Чтение онлайн

Эйфория, однако, не мешала Л.Н. работать дальше.

Итак, открыта древняя столица загадочной Хазарии, установлен уровень Каспия в VI в., написана хорошая, популярная книга. Но работа, начатая широким выходом в географию, дает и другие плоды: проблему взаимовлияния «ландшафта и этноса» в самые разные исторические эпохи.

Одним из методов Л. Гумилева становится составление хронологических таблиц, точнее — геохронологических. Идут века, меняются дороги циклонов над Европой по приведенной выше схеме: северный, средний, южный пути. По-разному сказывается это в гумидной (влажной) и аридной (засушливой) зонах; по-разному все идет и внутри аридной зоны — в западной и восточной Евразии. В таблице сопоставляются цивилизации Китая и Европы: первый, второй века — Империя Хань и Рим; шестой век — Империя Суй и франки в Европе, одиннадцатый — Суй и феодализм в Европе, XV в. — империя Мин в «Срединном царстве» и Возрождение в Европе, наконец, XVIII в. — Россия, подчинившая себе Сибирь; маньчжуры и Цинь в Китае, колонизация мира на Западе.

Кажется, что тут нет ничего особенного, все в разных вариантах было в предыдущих книгах — «Хунну» и «Древние тюрки». Но там сопоставляется история одного региона с историей другого, пусть даже с поразительной детальностью, но там это сделано «без природы». Тот подход позволял собрать обширный материал этнической истории, сопоставить вроде бы ранее несопоставимое, обычно рассматриваемое изолированно: «Запад есть Запад, Восток есть Восток».

Привлечение природных факторов — периоды увлажнения и усыхания — даже в варианте каспиоцентризма (это определение самого Л.Н.) дает куда больше (см. таблицы) 648 . Л.Н. считал очевидным, что 2000 лет назад площадь пастбищных угодий, а следовательно, и ландшафты были иными, чем сейчас. Кроме того: усыхание степи имело место и в древности. В результате этих изменений хуннская держава погибла. Что это — традиционный, хорошо известный на Западе и на Востоке (Ш. Монтескье, Л.Мечников) географический детерминизм, т.е. объяснение всех исторических событий географическими факторами? Никоим образом. Сам Л.Н. сразу же отметал это (и не в угоду идеологии). «Конечно, — писал он, — для крушения кочевой империи имелось сколько угодно Внешнеполитических причин, но их было не больше, чем Всегда, а до 90-х гг. хунны удерживали гегемонию в степи, говоря: «Мы не оскудели в отважных воинах» и «сражаться на коне есть наше господство». Но когда стали сохнуть степи, дохнуть овцы, тощать кони, господство Хуннов кончилось» 649 .

Все это — обратный ход мысли (по Л.Н.), т. е. один Из методических приемов, открытый и внедренный им. Ход рассуждений прост: если мы знаем историю последних 3000 лет по письменным источникам, то передвижения степных народов (они более всего зависимы от климатических «перепадов») дают нам ключ к открытию и установлению того или иного периода увлажненности или, наоборот, усыхания. Этот вывод позволили сделать полевые работы 1959–1963 гг. Именно они дали основание для перенесения проблемы усыхания Средней Азии в иную плоскость, а также — наметить опорные точки колебаний уровня Каспия, заполнив интервалы между этими точками и получить довольно стройную картину изменений климата на исследуемой территории 650 . Конечно, все было совсем не так просто: привлекались географические исследования на мезоуровне, т. е. не только «трансгрессия» (наступление) и «регрессия» (отступление) Каспия. В период до VI в. они не были точно определены. Тут на помощь пришло изучение донных отложений залива Кара-Богаз-гол, характер которых определяется уровнем Каспия относительно высотной отметки Бэра, отделяющего залив от моря. По мнению В. Г. Рихтера, очередная трансгрессия падает на конец II в. и сменяется незначительной регрессией около IV в. 651 . Таких поисков деталей и «мелких» открытий у Л.Н. было много, даже очень много.

Одна из глав «Тысячелетия вокруг Каспия», книги относительно поздней в творчестве Л.Н., называется «Хронософия». Сначала автор превозносит синхронистические таблицы. «Принцип синхронии... — писал Гумилев, — позволяет представить ряды последовательных событий тем же способом, каким географ составляет карту, с той лишь разницей, что наряду с топо-основой учтена темпо-основа — абсолютная хронология от н. э. Здесь важны и «пустые места», т. к. они показывают периоды, в которые исторических событий не было, т. е. пассионарность этносоциальной системы находилась в равновесии, иными словами, время было спокойным» 652 .

Дальше Л.Н. доказывает, что синхронистический подход лишь позволяет собрать большой и необходимый материал и является лишь подготовительным этапом. Дальше необходимо начинать отсчет не от того или иного, условно принятого за начало летоисчисления, года, а от момента рождения, точнее «зачатия» этноса. Но это уже другая проблема, и о ней будет сказано позже.

Сводная таблица изменений степени увлажненности Евразийского континента (на материале палеоэтнографии)

1 — увлажнение; 2 — усыхание; 3 — повышение увлажненности; 4 — понижение увлажненности

Сводная таблица изменений степени увлажненности Евразийского континента (на материале палеоэтнографии)

1 — увлажнение; 2 — усыхание

Начало 60-х гг. было для Л.Н., казалось бы, весьма благополучным — он «обрел статус»: в 1961 г. защитил докторскую, в 1963 г. стал старшим научным сотрудником НИГЭИ Ленинградского университета. ВАК протянул с присвоением этого, не такого уж престижного звания аж до 1965 г., но это не меняло дела. Опять же работали «научные коллеги»! Можно было успокоиться и писать, реализовывать все, что задумано еще «там», корректируя это в библиотеках и архивах. Но уже 1966-й начался грустно — в марте умерла в Москве Анна Андреевна. Л.Н. боялся обратного; он думал, что будет иначе. Сколько раз из лагерей 1949–1956 гг. он писал ей, что вряд ли продержится. Вот далеко не полная подборка таких высказываний Л.Н.: в 1951 г. он пишет: «Я решил, что умер и нахожусь в чистилище», «Я, к сожалению, жив и здоров»; в 1952 г. — «Из больницы вышел, стал инвалидом», «На все наплевать», «Думать, что я потяну свои 10 лет — наивность, и поэтому совершенно все равно, болен я или здоров»; в 1954 г. — «Если я умру здесь, останется посмертная работа, которая покажет, что я был и остался ученым», и т. д. и т. п.

Получилось, однако, иначе. Л.Н. думал, что в чем-то и он виноват... Внешне 1966-й был самым продуктивным: 14 печатных работ, и в том числе одна из любимых и «легких», на одном дыхании написанных книг — «Открытие Хазарии». В 1965 г. опубликовано 8 статей за год и в 1967-м — столько же. Но, конечно, все это лишь видимость; дело в том, сколько создано за год, а здесь многое шло из «запасов», из письменного стола.

1966-й был и первым «выездным» годом. Л.Н. отправился в Прагу на Археологический конгресс. На вокзале его встретил П. Савицкий. «Мы несколько раз встречались, — писал потом Гумилев, — долго гуляли, он рассказывал мне о пережитом» 653 .

1967-й был радостнее; наконец-то произошли существенные изменения в комнате на Московском, 195. Л.Н. познакомился со своей будущей женой еще в 1965 г. Москвичка Наталия Викторовна была художником-графиком, иллюстратором книг. 15 июня 1967 г. она переехала в Ленинград. Месяца два до этого от Л.Н. не было никаких известий, и Наталия Викторовна забеспокоилась. Ответ был на открытке и типично гумилевский: «Кончаю корректуру «Древних тюрок». Жду в назначенный срок. Уже вымыл пол» 654 .

Комната на Московском проспекте была его первым собственным пристанищем, где он прожил до женитьбы Шлет. «В квартире, — вспоминает Наталия Викторовна, — жил даже свой «родной» милиционер, который, очевидно, по долгу службы спрашивал: «Это что ты там пишешь, Лев Николаевич? Хунны твои — это за Китай или против Китая?» — «Да, против Китая, Николай Иванович». — «Ну, тогда больше пиши, а бумажки-то рви, в уборной не оставляй!» Милиционер имел в виду рукописи» 655 .

В комнате Л. Гумилева появилась хозяйка, забросившая полностью свои дела ради Льва Николаевича. Стало чисто, ухоженно; дом сделался гостеприимным, хлебосольным. Хорошо знавший Л.Н. известный писатель Дмитрий Балашов отмечал, что Наталия Викторовна подарила Льву Николаевичу «лишние» десять-пятнадцать лет жизни, в которые он как раз и сумел подготовить, напечатать и тем спасти от уничтожения свои основные труды 656 . Да, с трудами пошло веселее: в 1967 г. вышли наконец «Древние тюрки», и Л.Н. мог полностью сосредоточиться на завершении «Степной трилогии». Она была подготовлена именно в эти годы. Начал он и серию статей об этногенезе. Летом они жили в квартире Наталии Викторовны в Москве, а в «рабочий сезон» (осень—весна) на Московском проспекте. Установился некий режим, видимо, неплохой для здоровья Л.Н.