Чтение онлайн

На более меркантильном уровне вставал еще более простой вопрос: накормить голодных путем подаяния – или пусть от голода усиленнее постигают истину реальности? Вопрос тоже непростой, ибо на него всегда давали два противоположных ответа: человека нужно сначала накормить, а потом он сможет думать о главном, – либо если человека накормить, то он снова позабудет о главном. Кормить – или не кормить, спасать – или не спасать… Как бы то ни было, в контексте всеобщности проявленной реальности очевидно, что все одинаково достойны видения реальности, а методы – вопрос скорее технический.

Далее мы конкретизируем «степени реальности» в процессе сотворения мира, а также его воспроизведения в структуре «тонких покровов» человеческого существа.

Веданта относит полюс реального к бытию-сознанию-блаженству, а полюс нереального – к материи. Как бы ни было мистично творение майи после пралайи, в сотворенном мире можно говорить о степени реальности, а точнее, тонкости материальных покровов. В самом первом приближении можно выделить три уровня – сознание, энергию и плотную материю. Сознание прозрачно для реальности, но далее оно сгущается в энергию, которая выступает относительно тонким покровом, а энергия затвердевает в материи, которая практически непроницаема для видения реальности без специальных усилий или вербального познания.

Гораздо насущнее для практикующего оказывается представление об устройстве его собственных покровов реальности. В веданте принято выделять пять тел (вроде матрешки), или панча-коша, причем каждое из них обозначается как своего рода майя, или иллюзия. Это будут анна-майя-коша (физическое тело), прана-майя-коша (энергетическое тело), джняна-майя-коша (мысленное тело, или тело ума), виджняна-майя-коша (рефлективное тело, или тело разума) и ананда-майя-коша (благостное тело). Жизнь среднего человека проходит в развитии и изнашивании преимущественно трех низших тел и редко всех пяти.

Соответственно, адвайтическая медитация, известная еще со времен упанишад, которая заключается в простом вопрошании «Кто Я?» с тщательным самоисследованием в поисках реальности самого себя, начинается от самого плотного слоя иллюзии, который наиболее очевиден, и доводится до последнего слоя иллюзии, который сливается с самой реальностью. Тело наглядно ненадежно (болеет, стареет, умирает), энергия вечно движется (приливы и упадки сил, смены эмоций), мысли постоянно противоречат друг другу (данные чувственного опыта). Остается добраться до уровня рефлексии и обратиться к ананде.

Это роковая черта – тело рефлексии создается способностью различения в принципе между реальным и нереальным. Вот почему оно расположено между фатально обманной сферой материи-энергии-мышления и сферой чистого бытия-сознания-блаженства в форме благостного тела. Тем не менее, сама эта способность оказывается не простым актом, а создает целое особое тело, или дополнительный покров. Он возникает у людей не просто мыслящих, а мыслящих о мышлении, причем не простого мышления, а мышления о боге или реальности. Таким телом обладают философы и подвижники, у прочих оно в зародыше.

Если воплощение человека состоит в нагнетании иллюзорности его бытия, то его самореализация состоит в снятии покровов, а точнее, развитии проницательности разума, благодаря которой они оказываются воистину несуществующими. Вот почему человек может продолжать жить в тленном теле даже после самореализации, пока оно само не разложится на составляющие, следуя инерции материи. Здесь уместно вспомнить вопрос мудрецу: «Если между жизнью и смертью нет никакой разницы, то почему же ты не умираешь?» – На это последовал ясный ответ: «Именно потому, что нет никакой разницы».

Итак, оценочность «реального» начинает обретать шкалу делений, по которой можно судить о более или менее реальном существовании. Тогда слова вроде «настоящий человек» следует воспринимать просто как высшую степень стремления к реальности своего бытия, не обязательно уже достигнутую. Это как бы вектор человечности, если не забывать о цели человеческого воплощения, которая традиционно обозначается как единение с богом. Сказать «настоящий человек» о святом неправомерно, ибо он уже больше не человек как таковой, который постоянно остается переходным существованием.

Веданта как «венец познания» – это самоисследование, поиск Себя, тогда как йога как «единение» – это самореализация, отстройка Себя. Как традиция, веданта всегда задействует классическую йогу в качестве практической составляющей. Давайте немного вспомним историю, как все развивалось. «Йога-сутры» как первый систематический трактат, ставший базой для классической йоги, как одна из шести даршан (способов видения реальности), выкристаллизовался в сфере ведантической традиции, вобрав в себя знания из упанишад йоги. Основная цель йоги (самадхи, ведущее к мокше) полностью совпадает с ведантой.

Если мы посмотрим на саму систему классической йоги, которая состоит из восьми ступеней (аштанга-йога), то мы увидим точно такое же продвижение от проработки самых плотных слоев иллюзии к все более тонким покровам реальности вплоть до слияния с нею, какое мы рассматривали выше, говоря об адвайтической медитации. Только там это было скорее отрешенное наблюдение и констатация фактов реальности, тогда как в йоге само человеческое существо проходит стадии преобразования, актуализуя видение реальности. Проще говоря, теория переводится в практику – мы не просто «знаем как», а «делаем так».

Проследим по порядку восемь ступеней йоги. Первые две (яма и нияма) обычно считаются моральными запретами (чего не делать) и предписаниями (что делать), однако при более внимательном рассмотрении можно придти к выводу, что такое поведение отчищает прежде всего социальный уровень от избыточного наслоения иллюзии в виде лжи, тревоги, нечистоплотности и пр. Не случайно в Индии бытуют притчи вроде такой: практикующий йогу отшельник ничего не достиг и пошел в деревню, где добродетельная домохозяйка сразу прочитала его мысли, ибо ее видение реальности было незамутненным.

Практика устойчивой позы (асаны) соответствует наблюдению за непостоянством бренного тела в веданте, только в йоге ему начинают придавать постоянство специальным тренингом. Это должна быть именно стабильная поза, тогда как в материальном мире все течет и изменяется. Далее, дыхательные практики (пранаяма) соответствуют ведантической рефлексии энергетического хаоса, только в йоге при помощи специальных техник этот хаос начинают упорядочивать, настраивая энергетические потоки и утончая течение энергии до ее полного успокоения – энергетический хаос прекращает свое нереальное существование.