Чтение онлайн

На воротах храма прибили доску с надписью: «Волею Пророка Великой матери храм очищен». Так прозвали Харика его солдаты.

Войско продвигалось вглубь страны, уже сражаясь с мелкими армиями местных дворян, легко задавливая их числом, но застряли у замка Флакаил. Не имея опыта в осаде, князь сначала бросил все войско на стены с лестницами, но потеряв множество солдат от ливня стрел, града камней и волн раскаленного песка, он скомандовал отступление. Защитников было меньше, это и обмануло неопытного князя, проигнорировавшего слова опытных командующих. После этого он доверил им устроить штурм.

Были построены таран, манголеты и башни, войска тщательным образом проинструктированы и подготовлены. Через неделю осады начался штурм. Хорошо защищенное войско уже несло минимальные потери про атаке. Башни подошли к стенам, из-за манголетов отряды вырвались в бой, штурмуя стены, пока таран наносил под воротам гулкие удары.

Пока шел бой на стенах, ворота пали, и новая волна войск ворвалась внутрь, сметая защитников у ворот. Вскоре стены были заняты, а последние враги во главе с лордом засели в донжоне.

В донжоне разбили двери топорами, и Харик вошел внутрь с вооруженным отрядом своих рыцарей.

– Добрый день, лорд. Назовитесь, я хочу знать, кого разбил, – серые глаза Харика смотрели с насмешкой, он упивался своей силой.

Лорд – статный мужчина лет сорока, с легкой проседью на висках – выпрямился, и хотя он был ниже долговязого князя, казалось, что превосходит его на голову.

– Моё имя – Каэдмон Лавакх. А твое имя мне известно – ты разбойник, лжец и еретик, – на насмешку князя, гордый лорд ответил холодным презрением.

– Ах, вот оно как! – князь наигранно засмеялся, пытаясь скрыть, что он оскорбился, – Тогда твои разведчики ни на что не годятся. Я – князь Девитаса Харик, Пророк Великой матери, что принес избавление вашим прогнившим землям.

– Вот об этом я и говорил – самозваный пророк. Мальчишка, я вызываю тебя на бой. Как мужчина с мужчиной. Исполни последнюю волю мертвеца, если у тебя есть хоть какая-то честь.

Рыцари Харика посмотрели на своего сюзерена с опаской. По законам рыцарства, отказаться от вызова благородного человека означало опозорить своё имя. Князь это понимал, как и то, что ему – худощавому художнику, измученному бессонницей – не выстоять против зрелого воина. Но если отказаться, то войска разбегутся, потеряв всякое уважение к князю. Юноша плюнул на пол:

– Да будет так!

Лорд Лавакх засмеялся:

– Тебе стоило убить меня, как только ты вошел, вшивый князь вшивого княжества.

Князь и лорд обнажили мечи, стоя в круге, образованном из людей. Князь встал на колени и мысленно воззвал к Великой матери. Каэдмон смотрел на это, скептически подняв бровь.

Харик просил Мать дать ему сил для сражения, направить его клинок. И она отозвалась. Лоб обожгло со страшной силой, из глаз князя потекли слезы боли, но он не издал ни звука. Теплый голос прошептал:

– Его голова окажется на алтаре моего храма. Это твой дар мне, это твоя жертва. Очисти его душу от неверия, сын мой.

Воодушевленный князь поднялся на ноги и крепко сжал рукоять меча.

– Начнем, – коротко бросил он.

Лавакх с боевым кличем бросился на юношу, атаковав каким-то замысловатым финтом. Рыцари уже мысленно увидели пронзенного князя, но клинок лорда не достиг цели. Никто не заметил, как меч князя пронзил грудь Каэдмона. Позже кто-то говорил, что это сопровождалось ослепительной вспышкой, а другие твердили, что юноша не такой слабак, каким кажется, третьи же утверждали, что лорд сам подскользнулся, но таких было мало.

Князь вытащил клинок из груди хрипящего лорда, а когда тот упал на колени, то один ударом снес ему голову, взял ее за волосы и вышел из донжона.

Рыцари взяли стражу лорда в плен, ожидая получить за них выкуп у их семей.

Харик с головой в руке, с брызгами крови на лице вошел в храм Великой матери. Внутри его встретили испуганные священники.

– Святотатство! – закричал один из них, но тут же был убит.

Князь закрыл двери и, игнорируя застывших или всхлипывающих священников, прошел к алтарю и положил на нее голову. После он обернулся и сказал:

– Глядите на меня, заблудшие братья! Я – истинный служитель Великой матери, ее Пророк и карающая длань! Сегодня радостный день – я принес вам очищение, принес вам истину взамен той лжи, в которую верили вы. Это не ваша вина – такую же ложь вам твердили всю жизнь иные. За это я не могу вас карать, – он обвел взглядом толпу. Он видел, как большинство успокоилось, немного расслабилось. И продолжил, – Но вы несли эту ложь дальше! Вместо того, чтобы смиренно молиться и просить у Великой матери истины, вы продолжали лгать! Ваши души грязны, и я пришел их очистить!

Через несколько минут из храма вышел Харик, залитый чужой кровью. После на двери храма прибили доску с надписью «Волею Пророка Великой матери храм очищен».

5.

Воины Харика ликовали: они взяли замок, полный богатств и провизии. Войско пировало, а князь заперся в покоях убитого лорда и молился. Лоб нестерпимо горел. Поцелуй Матери постоянно давал о себе знать с тех пор, как он воззвал к Ее помощи во время поединка.

После молитвы князь лег в постель и уснул, оставив восстановление ворот и защиту нового владения лорду Героту, который был опытнее остальных в военном деле.

Ему снился сон. Он находился посреди раскаленной пустыни, но ему не было жарко, лишь Поцелуй Матери нестерпимо горел. Но вот повеял прохладный ветерок, несущий запах моря. Но откуда взяться морю посреди пустыни?

Неизвестно как перед юношей возникла Она. Одетая в легкую тунику, она стыдливо прикрывала округлую полную грудь и улыбалась князю.

– Мадрхиг молода, Мадрхиг невинна, Мадрхиг развратна, Мадрхиг древняя, как мир. Она любит своих детей и хочет, чтоб они тоже любили друг друга. Она хочет, чтоб они любили себя, свою жизнь, что есть Её подарок. Её поцелуй – напоминание, что надо любить и себя тоже. Харик, прими себя и свои желания, живи полной жизнью, наслаждайся и радуйся, пока заблудшие воздерживаются и хлещут себя плетьми, подавляя желание любить и быть любимыми.

– Кто ты? Разве Мать не заповедовала быть скромными и держать себя в чистоте? И где мы?

Дева улыбнулась:

– Я Мадрхиг.

Сзади юноши раздался голос:

– Я тоже Мадрхиг, – обернувшись, он увидел ветхую старуху.

– И я Мадрхиг, – этот голос раздался справа. Там стояла прекрасная женщина с ребеноком в руках. У ребенка были темные волосы и блестящие серые глаза. Маленькие ручки почему-то были измазаны углем.

– Все мы – Мадрхиг, – раздался целый хор женских голосов. Харик с удивлением обнаружил, что стоит на берегу моря, а его окружает целая толпа женщин разных возрастов. Многие с детьми, с сероглазыми мальчиками, чьи руки были измазаны углем.