Чтение онлайн

– А что здесь происходит, собственно говоря? – вежливо поинтересовалась я. – Слава, почему ты пристаешь к моей соседке?

Не знаю почему, но я была для бывшего мужа, аки красная тряпка для быка. Реакция та же – при виде меня он начинает бить копытом и трубно реветь на всю округу. Этот раз не стал исключением.

– А, прискакала! – завопил он. – Ну в этот раз ты у меня попляшешь! Уж избиений я так не оставлю!

Дальше в ход пошли ругательства. Благовоспитанная Анна Романовна, схватившись за щеки, помчалась вверх по лестнице, бормоча что-то типа: «Муж и жена одна сатана…» Хотя я как раз ни на кого не орала и скандалов не устраивала. Почему же меня гребут под одну гребенку с этим горлопаном?

А Петухов входил в раж. Он весь покраснел, брызгал слюной, размахивал своими бумажками и топал ногами. Не знаю, чем бы дело кончилось, если бы не подоспел Марк.

Мой младший брат взял моего бывшего мужа за шиворот и, как тот ни пинался, выволок вон из подъезда.

Это фурор! Я была в полном восторге. Впервые в жизни я поняла, для чего нужны братья!

Петухов был изгнан, младший брат расцелован в обе щеки и расхвален до небес, родители успокоены по телефону. После чего с чувством выполненного долга я ушла в ванную. Сначала хотела утопиться, но потом просто приняла душ. Я страшно устала. Мне ужасно хотелось спать. Лечь в кровать, укрыться с головой одеялом и носа не высовывать до самого утра. Но если бы в жизни все складывалось как хочется, мы бы жили в раю.

– Катька звонила, – возвестил Марк, едва я вышла из ванной. – Перезвони ей.

– А ты куда собрался на ночь глядя? – спросила я у него.

– Поеду домой, благоверная грозится завтра подать на развод. Надо срочно прочистить ей мозги.

– Ну-ну, – хмыкнула я в ответ.

Что-то раньше Ленкины угрозы его не пугали. Скорее всего, Марк после геройств захотел женской ласки и внимания. А быстрее всего это можно получить от собственной супруги, пусть даже на грани бракоразводного процесса.

Я была только рада остаться в одиночестве, выпить чая с лимоном и улечься в люлю. Но куда девать родственный долг? Он у меня гипертрофированный. Закрыв двери за братцем, я набрала кузину:

– Привет, ты чего хотела?

– Я больше не могу! – зарыдала Катька в трубку.

Я едва не уронила себе на ногу чайник, который в тот момент пристраивала на плиту.

– Катька, ты чего? Что случилось?

Я перепугалась даже сильнее, чем при виде избитого Стаса. Катька в рыданиях – это испытание не для моей ослабленной нервной системы!

– Он опять начал! Я больше не могу! Или ты приедешь, или со мной случится что-то ужасное!

– Что? Кто начал? – заголосила я.

– Семен! Будь он трижды проклят!

– Так, держись! Я сейчас приеду! – пообещала я, выныривая из халата.

Чтобы Катька молила о помощи, я такого не помню с третьего класса. Тогда она полезла в старый погреб на даче, а трухлявая лестница под ней обрушилась. И отважный исследователь подземных глубин оказался по пояс в гнилой воде. А по стенкам ползали слизняки, и дно было затянуто склизким илом, и вонь там стояла та еще. Катька перетрусила и истерически кричала мне со дна погреба, что сойдет с ума, если я ее оттуда не вытащу. Я, помнится, развила бурную деятельность, созвала взрослых со всей округи. Влетело нам по первое число, особенно Катьке. И она поклялась, что никогда больше не станет ко мне обращаться за подмогой.

С тех пор, как говорится, много воды утекло. И вот она снова просит о помощи. Так какой тут может быть сон?

Катьку я застала в состоянии, близком к умопомешательству. Она бегала по квартире, то размахивая руками и рыдая, то забираясь на диван с ногами и раскачиваясь из стороны в сторону.

– Он меня достал! Я так больше не могу! Он шлет мне эсэмэски, признается в любви, молит о прощении, клянется в верности до гроба! Он звонит на сотовый и на домашний, причем в разное время суток. И молчит! Или включает какие-нибудь сентиментальные песенки. Представляешь?!

– Он чокнутый! – встряла я.

Она меня не услышала.

– Он преследует меня по городу! Прикинь, где бы я ни оставила машину, он всовывает мне под дворники цветочки. По два. Как покойнику! А вчера сказал, что, если я не соглашусь с ним встречаться, мы умрем. Оба!

– Это что-то новенькое, раньше он угрожал само убийством. Помнишь? Он тогда жил в квартире на первом этаже и по вечерам звонил тебе и угрожал выброситься из окна…

– Мне не до шуток! – заорала Катька.

И я подскочила на месте.

– Вчера он проколол мне все четыре колеса, они не успели сдуться на нет. И я не заметила диверсии. Села и поехала. Я едва не врезалась в столб по дороге из боулинга! Я вызвала мастеров из «Авто-Айболита», и они дотащили меня до шиномонтажки. А утром у себя на пороге я нашла дохлую птичку!

– Может, это совпадение?

– А это? – Она ткнула мне под нос сотовый. – Это тоже совпадение?

Я догадалась пролистать эсэмэски. «На миру и смерть красна!» – гласила последняя. И предыдущие: «Любовь побеждает смерть, но только если она настоящая», «Люби меня, как я тебя, и счастье снова к нам вернется!», «Они были счастливы и умерли в один день».

– Давай на него в милицию заявим, – предложила я.

– У меня есть знакомая в МТС, – сказала Катька, – эти письмена он шлет через Интернет. Это очень сложно отследить, понимаешь? И потом, почитаешь – кажется, полный бред, нет ведь никаких прямых угроз! Какая милиция?

– Вот гад!

– Хуже. Он опять проколол колеса! Это уже не шины, а решето какое-то! На шиномонтажке на меня смотрели как на ненормальную.

Я залезла в аптечку и накапала Катьке пустырника и валерьянки одновременно – надо было как-то ее успокоить.

– А ты не пыталась с ним поговорить? – спросила я.

– За кого ты меня держишь? Естественно, я ему позвонила! Потребовала, чтобы он оставил меня в покое. И знаешь, что эта тварь мне ответила?

– Что?

– Что он – моя судьба. Представь, говорит: «Катенька, зайка, ты же знаешь, что никто тебя не любит так, как я. У нас это взаимно, не прикидывайся! Не стоит выкаблучиваться, дорогая. И ты, и я, мы оба знаем, что это все бабские штучки, чтобы распалить мою мужскую страсть. Считай, что у тебя получилось!»

– Офигеть!

– Не то слово! – всхлипнула Катька. – «Ну, хватит, – говорит, – уже, поиграли – и будет. Приезжай ко мне. Я так по тебе соскучился! Я как представлю тебя голенькую…» Бр-р-р! Клянусь, еще немного – и этот урод кончил бы прямо по телефону!

Катьку затрясло крупной дрожью, и я поспешила к ней с чашкой в руке.

– Я уже наглоталась всякой успокоительной дряни, меня ничего не берет! – сказала Катька и тяпнула предложенную мною дозу. – Я не знаю, что мне делать, Лорик! Он сказал, что всегда получал от меня то, что хотел, и не понимает, почему теперь я артачусь.