Личная жизнь тихони Элис
Шрифт:
— Я думаю, вы правы, — отозвалась она, чувствуя себя измученной и настолько промокшей, что больше всего ей хотелось снова очутиться в Португалии, — хотя обычно вы доводите до конца большинство своих проектов.
Так оно и было. Виктор точно знал, какая из их рекламных кампаний будет иметь успех, и до
какой степени.
Виктор промолчал. Тем временем они приблизились к рощице, и Элис смотрела по сторонам, вспоминая, как славно выглядел этот лесок, когда землю покрывал сплошной ковер из подснежников. Сейчас лишь два-три маленьких цветочка белели среди пожухлых листьев, устилавших землю.
Они вошли в рощицу, и на Элис потоком нахлынули воспоминания. Там было несколько извилистых дорожек, по которым в хорошую погоду она возила Генри, пока они не находили симпатичное местечко, чтобы присесть. Потом она расстилала на земле коврик, доставала свой блокнот, и они проводили время за работой, наслаждаясь пением птиц и ароматом цветов, смешанным с запахом земли.
— В такую погоду все выглядит совершенно по-другому, — произнесла Элис, стряхивая с сапог налипшую грязь. — Когда светит солнце, здесь гораздо красивее.
Последовало долгое молчание. Когда Элис подняла глаза, то увидела Виктора, который пристально смотрел на нее. Потом она осознала, что проговорилась, и краска стала быстро заливать ее щеки.
— Ты говоришь так, будто уже бывала здесь.
— Правда? Это всего лишь воображение. Любой здравомыслящий человек поймет, что это место только выиграет от хорошей погоды.
— Ты приходила сюда раньше?
— Не говорите ерунду! — Она уже почти жалела о том, что скрыла правду с самого начала.
Виктор не ответил. Пятнадцать следующих минут они гуляли между деревьев, а потом, когда небо покрылось тучами, обещающими проливной дождь, решили отправиться домой, в Лондон.
— Чем ты занималась вчера? — спросил как бы, между прочим, Виктор.
— Вчера? — Ее мысли смешались: разве он забыл, что они ездили в город покупать одежду, а потом осматривали достопримечательности?
— Когда мы вернулись в замок.
— Да ничем особенно, — безразличным голосом сказала Элис. — А что?
— Я искал тебя. Хотел перепечатать кое-что.
— О, извините. Вы можете отдать эти бумаги мне, и я перепишу сразу же, как мы вернемся в Лондон.
Машину Джеймса, припаркованную возле дома, было видно издали. Значит, он вернулся. Элис облегченно вздохнула, когда узнала, что они не останутся на обед.
— Это может подождать.
Они вошли в дом. Джеймс был в холле.
— Хорошо прогулялись? — весело спросил он, глядя на Элис, которая меняла огромные сапоги на свои туфли, предусмотрительно оставленные ею прямо в коридоре.
— Кажется, дождь собирается, — ответил Виктор. — Мы с Элис поедем обратно.
— Как, уже, старина? Вы просто обязаны остаться на чай. Может, пусть дама решает?
Джеймс устремил вопросительный взгляд на Элис, но Виктор с вежливой улыбкой отчеканил:
— Так как дама работает на меня, то я решаю, что сейчас пора возвращаться в Лондон.
— У меня очень много работы, — торопливо
объяснила Элис.
— Вы же не собираетесь отправиться прямо в офис, когда вернетесь, правда? — Казалось, эта идея приводила Джеймса в ужас,
— Нет, конечно, — отозвалась Элис, чувствуя затылком тяжелый взгляд Виктора. — Я сбегаю
наверх, упакую сумку.
— Я мог бы подняться и помочь, — предложил Джеймс, сделав шаг по направлению в ней.
— Я сама справлюсь, — ответила Элис поспешно, надеясь, что Джеймс оставит ее в покое, но он явно не собирался делать это; она чуть улыбнулась Виктору и стремительно взбежала по лестнице.
Внезапно ожившие в Джеймсе чувства вовсе не напугали ее. Они просто доставляли неудобства. Ей было совершенно не нужно, чтобы Джеймс снова вошел в ее жизнь.
Она спустилась вниз с вещами через полчаса и застала Джеймса и Виктора в холле. Дорожная сумка Виктора стояла у его ног, руки были сложены на груди. Он искоса взглянул на Элис, и она снова обратила внимание на выражение его лица. Джеймс, ничего не замечая, говорил, что будет в Лондоне на следующей неделе и позвонит, чтобы назначить встречу — возможно, в центре, в своем клубе. Прежде чем Виктор успел ответить, Джеймс обратился к Элис:
— И, конечно же, я не сомневаюсь, что мы увидимся снова. — Он взял ее руку и поцеловал с почтительной галантностью, а Элис заставила себя улыбнуться, вежливо высвобождая руку. Всегда-то он переигрывает, подумала она. Когда-то от таких знаков внимания она таяла, но теперь ее это только раздражало.
— Мы едем? — спросил Виктор, подойдя ближе, и Элис наклонилась за сумкой, которую он тут же перехватил. — От этого человека, — бросил он, когда они уже были в дороге и «Верхние поля» скрылись из виду, — меня тошнит.
— Почему?
«Держи себя в руках», — напомнила самой себе Элис. В дальнейшем ей еще придется видеться с Джеймсом, пока сделка не будет окончательно завершена, и ей вовсе не хотелось сносить раздражение Виктора, которое он будет вымещать на ней.
— Ну а ты как думаешь, почему? — с сарказмом спросил он. — Он даже не пытался сосредоточиться прошлым вечером. Работать для него так же приятно, как болеть гриппом.
— Наверное, причина в его прошлом. — Она попыталась смягчить Виктора, отчего он лишь
нахмурился. — Наверное, невозможно иметь такие привилегии без того, чтобы они так или иначе не повлияли не жизнь. Хотите, что бы я показала дорогу к трассе?
— Сам справлюсь.
Повисла тишина, и Элис начала прокручивать в голове воспоминания о трех последних днях, испытывая огромное облегчение оттого,
что все кончилось.
— А все-таки, как тебе? — спросил Виктор, когда они выехали на шоссе, ведущее в Лондон.
— Как мне — что'1 — Она взглянула на него. Шел проливной дождь, и Элис чувствовала себя пдто в подводной лодке, слушая, как потоки воды обрушиваются на машину. Виктор был полностью сосредоточен на дороге, голос его звучал немного рассеянно, словно он начал разговор лишь ради того, чтобы нарушить тишину.
— Как твой родной город?
— Хорошо.
— Не так уж много неприятных воспоминаний, я думаю?
— Нет таких, с которыми я не могла бы совладать. — Странным образом эта поездка подействовала на Элис самым благотворным образом, уничтожив монстра в ее сознании, годами питавшегося кошмарными воспоминаниями о прошлом.