Левиафан
Шрифт:
***
– Ты? Едешь? В Эймар?
– в очередной раз переспросил Илом.
– Я. Еду. В Эймар, - устало ответил Тарлиан.
Был уже полдень. У старших учеников в это время был урок боевой магии, которой ни Тарлиан, ни Илом не владели, как не владели какой-либо другой магией. Из всех старших их возраста только они не были магами, поэтому им разрешалось не посещать все магические уроки, чему друзья несказанно радовались.
Когда Тарлиан рассказал Илому о своем визите к главнокомандующему, он сначала не поверил. Похоже, что он до сих пор не до конца верил словам друга - третий раз уже переспрашивает.
– Так. Еще раз, - сказал Илом через некоторое время.
– Ты. Едешь. В замок Эймар. До самого праздника. Тогда скажи мне, старик - что тебе не нравится-то?.. Мы ведь с тобой когда-то хотели рвануть туда! Не помнишь, что ли?
– Да помню я, помню. Но понимаешь - одно дело просто поехать туда, а совсем другое - когда тебя там будут как-то испытывать. А я ведь даже магией не владею! Тем более, там будут еще Андроний, Эрлгримм и Промс...
– Ну и что? Не ты ли не далее, как позавчера, говорил мне, что тебе все равно, кто лучше тебя, а кто хуже?..
– Говорить-то говорил... а, ладно! Все равно ехать придется, с этим уже ничего не сделаешь...
Тарлиан хотел сказать еще что-то, но не успел - вдруг, совершенно неожиданно по всей крепости - да что там крепость, по всем горам!
– пронесся оглушающий грохот. Такой бывает в окрестностях крепости только в трех случаях: в очень сильную грозу, при обвале где-то поблизости... или если крепостные стены штурмуют воины Легиона.
Двое друзей подскочили на месте от неожиданности. Такой грохот - одно из самых дурных предзнаменований в крепости.
– Что это? Что там? Тревога?!
– голос коменданта, господина Орта, послышался от входа в казарму.
– Ничего не понятно!
– крикнул со сторожевой башни кто-то из дежурных.
– Вроде никто не нападает, но и обвал не похоже.
Хлопнула дверь - похоже, господин Орт решил, что особой угрозы для крепости пока нет. Тревогу, в случае чего, могут и дежурные поднять.
– Что это было, как думаешь?
– спросил Тарлиан у Илома.
– Да мало ли... может, землетрясение где случилось, а может, Легион чего затевает... на нас не нападают пока. А в случае чего, мы ко всему готовы.
– Это уж точно!
– согласился Тарлиан.
– Но мне все равно это не нравится. Плохой знак.
– Да ладно тебе!
– отмахнулся Илом.
– Что тебе до этих знаков-то? Ты, вон, завтра в Эймар едешь... Хоть раз в жизни повезло тебе...
– Ага, повезло, - кивнул Тарлиан.
– А может, и нет...
***
(11 дней до новолуния)
На крепость, к счастью, никто не напал, и, видимо, в ближайшее время нападать не собирался. Обитателей крепости это не могло не радовать. Но радоваться, как оказалось, было рано.
Вечером, часов в десять, громыхнуло еще раз, да так, что вся крепость задрожала. А она, к слову сказать, не дрожала даже при средних землетрясениях, частенько случавшихся в горах.
Этот грохот переполошил всех - и учеников, и наставников, и обычных рыцарей. За ночь тряска повторялась еще два раза. Самое страшное во всем этом то, что никто не знал, что именно надо делать: вроде никто не нападает, какого-то определенного стихийного бедствия тоже нет... просто громыхает где-то, а где? Что? Непонятно. Но громыхает как-то нехорошо. Совсем нехорошо. Это понимали все. А вот что делать, было неясно. И это угнетало всех без исключения.
Так что совсем не удивительно, что, проснувшись на рассвете, Тарлиан чувствовал себя совершенно разбитым. Поспать ему удалось всего часа два, когда грохот и тряска прекратились. При этом его не покидало ощущение чего-то плохого. И не просто плохого, а катастрофического, готового вот-вот свершиться. И это было самое непонятное и пугающее.
Тарлиан проснулся даже не на рассвете, а где-то за час до рассвета. Илом тоже проснулся в это время, а вот Андрония и двоих его дружков, Бурса и Фоллия, в казарме уже не было. Для Тарлиана это было хорошей новостью - чем позже они узнают, что он тоже едет в Эймар, тем лучше.
– Хорошо тебе, Илом, - говорил Тарлиан другу, когда они шли к главным воротам крепости.
– Тебе никуда уезжать не надо. Живи себе, как обычно, и живи.
– Да уж, конечно, - хмыкнул тот.
– Знаешь, скукотища какая? Это тебе хорошо. Хоть увидишь, какой он, этот Эймар...
Тут надо сказать, почему вокруг замка Эймар всегда было столько разговоров и домыслов. А было их очень много.
В каждом замке есть какая-то своя тайна. Даже если это королевский дворец Эфарленда, про который, казалось бы, все всё знают. А чем замок древнее, тем и тайна страшнее и... таинственнее. И самих этих тайн больше.
Насколько древний замок Эймар, никто с точностью сказать не может. Кто-то говорит, что ему всего лет пятьсот, а существует версия, что построили его еще в первую эру древние маги. В эту версию, правда, почти никто не верит, но это не важно. Главное, что она есть. Но возраст замка - это только одна, совсем небольшая тайна, связанная с ним.
Еще одна тайна - весьма странное расположение замка. По отношении к крепости Феникса он находится несколько юго-восточнее (в направлении Нитрион-Флирос). Места там пустынные, безлесные - практически тундра, только там несколько теплее, чем в тундре нашего мира. И еще в тех местах очень много болот. Зачем понадобилось строить замок в таком неудобном месте? Тем более что раньше там люди вообще не жили - только после того, как появился замок, построили две деревни. Произошло это примерно пятьсот лет назад.
Как бы там ни было, сейчас Эймар - это самый большой, известный и таинственный замок Клеренских земель. Может, в богатстве он и уступает соседям (которые, кстати, расположились далековато - милях в двухстах от Эймара), но слава о нем гремит по всему Эфарленду. А все из-за хозяина замка, который одновременно является самой большой тайной Эймара.
Никто не знал ни то что его имени - даже свой настоящий титул он никому не называл. Всем ведь было ясно, что Эймаром и двумя деревеньками его владения не ограничиваются.
Замка он почему-то никогда не покидал: никто из деревенских жителей в глаза его не видел. Тем не менее, управлял он своими землями очень мудро, всегда оказываясь в курсе того, что у кого где случилось. Деревенские своего таинственного землевладельца любили и относились к нему с большим уважением, как и замковый люд. Последние, правда, сколько их не расспрашивали, так ничего и не говорили о своем хозяине.
Зная все это, нетрудно представить настроение Илома: радость за Тарлиана и одновременно легкую зависть. Самого же Тарлиана занимали совершенно другие проблемы.