Личный опыт соучастия в истории
Шрифт:
За последние десять лет Израиль уверенно вступил в клуб преуспевающих постиндустриальных держав и вклад русской группы в этот успех оказался решающим. Кальвинистская трудовая этика, принятая среди какой-то части российских выходцев, позволила многим из них почти мгновенно врасти в самые передовые отрасли израильской экономики и культуры. Теперь Израилю предстоит встретиться с теми же проблемами, которые ставят на грань кризиса все страны принадлежащие Западной цивилизации. Вспомним уже цитированного А.Тойнби: "...наука и техника, превращающие знание в силу и богатство ... возникли как результат напряженных усилий творческого меньшинства. Источник нестабильности, угрожающей существованию этой "соли Земли" заключается, как раз, в том, что большинство людей, увы, по-прежнему "пресно"... Внутренней адаптации не происходит. Духовная пропасть между большинством и меньшинством сохраняется. Стагнация масс является фундаментальной причиной кризиса, в который упирается Западная цивилизация... Огромные массы народа не выходят из состояния духовной спячки."
Некоторая старомодность "русской" группы, все еще слепо верящей в прогресс, вдохновляющейся техническими успехами, оборачивается сегодня выигрышем для страны. Многолетняя культурная изоляция России привела к философскому отставанию идеологии русских выходцев примерно на сто лет. Это как раз те сто лет, за которые западной культурой была высказана большая часть горьких истин о человеческой природе и технологическом прогрессе.
Жизнь на Ближнем Востоке требует от израильтянина высокой технической конкурентоспособности, а соучастие в западном, "постмодернистском" преуспеянии разрушает его спортивную форму. Безоглядная преданность российских выходцев предшествующему (быть может, и более плодотворному) этапу западной культуры не является злокачественным предрассудком, а скорее естественным защитным механизмом самосохранения группы.
Обществу в целом необходимо адекватное представление о своих свойствах, но для каждого индивида или группы очень плодотворно иметь преувеличенное представление о своих возможностях.
В первом поколении репатриантов современный философский кризис еще не разрушил естественного ощущения собственной ценности и повсеместный "постмодернизм" свободного мира еще не подорвал в них здоровую тенденцию к доминированию.
Напоследок процитируем К.Гирца еще раз: "В современном мире придется оставить большие интегративные идеи, к которым мы так долго привыкали, организуя наши представления о политике и, в частности, о сходстве и различиях между народами и культурами: "традиция", "религия", "национальные ценности". Пересмотренные или новые понятия необходимы, чтобы проникнуть в головокружительную новую гетерогенность и произнести что-нибудь полезное о ее формах. Какая установится общность и какая идентификация еще возникнет в будущем, зависит от баланса, к которому ведет сумма этих взаимодействующих различий."
Творческое напряжение между "мы" и "они", по-видимому, будет еще долго играть заметную роль в психологии репатриантов и определять политические конфигурации, пока наше "мы" окончательно не включит всех израильтян.