Чтение онлайн

Ребекка закатила глаза к потолку. Солдафон он и есть солдафон. И как его только Бьянка терпит? Губы непроизвольно растянулись в улыбке. Внизу живота сжалось от предчувствия, что всё только начинается. Георг никогда не страдал великодушием. Он всегда знал, что хотел и как этого добиться. Ощущение опасности опьяняло и дразнило.

М-да, такого квеста, как студенческая пиццерия, у генерала не было никогда. Нет, он бывал в таких заведениях, но только тогда, когда требовалось вмешательство службы безопасности государства. А чтобы там питаться, не говоря уже, чтобы праздники отмечать…

Во-первых, он уже оглох от галдёжа, который стоял в помещении. Понятно, все молодые, громкоголосые, но зачем же кричать из одного конца зала в другой: «Эй, друг, возьми мне с четырьмя сырами…» Подойди, да возьми, или напряги официанта. Бегают же какие-то мальчики да девочки в фартучках с эмблемой пиццы.

Во-вторых, он не понял, зачем стоять в очереди. Снова вопрос: а для чего эти мальчики и девочки в фартучках? Только столы протирать? Что такое самообслуживание?

В-третьих, поприличнее напитков не нашлось? Все эти фанты, колы, холодные чаи… Даже пиво какое-то неизвестное. И пьют. А сама пицца? Её подают на картонных тарелочках. Деревянные ножи и вилки. Это что?

Георг посмотрел на принцессу. Ничего, ест с картонной тарелочки, пьёт из картонного стаканчика и радуется. Пальцы облизывает! Кошмар! Королевская дочь! Увидят журналисты, что подумают? Впрочем, они точно её не узнают в таком наряде.

Георг

В очередной раз я осмотрел её драные джинсы. Надо будет спросить, в каком секонд-хенде покупала, и свитер тоже, если эту вытянутую тряпочку непонятного цвета так можно назвать. Сигизмунд её увидит, его кондрашка хватит.

Сделал фото, пока моя красавица склонилась к книге и увлечённо её рассматривала. Отправил Филе: «Задание на внимательность: найди принцессу…»

Телефон тут же ответил в моей руке вибрацией: «Ты где её нашёл? В сквоте?»

– Нет, это пиццерия. Здесь студенты…

После этой фразы Филипп завис надолго, что я даже перепугался. Наконец, он отмер:

– Студенты? Мы тоже были студентами, но не помню, чтобы питались в таких местах.

– Мы не жили с тобой на стипендию, если ты помнишь.

– На что? – не понял Фил и переспросил меня. – На стипендию? Ты хочешь сказать, что наследница престола, как последняя нищая, живёт на стипендию? А как на стипендию можно снять квартиру?

– А она и не снимает. Она в общаге живёт… – хорошо, что современные аппараты снабжены видео. Если бы я не знал Филиппа, то решил бы, что он занимается гимнастикой для лицевых мышц. А вообще, надо было пожалеть братца. Он попросил мне показать её живьём, а ещё лучше позвать.

Я-то позвал, да только она издалека махнула рукой, крикнула привет и снова уткнулась носом в книжку.

– А это что за крендель рядом с ней? Ты вообще как ей позволяешь?

– Так она меня двоюродным братом представила.

Здесь Филя заржал. Я подождал, пока он успокоится.

– И банкет, как я понимаю, за твой счёт, братец, – ехидства нынешнему королю не занимать.

– Нет, студентки голодные, но гордые. У них всё в складчину. Я вот что думаю, а давай-ка по приезде нашим мажоркам тоже предложим в складчину. А то что-то мне надоело платить за их аппетиты.

На это время пришлось отключить динамик. Я смотрел на видео Фили. Таким весёлым я его не видел с детства. Понятно, что никто нам этого не позволит. Во-первых, наши куклы Барби не поймут юмора. Во-вторых, мы сразу прослывём скрягами. А это станет значительным ударом по бизнесу. Генеральская должность – это хорошо, но денег она приносит немного. Капитал на этом не заработаешь. Хорошо, что у нас в стране никто меня не заставляет отказываться от своего же предприятия.

О нет… Только не это…

Сабина подсела к Георгу:

– Слушай, ты такой клёвый! А у тебя есть девушка? Если нет, я могу ею стать, – она кокетливо перекинула ногу за ногу, поставила локоть на стол, упёрлась подбородком в ладонь и посмотрела на генерала.

– Хочешь ею стать? – усмехнулся он. – Я не люблю малолеток.

– Фу, какой ты грубый. Вот сестра твоя классная, а ты мрачный. Говорят, что все богатые такие, – она выдохнула. – А ты, наверно, ещё и жадный. Сам вон на какой тачке разъезжаешь, а сестра пешком в универ ходит.

Уголок губы на лице Георга пополз вверх. Вот как, значит, принцесса сидит без денег. А в пиццерию пошла.

– Давай встречаться. Понарошку. Пусть все думают, что ты мой парень. Тебе надо будет только подъезжать к универу, словно ты меня утром подвёз, – продолжала Сабина.

Георг

Смешная такая, без комплексов. Я спросил, зачем я нужен ей в качестве мнимого друга. Она запросто ответила, что тогда утрёт нос какой-то гордячке с третьего курса, которая меняет парней словно перчатки и насмехается над другими девушками, особенно над теми, кто живёт в общежитии на стипендию.

Удивительно, как этой самой гордячке до сих пор моя благоверная нос не утёрла, причём в прямом смысле этого слова. Или Ребекка решила стать девочкой-паинькой? Что-то верится с трудом. Кулачные бои всегда были её хобби. Я как-то ей предложил одну стену обклеить протоколами, которые составляли на неё полицейские за драки. Она ответила, что её комната не настолько большая, а в коридоре предки не позволят. Дерётся она не просто из любви к дракам, а за идею: «Отстоять тех, кто не может заступиться за себя».

За соседним столиком сидела другая компания девушек. Наши первокурсницы пригласили их к себе. В это время к нам подошла официантка, чтобы собрать грязную посуду.

– Ленка, а ты чего здесь? Ты же сказала, что тебе надо домой, – окликнули её новенькие.

Девушка покраснела. Её белая кожа стала такой пунцовой, какой бывает только у блондинок. Огромные голубые глаза смотрели затравленно. На лице ни толики косметики. Мне почему-то захотелось сдёрнуть с головы девушки колпак, чтобы проверить, а не блондинка ли она.

Девушка буркнула себе под нос что-то неразборчивое. Проворно собрала мусор, провела тряпкой и скрылась.

– Это с третьего курса, Лена, – ни с того, ни с сего пояснила Сабина. – Говорят, что её никуда мать не пускает и заставляет работать. Ну так как, я смогу на тебя рассчитывать?

– Не боишься, что влюбишься? – усмехнулся я, при этом в уме прикидывая, а не купить ли девчонкам ещё по куску пиццы. Видно же, что не наелись.

– Уже…

– Что уже? – не понял я.

– Уже влюбилась. – Сабина засмеялась. – Да ты не бойся. Есть у меня бойфренд. Только он в нашем городке остался. Я влюбляюсь в день раз по десять, но так, для души. Но не изменяю. Тебе было бы приятно, если бы изменили? Вот и моему тоже. Скучаю без него. Скоро праздники, поеду домой, – удивительная простота меня всё больше и больше обескураживала. А девчонка всё трещала и трещала.