никогда и никому бы орк не признался, что эта короткая фраза заставила его вознестись на небо от счастья.
– А сколько времени это займет?
– Йорд улыбнулся про себя, уловив трепет в голосе вахтенного, с одной стороны было жать его разочаровывать, но с другой.
– Недели полторы, может больше.
А эта фраза ввергла Сирнока в пучину отчаянья.
– Откуда столь точные сведенья?
– Подсказали.
Сирнок закашлялся, воззрившись на него безумными глазами.
– Что и тебе начали?
Теперь пришла очередь Йорда удивляться.
– Ты о чем?
– Ну, кто тебе подсказал?
– Природа.
– Хвала богам, - выдохнул орк.- последнее время с подсказками нам так везет, что хоть из дома не высовывайся. Ешь и ложись спать, тебе и так сегодня пришлось поработать, так что от вахты ты освобожден.
Приператься эльф не стал. Молча отошел к спящей Инайре, завернулся в плащ и уже через секунду спал. Сирнок вздохнув, пошевелил в угасающем костре угли, создавалось впечатление, что сами боги делают все, что б осложнить их путешествие
Утро выдалось прохладным, впервые за несколько последних недель. Не до конца проснувшаяся Инайра, позевывая, зябко куталась в плащ. Мара, решив, что нынешнее утро не стоит ее драгоценного внимания, укрылась с головой и на все попытки напомнить, что пора просыпаться, отвечала категорическим отказом.
Собрать всех у костра удалось далеко не сразу, но, когда чувство долга наконец-то проснулось, в обсуждение текущего положения дел включились все.
– Значит, у нас нет богатого выбора, так какой смысл возвращаться?- протянула, еще не до конца проснувшаяся Мара.
– А переломать ноги лошадям смысл есть?- изогнул бровь Сирнок, от возмущения отставив в сторону кружку с травяным отваром…
– Еще не факт, что мы переломаем им ноги. Если Йорд проехал, значит сможем и мы.
– Не сможем, - не согласился орк.
– как ни приятно признавать, но там где пролезет остроухий, остальные не пролетят.
Все невольно перевели взгляд на его уши, слегка заостренные, весьма схожие по форме с ушами Йорда.
– Да что вы прицепились к моим ушам,- возмутился Сирнок, вызвав на губах эльфа легкий намек на улыбку, обычно, это была его фраза.
– Да ладно вам,- махнул, зажатым в ладони бутербродом, Ниро.
– Речь не о том, у кого какие ухи, а о том, есть ли нам смысл возвращаться или устроить себе полосу препятствий?
– Не ухи, а уши,- шепнула Инайра, едва увернувшись, от пронесшегося в опасной близости от лица, бутерброда.
– Какая разница?- неподдельно изумился Ниро, - ухи они в Вора ухи, так-то.
– Вернемся к делу,- зевнула Мара.
– Я все-таки считаю, что надо попробовать проехать в Дорию, не возвращаясь на южный тракт.
– Не согласен,- решительно отозвался Сирнок,- есть риск потерять лошадей, а в нашем положении это…
– Не передергивай,- пригрозила пальчиком Мара.- Следующий.
– Может, стоит попробовать,- задумчиво протянула Инайра.- мы ведь ничего не потеряем.
– Кроме времени,- недовольно буркнул Сирнок, уже понимающий, что преодолевать полосу препятствий им все же придется.
– Ну, стоит признать, время мы не потеряем?- чуть смущенно, улыбнулась Светлая.
– А что мы тогда сделаем, Инайра, а?
– Сирнок явно находился не в самом лучшем расположение духа
– Как ни прискорбно, но особого времени мы не потеряем, что так приблизительно полторы недели, что так
– Но, полторы недели по тракту, как-то предпочтительней полутора недель по сложно-проходимой местности,- попытался воззвать Сирнок к голосу разума.
– Ну, вы-то скажите что-нибудь,- перевел орк стрелки на Ниро и Йорда.
– А что мы можем сказать?- пожал плечами Ниро.- судя по всему, наши красавицы уже все решили и нам ничего не остается, как подчиниться их капризам.