Чтение онлайн

– Так это ты тот паршивец, что на днях ударил меня у Айка Блума? – прорычал он.

– Да, сэр, – спокойно ответил Тони. – На моем месте так поступил бы любой. Вы сами тоже не позволили бы оскорблять свою даму.

– Вот как? Вряд ли даму такой швали, как ты, можно действительно оскорбить!

Без предупреждения он наотмашь ударил Тони по губам. На мгновение пошатнувшись, тот резко втянул дыхание от боли, глаза вспыхнули яростью, руки поднялись к груди.

– Только посмей ударить, мразь! – рыкнул Флэнеган. – Сюда тотчас прибежит с десяток человек и отходит тебя резиновыми дубинками до полусмерти.

– С вас станется, – горько согласился Тони. – Ваши повадки.

– В смысле… мои повадки?

– Да так, ничего.

– В какие игры ты играешь?

– Я не играю.

– Да ну?! Ты околачиваешься у Клондайка О’Хары, а они шайка негодяев. Хватит уже, колись! Чем занимаешься?

– Ничем… в общем-то.

– Ну, что ты делаешь для О’Хары?

– Выполняю приказы.

– Умника корчить вздумал? – С глумливой усмешкой Флэнеган снова ударил Тони и, увидев, как поднялись кулаки парня, потянулся к кобуре. – Эй, выродок, руки опусти! Я научу тебя уважать приличных людей. Кончай ломаться! Чем промышляешь: домушничество, мокруха или еще что?

– Я никогда не связывался с мокрухой или прочей тупой работой, – гордо ответил Тони.

– Неужели? А откуда тогда у тебя все эти красивые тряпки и большая машина?

– Зарабатываю своими способами.

– Не сомневаюсь, – сухо съязвил Флэнеган. – Вот и хочу узнать, что это за способы. Давай рассказывай, не то позову парней, и они тебя так отделают – век не забудешь!

– На вашем месте я бы семь раз подумал. – Глаза и леденящий тон парня выражали угрозу. – Когда-нибудь я могу стать большим человеком в нашем городе и… подкидывать вам на карман.

– В смысле «подкидывать»? – фыркнул Флэнеган. – Думаешь, меня можно купить?

– Почему бы и нет? Остальные копы продаются. Только полный дурак не воспользуется возможностями, если они есть.

– Не, ну вы видели наглеца! – воскликнул шеф детективов. Он настолько разошелся, что ярость чуть ли не сочилась у него из-под воротничка.

– Значит, так, – наконец проговорил Флэнеган. – Я не собираюсь больше тратить на тебя время. Даю сутки, чтобы убраться из города. А ослушаешься – пеняй на себя. Ясно?

– Да, но это не повод уезжать.

Парень вышел из кабинета. Губы его сошлись в тонкую линию, сердце переполняла жажда убийства.

Вернувшись в салун O’Хары, он рассказал все Клондайку. Глава группировки не скрывал огорчения.

– Дело дрянь, малыш. Флэнеган поганец еще тот и при желании может здорово подпортить жизнь.

– Да пошел он! – фыркнул Тони. – Тоже мне, шишка!

Выделенный срок близился к концу, а Тони так и не покинул город. Вскоре он был вынужден признать правоту Клондайка О’Хары. Такой травли со стороны полиции парень не ожидал. Его задерживали по десять раз на дню. У О’Хары, на улице, везде, где только можно. Останавливали, обыскивали, задавали вопросы. Из страха перед полицией Тони не осмеливался носить револьвер, хотя знал, что остатки банды Спинголы до сих пор жаждут его крови. Неделя такой жизни совсем его измотала.

Однажды вечером сыщики даже ворвались в квартиру Вивиан и под предлогом поисков краденого перевернули все вверх дном. Да и хозяйку допрашивали, скорее дотошно, чем галантно.

– Так, значит, это ее ты увел у Спинголы? – Один из копов плотоядно покосился на Вивиан. – Неудивительно, что бедолага взбесился. На ней и впрямь глаз отдыхает… Как насчет свидания, малышка?

– Послушайте… – с угрозой начал Тони.

– Я с легавыми не разговариваю, разве только когда уж совсем приходится, – фыркнула Вивиан и, отвернувшись, задрала нос.

– Ну, тебе небось уже не раз приходилось, – буркнул отвергнутый детектив. – И если будешь якшаться с такими, как этот головорез, придется еще. Так что не смотри свысока, крошка. Глядишь, понадобимся.

В пятницу Клондайк О’Хара пригласил Тони в свой кабинет, захламленную комнатушку, где стояли обшарпанный письменный стол с откидной крышкой и два кресла, некогда имевших цвет золотистого дуба. Ирландец был без пиджака, полы его незастегнутого замызганного жилета удерживала вместе тяжелая золотая цепь от часов. Шляпу-котелок он надвинул почти до переносицы, в уголке узкогубого, испачканного табаком рта торчала изжеванная сигара.

– Присаживайся, Тони, – пригласил он.

Почувствовав себя очень неуютно, Тони сел. Любопытно, как это понимать? Обычно О’Хара отдает приказы, собирает доклады и награбленное и ведет прочие дела своей банды в конце бара. В кабинет он зовет лишь по важным причинам.

– Я всю неделю о тебе волнуюсь, – начал главарь. – Копы так просто не слезут, малыш. Даже не надейся. Будут держать под колпаком, пока не возьмут тепленьким. Флэнеган – поганый мужик, и раз уж в кого вцепился, висит как бульдог. Будь ты достаточно большой шишкой, чтобы отстегивать каждую неделю жирный куш, он бы, возможно, с тебя и слез. Но ты не такой, увы. Между тем головное управление уже и на меня с ребятами зуб точит. Легавые, ясен пень, шныряют здесь днями из-за тебя, однако и к остальному приглядываются. Продолжат вынюхивать – рано или поздно увидят или услышат то, из-за чего все мы окажемся в жопе. Извини, но тебе сюда лучше больше не приходить.

– Значится, указываешь на дверь? – холодно осведомился Тони.

– Не в том дело. Черт, малыш! Ты мне нравишься, и я хотел бы оставить тебя навсегда. Неужто не понимаешь? Такое пристальное внимание полиции до добра не доведет.

– Да, наверно, ты прав. А что насчет моих задумок, начатых прожектов?

– Ты продолжишь получать свою долю. Буду отсылать ее по субботам куда скажешь. И не стану обманывать, малыш. С радостью отдам все, что причитается. Просто нехорошо втравливать из-за тебя в неприятности остальных ребят.

Они пожали друг другу руки, и Тони вышел, понимая, что уволен из-за того нежелательного внимания, которое привлек ко всей банде, подвергшись гонениям со стороны полиции.

В баре к нему робко подошел один из людей О’Хары.

– Вот что, – сказал он с сигаретой в углу рта, – я сегодня прослышал, что шайка Спинголы намерена свести с тобой счеты.

– Они пытались и раньше, да не вышло, – холодно ответил Тони.

– Знаю, но на этот раз они настроены серьезно. Не промахнутся, мол.

– Спасибо. Копы или не копы, а похоже, опять придется ходить со стволом. Возможно, удастся выбросить, если снова заловят.

Тони задумчиво вышел на улицу и махнул телохранителю, попыхивавшему сигаретой у двери напротив. Тот двинулся навстречу: худой и бледный, со слабовольным подбородком и горящими черными глазами.

– Мне только что шепнули, что банда Спинголы очень хочет моей крови, – сообщил Тони. – А я без оружия. Собираюсь домой за пушкой. Будь начеку.

Он глянул по сторонам и торопливо двинулся по тротуару, цепким взглядом настороженно посматривая вокруг. Телохранитель держался позади в паре десятков шагов, глубоко засунув руку в правый карман пиджака.