Чтение онлайн

Дон Толедано нехотя потянул из кобуры пистолет...

– Нет!
– Вероника, пинком повалив передний ряд стульев, встала передо мной, закрыв, насколько позволял ей рост и комплекция, и от папы, и от дона Толедано, который с облегчением остановил движение.
– Ты что, совсем меня слушать не собираешься? Я тебе что, больше не нужна?

Фантома перекосило как ребенка, который уже почти схватил конфету, но тут жирная мамаша поймала его за руку и сказала: "Сначала - суп!"

– Что за глупости?
– проворчал он.
– Разумеется, ты мне нужна. Ради чего бы еще я...

– В таком случае ты будешь меня слушать и сделаешь так, как я скажу!
– В порыве чувств Вероника топнула ногой, и выглядело это столь по-детски, что я невольно прослезился.
– Никто здесь никого не убьет, ясно тебе? Николас останется здесь, и Толедано гарантирует ему безопасность. А Джеронимо вернется со мной, и безопасность ему гарантируешь ты. В противном случае я пройду облучение, но первым и единственным домом, который уничтожу, будет домом Альтомирано.

В воцарившейся тишине так буднично прозвучал капризный голос Джеронимо:

– А можно я останусь с Николасом? Обещаю, что мы будем вовремя ложиться спать, чистить зубы и все такое...

– Нет, - отрезала Вероника, глядя на отца.
– Брата я здесь не оставлю.

Здорово. Меня, значит, можно. Хотя действительно - кто я ей такой? То мимолетное мгновение на балкончике было-то всего лишь попыткой в последний раз ощутить человеческое тепло. Попыткой, которую я самонадеянно обломал...

– И кто же он для тебя?
– Фантом будто мысли мои прочитал.
– Друг? Любовник? Забавная комнатная собачка?

– Никто, - отозвалась Вероника.
– Просто...

– А ну еще раз!
– повысил голос Фантом.
– Ты идешь поперек моей воли, не просишь даже, а требуешь, угрожая гибелью дома, и все из-за "никого"? Так не пойдет. Я хочу услышать правду.

И все взгляды обратились к Веронике. Я тоже с любопытством изучал ее затылок. Хотя мне, чуждому эмоций, было ясно, какой ответ она даст. Даже интересно, как отреагирует мой двойник.

– Друг, - тихо сказала Вероника.
– Теперь уже, наверное, единственный.

Двойник на радостях сделал сальто, но тут же сник под моим тяжелым взглядом. Да, такая она и есть, френдзона. Кажется, что ты делаешь шаг вперед, хотя на самом деле отбегаешь в сторону. В такие минуты я от души радуюсь, что не испытываю эмоций сам. Тоскливое, должно быть, чувство.

– Твой друг нанес мне оскорбление, - молвил Фантом.
– Пускай он извинится.

Меня, честно говоря, переполняло. Вероника пыталась что-то сказать, но я отодвинул ее, бухнулся на колени перед телевизором и заголосил:

– Прости, о, великий и могучий дон Толедано! Прости, что мои солдаты без предупреждения, как трусливые шакалы, ворвались в твои владения и перебили полчища невинных людей, пока ты прощался с умирающим отцом. Прости, что тебя бросили в камеру и заставили самого себя казнить. Прости... Нет, прежде чем я достигну дна пропасти глумежа, скажи, ты правда считаешь, что я буду извиняться за пару добрых слов о твоей мегатонной мамаше?

Изображение зарябило. Видимо, защита камеры, установленной в гробу, не выдерживала радиоактивного гнева дона Альтомирано.

– Николас - один, Фантом - ноль!
– провозгласил Джеронимо.
– Давай, всыпь ему как следует! Где ваша с Вероникой плетка? Только не притворяйтесь, что ее не существует. Вы ведь постоянно делаете друг другу больно!

– Осталась в другом бронетранспортере, - сказал я, поднявшись с колен и показав телевизору средний палец.
– Лично мне на удивление плевать, какое ты решение примешь, старый зеленый пердун. Если уж выбирать между смертью и жизнью в доме наркоманов с осознанием того, что друзья отправились под твою чуткую опеку... Я выбираю смерть. На правах особого мнения.

Дон Толедано явно нервничал. То на часы смотрел, то на Фантома, то на меня. Правая рука все не покидала рукояти пистолета.

– Ну так чего решите?
– спросил он.
– Давайте, может, вы уже решите чего-нибудь?

– Я сказала, как все будет!
– Вероника за шкирку оттащила меня от телевизора.
– Убьешь его - я уничтожу все, что тебе дорого.

– Ты не понимаешь, - неожиданно тихо сказал дон Альтомирано.
– Он должен умереть.

От этих слов меня пробрала дрожь. Что-то слышалось странное в голосе Фантома. Что-то, похожее на знание, трудное и тяжелое, которым нельзя ни с кем поделиться.

– В таком случае, - заявила Вероника, - надо было убить его сразу, а не издеваться.

– Тут ты права...

Он говорил все медленнее, но я, собаку съевший на человеческой психологии, готов был поспорить, что в голове у него сейчас мысли мечутся с непостижимой скоростью. Дон Альтомирано тщательно высчитывал меньшее из двух зол.

А меня в этот миг постигло первое из многих таинственных видений... или, может, не первое, если считать отца у костра.

Я увидел гостиную, дона Альтомирано, еще в образе человека со злым взглядом и острыми чертами немолодого лица Он стоял рядом с Рикардо, на лысине которого еще топорщились кое-какие волосинки. А на полу перед ними сидел в окружении различных предметов годовалый младенец.

Он смотрел на пистолет, кухонный нож, катушку ниток, шлем и, наконец, пополз в выбранном направлении. Маленькие ручонки схватили книжку.

– Чего я и боялся, - вздохнул дон Альтомирано.
– Рикардо, прошу...

– Джеронимо!
– В гостиную пулей влетела худенькая девчонка лет пяти.
– Ты будешь ученым, да?

Она, не обращая внимания на взрослых, сгребла заулыбавшегося младенца в охапку вместе с книжкой и куда-то потащила.

– Вы хотите, чтобы я что-то сделал, сеньор?
– спросил Рикардо, провожая их взглядом.

– Не сейчас, Рикардо. Позже...

Видение оборвалось. Быть может, дон Альтомирано как раз вспоминал именно это. Мне, во всяком случае, так подумалось. Он смотрел на меня и только на меня, а я - на него. Поскрипывал педалями Франциско.

– Хорошо, он останется, - сказал Фантом.
– Джеронимо вернется домой, и про него у нас будет разговор.

– Уже кое-что, - кивнула Вероника.
– Пообещай только, что без этого разговора ничего не предпримешь. Я напоминаю о своем праве.

Дон Альтомирано пообещал. А потом экран погас.