Личный дневник (пьяной) влюблённой провидицы
Шрифт:
— Что ты хочешь от меня, Октавия?
— Когда ты называешь меня полным именем, у меня мурашки по коже. Будто отец отчитывать будет.
Ваня осушил свой бокал одним глотком и махнул Шону, чтобы тот обновил напиток.
— Фрея отшила меня и хватит уже обо мне переживать, не маленький.
— Она не отшивала тебя.
— Ну да, как же. Тогда, на первом курсе, ты привела её с нами познакомиться и я сам слышал, как вы обсуждали, какой я страшный.
— Да не было такого! — я была поражена, но предполагала, что могла что-то и позабыть. — Может, мы говорили не о тебе?
— Обо мне. Да и твои видения никогда не говорили, что у нас может что-то быть.
— Мои видения! Нашел, чему верить! В них у тебя четыре жены, а пока всё, что я наблюдаю — как ты заливаешь эмоции элем! И вечно один! — Я перевела дыхание и тоже осушила бокал залпом.
— Всё, я не хочу это обсуждать.
— Вань, — я накрыла руку друга своей ладонью. — Да будет у тебя девушка. Может одна, может две, может десять. Всему своё время и место. А четыре жены — это уже опционально, потому как не я решаю, с кем тебе быть и когда. Это лишь один из вариантов твоего будущего и пока я вижу, что к нему ты будешь идти долго, если продолжишь так загоняться. И вообще бесите со своей Фреей, как будто на ней свет клином сошелся! А вообще смотри, — я обратила внимание Вани на девушку за тем же столиком, где ошивался Грег, которая довольно пристально смотрела на нас с ним. — Мне кажется, тебе стоит пойти к Грегу. Та девушка не сводит с тебя глаз.
Ваня постарался незаметно подсмотреть из-за моего плеча, на кого я указываю.
— В розовой футболке?
— Именно. И она в твоем вкусе. Просто ты как будто ослеп и перестал замечать всех вокруг.
— Может, ты и права. Предлагаешь тебя бросить?
— В меня уже не лезет алкоголь, я пойду домой. Пока еще могу грести.
— Справишься сама?
— Я всегда справляюсь. Буду ждать потом рассказ, как всё прошло.
Ваня решительно встал, поцеловал меня в щеку, и пошел в сторону бара. Попросил Шона налить еще один бокал, забрал напитки и присоединился к другому столику. Кажется, у них и без меня всё прекрасно.
Вышла на улицу, отвязала лодку и села на весла. И почему не придумать для таких, как я, какой-нибудь моторчик, чтобы лодка сама меня везла? Это же бы снизило нагрузку на магический поток! Но нет, зачем заморачиваться ради сотни бесполезных магов, пусть гребут.
С каждым днем по вечерам становилось всё холоднее. Ветер пробирал до костей. Пришвартовала лодку к причалу общежития и бегом бегом в горячий душ. От гребли я вся вспотела, от чего было еще холоднее. Интересно, Леон уже освободился? Впереди выходные и мы совершенно не обсуждали, чем займемся. Мысли уводили к воспоминаниям о первой ночи, первые пару дней меня одолевало ощущение, будто я пробежала марафон и мы были так заняты на занятиях, что виделись разве что утром, когда шли в Академию. Ребятам я рассказала о Леоне, но называть его моим парнем как-то язык не поворачивался. Это уже додумки Грега. Мы с Леоном ничего не обсуждали, просто болтали, и не было ничего такого, как пишут в романах, когда новоиспеченная парочка не может оторваться друг от друга. Было как-то… скучно. Это печалило и злило.
Направилась к лифту и ноги вдруг начали отказывать, застыли на месте, не в силах сделать шаг. В коридоре стояли Леон и Фрея и о чем-то говорили. Спряталась за угол. Не специально, мозг послал сигналы телу раньше, чем я смогла осмыслить хоть что-то. Леон был в своей футбольной форме, волосы были мокрые после тренировки, как и футболка, которая липла к телу, открывая всем его фигуру. Фрея смеялась и стояла к нему слишком близко. Хотелось то ли сцепиться ей в волосы, то ли выцарапать ему глаза. Центр управления Октавией Ленар выдавал ошибку, мигая красным. “Опасность! Опасность!”. Что это за чувства? Ревность? Они же просто разговаривают! Я не должна ничего додумывать, и почему я вообще прячусь.
Совладать с эмоциями не получалось, поэтому решила, что прятаться — безопаснее. Я не слышала ни слова из их разговора, так как стояла слишком далеко. Блин, как же хотелось подслушать!
— Ты чего тут делаешь? — знакомый голос заставил взвизгнуть.
Тина Спиннер, чтоб тебя!
— Просто стою. Иди, куда шла.
— Фи, как грубо. И тебе привет.
Тина явно обиделась, толкнула меня плечом, из меня вырвалось тихое “Ай”. И о нет-нет-нет, она пошла к лифтам. Фрея поздоровалась с Леоном и Фреей, а затем указала пальцем в место, где я стояла. Три головы одновременно повернулись и на меня теперь смотрело шесть глаз. Не знаю, успела ли вовремя спрятаться за стену. Но надо было отсюда валить.
“А зачем? Надо ли?”— спросила у подсознания.
“Надо, надо!” —ответил мне мой же голос в голове.
Я побежала, свернула за угол раз, еще один коридор, второй, третий. Лестница! Отличная альтернатива и полезно. Еще немного физической нагрузки и буду спать как младенец. Открыла тяжелую дверь, ведущую к старинной винтовой лестнице, которая была не в самом лучшем состоянии, но еще использовалась по назначению. Раз пролет, два пролет, живот свело от напряжения и всё выпитой просилось наружу. Решила, что достаточно и припала к одному из подоконников. Кожа на щеках горела от бега, дыхания уже не хватало. Толкнула окно, оно не сразу, но поддалось, провернувшись на оси посередине.
— Фух, свежий воздух… — вдохнула полной грудью вечернюю прохладу, остужая голову, в буквальном и переносном смысле.
Леон не пошел за мной? А Фрея? Я же сама хотела сбежать, так почему меня это расстраивает? Я что — из тех, кому надо, чтобы за ними бегали? Определенно нет. Тогда что со мной не так?
Опустилась по стене на пол. На лестнице было тихо и темно. Самое то для такой психованной как я. А главное, что тут не было людей. И почему я раньше сюда не приходила? Как же тут спокойно? Из освещения только луна, пробивающаяся через редкие окна, как будто протыкая лестничную башню световыми мечами, как подушечку для иголок.
На восьмой этаж я точно не поднимусь уже. Мышцы свело, и навалилась дикая усталость вкупе с небольшим похмельем. Не буду больше пить этот эль, от него вечно болит голова на утро. Решила посидеть так немного, а потом пойти назад, чтобы подняться на лифте, но совершенно не заметила как уснула.
Во сне я бежала по лавандовому полю, смеялась, улыбалась, на мне была соломенная шляпка ручной работы. так странно, я не люблю шляпы, но выглядело симпатично. Я была не одна, но кто со мной? Не вижу, да и не важно. Солнышко так приятно грело. Что это? Момент из счастливого будущего или просто плод фантазии, жажда быть свободной от всех навязчивых мыслей. Просто я, природа и кто-то очень важный рядом, кто-то, кто согревал сильнее солнца.
По щекам потекли слёзы. Я проснулась от того, как чья-то нежная рука вытирает их. Открыла глаза, рядом сидел Леон, а я была накрыта его курткой. Видимо это и согрело меня.
— Снилось что-то плохое?
Оттолкнула его руку и ладонями протерла лицо сама.
— Нет. Очень даже хорошее.
— Тогда почему ты плакала?
— Не знаю. Такое бывает.
Мы разговаривали шёпотом, и даже наши тихие голоса эхом наполняли всю башню.
— Собираешь и дальше тут сидеть?
— Тут довольно-таки неплохо, не находишь?
— Мне уйти?
— Как хочешь.
— Тогда никуда не пойду, — Леон положил мне руку на плечо и заключил в объятия. Это было неожиданно, сердце отреагировало барабанной дробью. — Я соскучился.
— Да ладно. Стоял там, веселился с Фреей. Явно не скучал.
— Это что за обвинения, я не понял? — Леон развернул моё лицо, чтобы посмотреть прямо в глаза. От его взгляда меня пробивала дрожь. — Хочешь, чтобы я как верный пес был только подле хозяйки?
Что-то мужчины сегодня сыплют метафоры один за одним. Это раздражало.