Чтение онлайн

— Гораздо большим неуважением мне всегда казалось подвергать сомнению порядки хозяев дома, оказавших вам гостеприимство, — ровно ответил я, действительно не пожелав снять «сбрую» с «Глоком». — Как считаете, Ингрид Игоревна?

И контрольный холодный взгляд вдогонку. Он и разошедшуюся Карееву иногда способен успокоить, что уж говорить про тетку, которая совершенно не привыкла, что ей кто-то смеет слова сказать поперек.

Она ожидаемо смолчала. Лишь губы пожала надменно. Секунд на тридцать тишины ее хватило.

— Елена! — наконец выдала она, от возмущение даже забыв упомянуть отчество моей матушки

Она что, надеялась, что мама сможет меня призвать к порядку?! Вообще-то, наверное, сможет… ей достаточно только попросить, и я прекращу балаган. Вот только родственница достала далеко не только меня одного.

— Да, Ингрид Игоревна? — подняла бровь та, словно ничего и не происходит.

Все, отмашка есть. Развлекаться можно сколько душе угодно. Разве что приличия внешние стоит соблюсти. Ну так и мы не варвары. Понятие имеем-с.

— Урезонь своего сына, — потребовала эта карга на прямую.

«О, а это уже прямое оскорбление!» — удивился я хамству гостьи. Стало быть и ответочку можно дать.

Глаза тетки метали молнии, крылья носа гневно вздувались, а глаза явно пытались налиться кровью. Но я без проблем «держал» его, не отводя взгляда. На Алсу, стоит не выполнить норматив, смотреть гораздо страшнее. Или на Малинкину, когда у нее хорошее настроение. В такие дни с полигона мы с девочками буквально приползали, поддерживая друг друга. Со стороны, наверное, казались троицей пьянчуг, с трудом разыскавших дорогу до дома… Правда, никто не смеялся. В «Артеке» вообще с пониманием к таким моментам относились. Сами почти все через это прошли.

Хотя был один момент, когда кто-то из «командировочных» отшутился по поводу нашей «противоторпедной» походки. Уж на что устали девочки, а сил надрать три наглых, но не ожидавших быстрой и жесткой атаки, задницы у них вполне себе хватило!

Мама, и бровью не повела. Спокойно отпила из чашки, которую держала в руках, и лишь после того, как медленно и неторопливо поставила чашку на скатерть, произнесла словно бы и не в адрес назойливой гости, а так, в воздух:

— Я бы себе не позволило так обращаться к главе дома…

Мамаша с сынком аж поперхнулись от такого заявления. Я незаметно подмигнул маме. Все-таки, чудесная у меня семья!

— Глава дома — Николай, — заявила веско «вобла», поморгав своими пустыми рыбьими глазами. — Вот он устроит!..

Хлоп.

Я негромко но веско прихлопнул ладонью по столу. Всегда мечтал это сделать… вот с самого детства. Как же меня оказывается бесили эти р-р-р-родственнички! Однако пока у меня не появилась возможности заткнуть их к чертям… Да что тут говорить!

— Ингрид Игоревна, ведите себя прилично, — ровно произнес я, в душе наслаждаясь каждым звуком, что слетал с моих губ. — Николай Васильевич ныне в делах и заботах. Дом Алексеевых представляю я. Прошу принять это и отнестись ко мне с должным уважением.

Этого им хватило, чтобы заткнуться минут на пять. Просто зависнуть.

— Тяжелый день? — поинтересовалась сестренка, окидывая меня с ног до головы.

— Да, Светик, — столь же негромко выдохнул я. — Весь день по городу катался. Перекидал за сегодня, наверное, несколько тонн «железа»…

В подробности я сестренку, конечно, не просвещал. Но, как ни удивительно, с момента когда она стала тренироваться у Малинкиной понимать мы стали друг друга намного лучше. Прада, я тут немного охренел с месяц назад от заявлении Юлии, что она рекомендовала сестренку к зачислению в «Артек». Но, по счастью, Светка не обладала нужным набором психологических и моральных характеристик. Ее счастье, если честно!

— Как простолюдин! — выдохнула Ингрид с презрением.

Как оказалось, ступор вовсе не мешал гостям прислушиваться нашему разговору.

— Грузчиком подрабатываешь?! — тут же подключился ее сынок.

Светлана закатила глазки. Мол, что с убогих возьмешь, кроме анализов? Получилось сколь артистично, столь и демонстративно. С трудом удержался, чтобы откровенно не похлопать в ладоши.

А очередные умные реплики мы просто проигнорировали, чем разозлили их авторов еще больше.

— То-то тебя всякая шваль избивает! — выдал Арнольд, с вызовом глянув на меня.

Зря. У меня тоже есть триггеры. Спецы по военной психологии, в том числе и Громова-старшая, неплохо поработали над тем, чтобы они имели как можно меньше власти надо мной. И довольно успешно. Однако сейчас я просто не имел желания контролировать первобытные позывы.

— Оооо! — протянул я многозначительно.

Сестренка с матерью понимающе покивали. Мол, было-было.

— Арнольд, друг мой, — улыбнулся я, заставив лицо двадцатипятилетнего увальня дрогнуть. — Спасибо, что напомнил. Ты раньше нередко давал мне уроки самозащиты…

Да, именно так назывались систематические избиения. Он вовсе не издевался над пухлым увальнем, а учил его самообороне. По крайней мере, именно за это топила его долбанутая мамаша. Интересно, как она отреагирует, если роли поменяются?

—… Может, поможешь мне и на этот раз? Покажешь пару приемов…

Кажется, не сдержался. Моя, и без того довольно жесткая усмешка, превратилась в оскал!

— Я… Да, с удовольствием! Ээээ… Здесь? — замешкался придурок, окидывая «нового меня» взглядом.

Надеется, что мамочка успеет вмешаться? Ну-ну… Мы тоже умеем играть интересно!

— Ну зачем же… — я был сама любезность. — Я организую зал и медиков. Съездим вместе… Нет, конечно, если ты хочешь пригласить с собой маму, то пожалуйста!..

Вздрогнул, сука. Вздрогнул.

— З-зачем? — выдал он с некоторым трудом.

— Безопасность, — выдал я словно само собой разумеющееся. — Спортзал с рингом нуден для того…

— Медики зачем? — перебил меня слегка нервно Арнольд.

Ну ничего, дорогой, ничего. Сейчас объясню. Мне, вот правда, не жалко!

— Так полагается, — уверенно кивнул я. — При каждом занятии обязан присутствовать парамедик или парацелитель. Плюс официальное оформление занятия. Я ведь, Арнольд, уже год как являюсь военнослужащим вооруженных сил Российской империи. Так что если не оформить все по чести, то это может выглядеть как сведение счетов офицера ВСРИ с гражданским… Зачем нам слухи на пустом месте. Кроме того, мне может грозить трибунал, если… кто-то из нас, например, серьезно покалечится. К чему нам все эти проблемы, если можно оформить все официально?