Чтение онлайн

Максим как раз размышлял, стоит ли на жилую половину соваться, вдруг своим шумом он купца разбудил, как купец сам в лавку пожаловал. Счастье еще, что дверь, ведущая туда, была на засов закрыта, пока купец им лязгал, открывал, Артемьев свою лампу задул и к стене сбоку от входа переместился.

Купец только руку с горящей лампой в дверной проем сунул, а уж Максим ее коснулся. Сон, не прокачанное заклинание, которому ему его новая девушка-призрак обучила, для срабатывания хотя бы кратковременного контакта с кожей жертвы требовал. Единственное, что он твердо на ее уверения обнадежился, что даже не прокачанное заклинание усыпляет мгновенно.

Собственно, в точности так и оказалось. Купец, как стоял, так на пол и опал всей немалой тушей. Глухое «Бум!» в ночной тишине далеко разнеслось. Но больше на шум никто не примчался. А у Максима в руках уже две керосинки оказались. Вторую он из рук на месте уснувшего толстяка успел подхватить. И первую, погашенную, почти сразу же отправил в свой новый дом. Пригодится.

Еще несколько минут к обстановке в доме прислушивался, но все тихо было. Тогда решил в наглую с керосинкой в руках на ту половину идти. Пусть домашние думают, если не спят, а прислушиваются, что это их глава семейства по дому расхаживает.

К счастью, далеко удаляться на жилую часть дома не пришлось. Шкафы с наиболее ценным товаром прямо тут же, в широком коридоре, возле входной двери в лавку высились. И даже на замки не закрытые! Ну, тут же внутренняя территория. Хотя, все равно странно! Дорогой товар, Максим в этом еще вечером убедился, когда поинтересовался ценой того заказного Маузера с телескопическим прицелом. Слуги вполне могли и позариться.

Теперь не позарятся. Один за другим ценные экземпляры отправились в тот мир, а следом и сами шкафы туда же отправились. У Максима еще дом как следует, не обставлен, а тут шкафы с резными дверками, да с готовыми крепежами для содержания его, уже его, оружия. Напоследок решил довести до логического конца правильную, внезапно пришедшую в голову мысль. Пошел и отправил те шкафы из-под оружия, в которых хранились до недавнего момента все ружья и пистолеты. А напоследок скомандовал Андрею, чтобы и его к себе вытягивал.

В том мире уже рассвет разгорался. С расстановкой по местам всего добытого еще часа три потратил. И это при поддержке Андрея, который мгновенно перенес шкафы по указанным ему местам в разных комнатах. Максим так рассудил: в здешнем мире опасность может внезапно нагрянуть. Лучше будет, если всюду под рукой заряженное оружие будет. Но дорогие экземпляры он все же в комнату, которую под свой кабинет приспособил, перенес. Три часа ушли на то, чтобы он налюбовался ими как следует. Все же боевое современное оружие, да еще, преимущественно, в индивидуальном, да в подарочном исполнении. В двух же несгораемых шкафах оказались документация по магазину, немного денег и ящичек из какого-то ароматного розоватого дерева. А в нем пистолет золоченый, пара обойм и принадлежности к пистолету. Красиво. Только Артемьева гораздо больше в тот момент винтовки интересовали, ради обладания которыми он и пошел на это преступление.

Четыре маузера. Винтовки, а не пистолеты какие-нибудь. Хотя, парочка громоздких пистолетов этой же марки в его добыче тоже присутствовала, но не о них речь. Помимо уже знакомой Максиму винтовки ручной выделки конструктивно Маузер 98, но под патрон калибром 9,3 мм, выполненной под заказ вместе с несколькими пачками индивидуальных патронов, присутствовали еще и три обычные Маузер 98, калибром 7,92 мм, практически без всяких изменений, только с прикладами, украшенными побогаче. А еще среди добычи были две американские винтовки Винчестер М1905. Как явствовало из приложенной к документам на них рекламки, это были первые в мире коммерческие самозарядные винтовки, что бы это не означало. Ну, что за самозарядные винтовки и чем они отличаются от обычных, Максим собирался выяснить несколько позднее, тем более, что патронов к американкам ему досталось изрядно.

К сожалению, остальное оружие из «особых» шкафов оказалось дорого украшенной охотничьей дребеденью. Да-да! Теперь он именно так воспринимал эти ружья, которых у него образовался изрядный переизбыток. Хотя, был там и особо примечательный экземпляр двустволки, в каналы стволов которой свободно проходил палец. Максим уже заранее жалел храбреца, который бы отважился стрелять из такого монстра. Если не перелом ключицы, то уж синяк во все плечо был бы такому храбрецу гарантирован.

Однако, стоп! Так оружием любоваться можно еще долго, а утром ведь в гимназию идти надо. Попросил своего призрака вернуть его домой. Правда, перед этим пришлось еще поруководить немного, чтобы Путь на один уровень поднять, а то даже неодушевленные предметы кое-как, с натугой, по словам Андрея, получилось перенести.

Тихо. Все домашние спят, не ведая печалей. Прилег тоже, думал, не уснет, все же волнение в эту ночь изрядное присутствовало. Но, едва коснулся головой подушки, как отключился будто. Проснулся утром от того, что сестренки сухой травинкой затеяли ему в носу щекотать. Вставать, однако, пора уже. В глазах словно песка насыпали, озноб по всему телу, несмотря на топящуюся спозаранку печь, спать охота. Но пора.

Выпил кружку молока утренней дойки с большущим куском белого ноздреватого хлеба, намазанного медом, и гимназический китель принялся натягивать. За годы учебы и повседневной носки ученической формы словно сжился с ней. Как вторая кожа уже ощущается. Сапоги, шинель, фуражка с опущенными на уши клапанами. Образцовый гимназист!

С утра в их учебном заведении было шумно. Одноклассники, размахивая свернутыми в трубочки газетками, громко обсуждали что-то. Прислушался. Даже не поверил сразу. Столыпин Петр Аркадьевич, молодой и очень деятельный премьер-министр их империи был убит прошлым вечером при выходе из своего дома. С проезжающей мимо пролетки неизвестные террористы бомбу прямо под ноги кинули. Андрей, когда беседовали с ним об обстановке в стране как-то, рассказал, что и в их мире Столыпин тоже был убит. Все же не так уж и отличаются истории их миров. Значит, и первая мировая война, наверняка будет. Если, как у Андрея все случится, то до нее всего два года осталось. Хотя, сомнения что-то гложут, что будет точно так же. Андрей из истории точно помнил, что в первую мировую у них сражались Англия, Франция и Россия против Германии, Австро-Венгрии и Турции. Были там и еще какие-то участники, но названия стран он не запомнил. Сказал только, что под конец еще Америка присоединилась к Антанте, чтобы свою долю барышей урвать. Тут же, плохо складывались, как раз, отношения России с британцами. Вон, даже кто-то из одноклассников произнес извечное: «Англичанка гадит». Вроде уже в могиле давно великая королева Великобритании по имени которой названа целая эпоха, а все равно… гадит. Зато императоры Николай второй и германский Вильгельм с тем же порядковым номером именуют друг друга кузенами и регулярно ездят друг к другу в гости…. Хотя на самом деле их родство, кажется, более дальнее: что-то вроде троюродного дяди с племянником.

Все эти мысли в голове пролетели, пока пришедший в их класс учитель физики взбудораженных учеников окриками пытался по своим местам рассадить. В принципе, удалось, но в этот момент в класс вошел сам господин директор и объявил, что в связи с объявленным государственным трауром занятия в их гимназии на сегодня отменяются.

– Ты сейчас куда? – Остановил его, уже собирающегося выйти из класса, Серега Юмашев.
– В женской гимназии, наверняка, занятия тоже отменили. Айда к ним, может во всеобщей сегодняшней сутолоке и неразберихе, контроль за девчонками будет не очень строгим. Мы могли бы у нас дома все вместе отлично провести время. Пойдем, думаю, Наталья будет рада тебя видеть.

А собственно, отчего бы и не пойти? Дел то на сегодня никаких не запланировано, сегодня у них уроки до самого вечера должны были продолжаться.

Болтая по дороге, дошли до возвышавшейся среди низкорослых частных домов трехэтажного кирпичного здания женской гимназии с территорией, огороженной высоченным забором. Внутрь их, разумеется, не пустили, но девчонки в обе стороны мимо вахтерши так и шныряли, и родственников на входе многовато толпилось, так что двое гимназистов в этой толчее даже не очень-то и выделялись. Очень похоже, что произошедшим трагическим событием многие гимназистки (точнее их, почему-то называли не гимназистками, а курсистками) и их родные воспользовались как еще одним незапланированным выходным – для свидания в домашних условиях.

– Ой! И Глафира тоже здесь! – Чуть испуганно выдал Серега, хоронясь за фигурой товарища.

– Глафира?

– Наша домоправительница. Она Тоньку всегда из гимназии забирает на выходные.

Ага, именно в этот момент на выходе в окружении грустных мордашек Натальи и Евдокии, второй подруги серегиной сестры в их компании, кавалером которой и считался на балу Юмашев, показалась на входе Серегина сестрица. В отличие от подруг, она была одета в полный комплект зимней одежды.

– Есть идея! – Моментально среагировал Артемьев. – Что если ваша Глафира попросит на сегодняшний день вместе с твоей сестрой и обеих ее подруг к ней в гости забрать. Наверняка, администрация не очень-то и противиться будет. Сегодня не забранные воспитанницы будут им сплошной докукой.