Летун. Трилогия
Шрифт:
Но Андрей смог.
Он прошел через ад, а потом вернулся назад. И после всего этого его душу и сознание на части разрывали черные молнии.
"Кто я такой? Сверхчеловек? Палач, которому дозволено все? Или простой парень, попытавшийся поднять непосильную ношу?" Он так и не узнал ответа на этот вопрос. И даже себе не мог на него ответить. Никак.
Лена забыла его точно так же, как забыл и Уэс. Единственным способом не навредить любимой для Андрея было держаться от нее как можно дальше. Заставить забыть весь тот ужас, через который он ее протащил. Он не видел других способов сделать ее счастливой.
Тело Альфреда Лонга покоилось где-то на дне океана вместе с отделенной от него головой. Лена никогда не узнает о том, что творилось в их доме в ту самую ночь.
Сначала Андрей верил только в то, что жизнь наградила его теми сверхспособностями, как величайшим даром, который только может свалиться на человека…
Теперь он понимал, что этот дар легко может превратиться в проклятие.
После всех чудовищных передряг, через которые ему довелось пройти, Андрей четко и ясно осознал единственную вещь – один человек не в силах изменить этот мир.
"Не могу понять, как ты оказался в этом месте, в этом костюме и в этих часах с бокалом этого виски в руке, глядя на твое поведение и повадки".
"Знаешь, а ведь все просто. Как-то быстро все вышло. Я – раз, и уже тут".
Он ужасно устал.
И теперь, впервые за несколько месяцев, он шел по своей родной улице, где вырос и провел счастливое детство, ничем не омраченное.
Он вернулся домой.
Ноги до сих пор помнили эту дорогу. И сердце тоже. За все время его отсутствия здесь абсолютно ничего не изменилось.
Андрей подошел к забору своего дома и перемахнул через него. Почти как в те самые времена, когда он возвращался под утро с бурных вечеринок. Он, как-будто, сам несся по проторенной дорожке, уже не контролируя ног.
Навстречу Андрюхе выскочили две маленькие черные как смоль собачки, тут же злобно его облаявшие. Он усмехнулся. Когда он исчез, у родителей еще не было домашних животных. Наверное, они завели их, чтобы хоть как-то заполнить брешь отсутствия в доме еще одного человека…
Андрей грустно улыбнулся и продолжил свой путь.
Может, когда-нибудь он вернется к Лене. И восстановит ее память так же быстро, как и стер ее. Покажет ей все недостающие воспоминания, которые заменят те ложные двадцать лет жизни, которые он для нее создавал…
"Кому я вру? Этот день, скорее всего, никогда не настанет…" Андрей шел налегке. Он не забрал ничего из дома в Майами. Надел джинсы, кроссовки, майку и легкую спортивную куртку, после чего направился в аэропорт. Пусть Лена верит в то, что весь этот особняк, роскошный автопарк и огромная куча денег – ее вечная и неотъемлемая собственность, доставшаяся от богатых родителей.
Пусть…
Так будет намного лучше для них обоих.
Андрей взбежал вверх по ступенькам и толкнул входную дверь. Сбросил кроссовки и сделал шаг внутрь.
– Родной угол, – прошептал он.
Сразу же на кухне он наткнулся на маму, мывшую посуду после завтрака. Она ни капли не изменилась.
– Андрей?! – удивленно воскликнула она и выронила из рук тарелку.
Тут же, через пару секунд, на кухню выбежал отец. Точно такой же, каким Андрюха его и запомнил.
Родители смотрели на него странными взглядами. Не испуганными, не удивленными, просто странными. Его неожиданное появление не совсем вязалось с той легендой, которую когда-то состряпала Лена.
В их глазах читалось осознание внезапно произошедшей приятной неожиданности. Он просто улыбался и смотрел на родителей, прекрасно зная, что сейчас произойдет.
– Сынок? – выдавила из себя мама. – Ты вернулся?
Рядом с головами родителей возникли две серебристые кисти. Увидеть их они, конечно же, не могли.
Андрей грустно улыбнулся.
– Да я никуда и не уходил.
Андрей Изюмов
Летун. Долгая дорога домой
Все мы делаем ошибки. Просто кто-то совершает их меньше, а кто-то больше. Не за все в этом мире приходится платить, но при этом никогда не стоит забывать о том, что события давно минувших дней неприятным эхом могут отразиться на вас в любую секунду. И может случиться так, что для борьбы с отмороженным и не знающим границ морали злом придется поставить на карту все, в том числе и призвать на помощь другое зло, хоть и гораздо меньшего масштаба. Андрей Игоревич Изюмов
Часть первая
«Самые обычные люди»
1
Чувствовал он себя, мягко говоря, некомфортно. Ноги дрожали, чуть ли не подкашиваясь, а сердце колотилось так, словно собиралось выпрыгнуть из груди.
«Состояние мое кратко и доступно можно охарактеризовать словом „дерьмо“, если не более грубым», — мрачно подумал парень.
Его руки крепко сжимали деревянный макет японской катаны. Парень смотрел на свое отражение в зеркале, ничего хорошего там не замечая.
— Как же тебя угораздило-то, старик? — обратился он к самому себе. — С такой паршивой формой забраться так далеко…
Одет парень был в белое кимоно, подвязанное черным поясом. впрочем, это не являлось отражением уровня его мастерства — всего лишь стандартная расцветка формы для соревнований. Соперник выходил в черном кимоно с белым поясом.
До последней схватки оставалось около пяти минут. Уже почти полчаса парень в белом кимоно стоял напротив зеркала в раздевалке, пытаясь морально подготовиться к предстоящему.
Фехтовал он уже восемь лет. Правила были простыми — нельзя было ронять меч, ни при каком раскладе. Это означало проигрыш. Как шутил тренер парня на эту тему: «Настоящие самураи никогда не выпускают оружия из рук».
Можно было либо драться одной свободной рукой, либо обеими ногами. Впрочем, этим парень пренебрегал и пользовался весьма редко.
— Волнуешься, да? — голос тренера, подошедшего незаметно, вырвал спортсмена из пучины мыслей. Парень вздрогнул, затем подавленно кивнул, вслух ничего не ответив.