Чтение онлайн

— Давай, греби, — сказал Глеб и взял грубое весло, вырубленное из доски. Сам он встал по левому борту, ближе к носу, Епископ занял место у кормы, стал подгребать справа.

Внезапно выяснилось, что непростая это задача — направлять капризный челнок в нужную сторону. Тем более, когда приходиться грести вдвоем, неудобно стоя на коленях, держа в руках обрубки досок. Неуправляемая посудина крутилась на месте. То и дело течение относило ее назад к берегу. Друзья взмокли от усилий и от брызг, летящих из-под весел. Река постепенно сносила их вниз по течению, несла как раз к южному склону утеса, но они все еще бестолково барахтались у того же берега, от которого отплыли, и никак не могли достичь хотя бы середины потока.

— Стоп! — скомандовал Глеб. — Давай потихоньку… И-и, раз! — Он загреб со своей стороны. — Ты пока стой! Сейчас я выровняю лодку… Теперь оба! И-и, два!..

Через какое-то время товарищи приноровились к лодке и течению и, наконец-то, медленно-медленно, устремились к противоположному берегу под громкий ровный счет и команды Глеба.

Когда скала была уже совсем рядом, Епископ чуть сильней налег на весло, и доска вдруг с хрустом переломилась. Глеб оглянулся. Растерянный маг держал в руках бесполезный обломок, а большая часть весла шустро уплывала вниз по течению. Чертыхнувшись, Глеб передвинулся на самый нос и стал загребать с обоих сторон. Худо-бедно, но лодка его слушалась.

Через минуту весло задело дно, и Глеб, не мешкая, прыгнул в воду. Здесь было неглубоко — чуть выше колена. Даже сквозь твердую подошву сапог чувствовались острые грани мелких подводных камней, иногда ноги запинались о булыжники покрупнее. Дно поднималось полого, и Глеб довольно долго брел, волоча за собой лодку с сидящим в ней магом, прежде чем достиг берега.

— Вылезай, приехали, — обратился он к товарищу.

Епископ, цепляясь за качающиеся борта, прополз к носу и спрыгнул на землю. Глеб выбрался из воды. Вдвоем они вытащили лодку на каменистую отмель и осмотрелись.

Горбящийся, вымощенный гранитными плитами берег напоминал панцирь черепахи. Ровный и почти плоский возле реки, через несколько метров он резко вздымался и уходил вверх, чем дальше, тем круче поднимаясь к небу. Всюду торчали острые обломки скал, чернели глубокие трещины. Многочисленные уступы и площадки густо поросли терновником. Местами кусты были сметены обвалами, и длинные языки щебенки кое-где достигали реки и исчезали под водой.

— Не думал я, что этот склон такой большой, — проговорил Глеб, прицепляя к поясу меч. — Пока мы его обшарим…

— А что искать-то?

— Заваленную пещеру в зарослях терновника.

— Да, — усмехнулся Епископ. — Здесь уйма обвалов и море зарослей.

— А ты чего хотел? Точных координат, полученных со спутника?..

Друзья разошлись в разные стороны и начали взбираться вверх по южному склону Утеса Плачущего Человека. Чем выше они поднимались, тем тяжелей было карабкаться, тем больше препятствий приходилось преодолевать.

— Не лезь высоко! — крикнул Глеб. Дробящееся эхо повторило его слова. — Пещера должна быть где-то на полпути к вершине!

— Я и не собираюсь превращаться в альпиниста! — отозвался Епископ. — А ты, если вдруг увидишь гнома, постарайся с ним поговорить!

— Ладно! — крикнул в ответ Глеб, в два прыжка достиг ближайшего каменистого выступа, заросшего терновником и шагнул вглубь колючих плотных кустов. Из-под его ног осыпалась струйка мелких камешков и покатилась вниз разрастающимся гремящим ручьем, с тем, чтобы влиться в воды Кружной Реки.

Пещера отыскалась, когда день близился к завершению, и уже почти весь склон был тщательно обшарен. Необследованной оставалась лишь маленькая площадка, козырьком нависшая над крутым обрывом. Густо разросшиеся там кусты вполне могли скрывать вход в подземелье.

Разочарованные Глеб и Епископ сошлись.

— Или мы плохо искали, — сказал Глеб, — или это место там. — Он показал на неприступный карниз, прилепившийся к отвесной скале над пропастью.

— Ты летать умеешь? — спросил маг. — Я пока еще нет.

— Главное, добраться до уступа. — Глеб, прищурясь, разглядывал скалу. Уже сгущались вечерние тени, и каждый камешек, каждый выступ и выбоина на обрыве теперь виделись четче, обведенные чернилами тьмы. — Смотри: сверху можно спуститься вон по той трещине, затем перебраться на выступ, проползти три метра, цепляясь за корни, и уже можно будет дотянуться до карниза.

— Ты хочешь рискнуть? — спросил Епископ, оценивая намеченный товарищем маршрут.

— Опасно, — признал Глеб.

— Убийственно. Я бы не полез.

— Надо подстраховаться.

— Как?

— Вернемся в деревню, раздобудем веревку. А завтра попробуем. Я обвяжусь, ты будешь держать.

— Веревка не поможет, — с сомнением в голосе сказал Епископ. — Если сорвешься, то с размаху ударишься о скалу.

— Мне кажется, шанс есть. Стоит попробовать.

— Но даже если ты туда и залезешь, так что дальше? Будешь в одиночку разгребать завал?

— Сперва надо посмотреть. А что делать потом, решим позже. Может, там и нет ничего?

— Вот именно. Стоит лезть… — Епископ вдруг хлопнул себя по ребрам, словно придавил какое-то насекомое. Почесал бок, продолжил: — Мне кажется, надо искать другой вход.

— Через гномьи ходы?

— Да.

— И ты думаешь, что отыскать их будет легче?

— Не знаю.

— Ты сегодня облазил половину горы, может что-то видел?

Маг пожал плечами и вновь хлестнул себя рукой.

— Да что же это там? — пробормотал он, прощупывая пальцами свое пыльное одеяние.

— Что?

— Жук, должно быть, какой-то забрался. С полудня скребется, никак его раздавить не могу. Протрясти одежду надо бы.

— И постирать. Может, это вошь? — подшутил Глеб.

— Скажешь тоже… — Маг, придав лицу озабоченное выражение, запустил руку за пазуху. — Ага! — довольно вскричал он.

— Поймал?

— Шевелится… — Епископ раскрыл ладонь, держа вторую наготове, готовый в случае чего тут же прихлопнуть пойманное насекомое. Глеб глянул и хохотнул:

— Вот так жук!

В руке маг держал розовый маленький камешек. Вдруг он шевельнулся, перекатился с боку на бок, едва не свалившись с ладони. Епископ едва успел его подхватить.

— Надо срочно уходить, — сказал маг.

— Живой Камень? — Глеб прекратил неуместный смех.

— Он самый. Проснулся. Видимо, скоро будет обвал. Или землетрясение.

Епископ спрятал Живой Камень в карман, и друзья начали торопливый спуск. Но они опоздали.

Позади раздался треск, оглушительный грохот. Взметнулось беспокойное эхо, прокатилось над горой, на рекой. Дрогнула земля. Потекли по склонам ручейки каменной крошки и щебня, поднялась в воздух пыль, и низкое солнце сразу сделалось красным и тусклым. Утес содрогнулся еще раз, сильней. Что-то где-то ухнуло, развалилось, прорычало громом. Друзья замерли на небольшом уступе, прижались спинами к скале, не решаясь двинуться дальше. Они смотрели под ноги, вниз, на широкую петлю Кружной Реки. У Глеба над головой пролетел свалившийся сверху булыжник. В волосы посыпалось мелкое каменное крошево.